— Чего?
Щеки моментально вспыхнули и залились краской от этой просьбы. Колени затряслись, словно яблочное желе в тарелке. Если бы не этот мягкий диван, то я бы уже осела на пол, хватая ртом воздух.
Он неуловимым движением придвинулся ещё ближе и я уже могла почувствовать такой знакомый аромат парфюма вперемешку с сигаретным дымом и запахом рома. Судорожно втянула воздух через нос, создавая в лёгких просто убийственную концентрацию его аромата. В голове предупреждающе мигнула красная лампочка, вереща о тревоге.
— Поцелуй меня, — повторил он.
— Не буду я тебя целовать, — почему-то шёпотом возмутилась я.
На его губах расплылась кривая ухмылка. Раз! И он уже настолько близко, что я могла разглядеть причудливый рисунок его нереальной радужки. Все оттенки голубого вмещались в эти маленькие кругляшки, тонкими лучиками расползаясь от зрачка к дымно-чёрной кромке. Эти глаза были глубже, чем все океаны и моря вместе взятые.
— Тогда это сделаю я.
Я раскрыла рот, чтобы возразить, но все буквы алфавита вылетели из моей головы, как только я почувствовала тёплые, бархатные губы и холодный метал пирсинга на своих. Он вдохнул в мои лёгкие мятно-алкогольный воздух, заполоняя их до отказа. Его губы нежно изучали моё лицо, он целовал россыпь веснушек на щеках, слизывал слёзы, а потом снова обрушивался на мой рот. Нежность сменилась приятной настойчивостью, с которой его язык ласкал мой.
Руки — предатели, вместо того, чтобы оттолкнуть от себя парня, притянули его ещё ближе, губы — преступники яростно тянулись навстречу этому неожиданному поцелую. Я желала получить всё, что он сможет дать. Рука Богдана зарылась в моём пушистом хвосте, оттягивая его назад, открывая доступ к беззащитной шее. Моя ладонь по-свойски проникла под его футболку, проходясь по твёрдому прессу и каменной груди.
Его ладонь прошлась по коленке вдоль бедра, и неловок замерла. Он выругался и неожиданно отстранился, дыша, как после длительной пробежки.
— Три два, лисичка, — прошептал он, — никогда еще проигрыш не был настолько сладким.
Разгорячённый лоб прижался к моему, наши носы соприкоснулись, а руки стали продолжением друг друга.
Примечание авторов:
1) Узник Азкабана — отсылка к вселенной Гарри Поттера.
2) Династия Романовых — с 1613 года — династия русских царей и с 1721 года — императоров всероссийских (до захвата власти Большевиками в 1917 году).
3) Эрмитаж — один из крупнейших в мире художественных и культурно-исторических музеев в Санкт-Петербурге (Россия).
Глава 14
Я пристально разглядывала своё отражение в мутном зеркале подсобки, разглаживая на белом фартуке несуществующие складки. Сегодня я легко проснулась, не опоздала и не нарвалась на гнев Горгульи. Значит, где-то день преподнесёт мне сюрприз, и совсем не факт, что приятный. Не могло быть в моей жизни всё настолько гладко.
— Сашулечка! Моя дорогая детка-конфетка, привет!
Машка, как вихрь, залетела в подсобку, заполоняя тесную комнатку горьковатым ароматом кофе и жжёного сахара. Подруга налетела на меня, по-обычному тиская и тормоша, словно я какой-нибудь пушистый зверёк или мы не виделись целую вечность. Её цепкие руки навели настоящий беспорядок на моей и без того не идеальной причёске. Натискавшись вдоволь, она, наконец, отпустила меня. Я выдохнула, проверяя все ли рёбра на месте.
— Машка, ты когда-нибудь меня задушишь, — я поправила упрямые волосы, собрав их в узел на затылке, и кинула укоризненный взгляд на подругу.
— Морозова, я посмотрю на тебя, как ты будешь пищать, если я перестану тебя так любить и обнимать. Сама же первая прибежишь!
Я покачала головой, внутри соглашаясь с ней. Это правда, без непоседливой Машки было бы невыносимо скучно и работа казалась бы совсем нестерпимой. Подруга как подсластитель моей горькой пилюли.
— Ну что, какие новости с фронта? — крикнула подруга из-за ширмы, за которой переодевалась в рабочую форму. — Давно не было свежих сплетен.
Я почувствовала, как щеки обдало жаром, и непроизвольно прижала к ним ладони, пытаясь погасить этот огонь смущения.
— Ничего нового, Маш, — как можно более равнодушно откликнулась я. — Мы в состоянии холодной войны.
— А вот и врешь, — из-за ширмы показалась белокурая голова с хитрой улыбкой на лице. — Врешь, Морозова! Я чувствую.
— С чего ты взяла?
Подруга громко фыркнула, снова ныряя за ширму.
— С того. Да у тебя по голосу всё прекрасно слышно. Рассказывай, тётя Маша горит от нетерпения!
Я тяжело вздохнула. При всей гиперреактивности и весёлости, подруга была невероятно проницательна. От неё никогда и ничего не скроешь, даже если я зароюсь в песках Сахары. Её почти телепатическим способностям позавидовал бы сам доктор Чарльз Ксавье. Люди для неё точно открытая книга. А она просто брала и читала их.
Но я отнюдь не спешила огорчать подругу тем, что ничего рассказывать ей не собиралась. Что рассказывать, если я сама еще ничего не поняла?
Тот поцелуй поставил нас обоих в тупик, и ещё более неловкое положение. Раньше было понятно — мы враги. Я воюю за тишину, а он за сомнительное право репетировать в квартире. А теперь совершенно непонятно кем мы стали друг для друга? Чем-то большим, или просто усугубили наш конфликт? Столько вопросов и все без ответа.
Но одно я знала точно: после того вечера с Богданом мы не пересекалась, а он не спешил это исправить. Всё это было таким странным и новым. Существовать на расстоянии вытянутой руки, всем сердцем тянуться к нашему тайному месту встреч и не знать, что у человека в голове. Не понимать хода его мыслей. И, кажется, поцелуй окончательно сместил нас с одной орбиты в разные стороны.
По ночам, лёжа в своей постели, я слышала, как в открытое окно тянет сигаретным дымом, как он небрежно перебирает струны гитары. Пару раз я порывалась выскочить на балкон, но останавливалась уже около самой двери, в тени тонких занавесок. Любовалась его точёным профилем издалека, а потом заставляла себя лечь в постель. И так каждую ночь.
В итоге прошла неделя. Неделя тягостного молчания. Он не делал первый шаг, я тоже не спешила. В голове толпились самые разные мысли, сомнения, страхи, тайные желания. И они были настолько противоречивы, что я решила занять самую правильную позицию — ждать.
— Ну так что? — подруга вышла из-за ширмы, собирая светлые волосы в куцый хвостик. — Я услышу сегодня что-нибудь горяченькое или нет?
— Скорее нет, — покачала я головой. — Потому что там все холодно, как в Антарктиде.
— Ладно, Сашка, я терпеливая, подожду, — она обняла меня за плечи и заговорщически понизила голос. — Кстати, а ты не забыла, какое событие у нас на носу?
— Не забыла, — в тон подруге ответила я. — Как планируешь отмечать пересечение очередного рубежа?
Машка загадочно улыбнулась, набивая цену, но я уже заранее знала, что она скажет. Клуб, концерт или бар. Иного не дано.
— Мы идём в офигенный бар на Невском, ребята знакомые посоветовали. Плюс там будет живая музыка, ну и пригласительные подогнали. Короче, будет супер круто, как никогда раньше!
Я улыбнулась. Что и требовалось ожидать. Это же Машка, она никогда не ходила в скучные места, не читала скучных книг и расставалась со скучными людьми. Даже странно, что мы все ещё дружили.
— Никаких отговорок, — ткнула в меня Кирьянова остреньким коготком. — Сашуля, мне плевать кто там будет ещё, но ты там быть обязана. Иначе я приму это как личное оскорбление!
— Я обязательно буду, — заверила я подругу. Даже несмотря на то, что веселиться мне совсем не хотелось.
Примечание авторов:
1) Профессор Икс, настоящее имя Чарльз Ксавье — персонаж, супергерой, появившийся в комиксах издательства «Marvel Comics». Обладает мощной телепатической силой и гениальным интелектом.
