class="p">— Знаете, что странно? Последнее сообщение от Джинкс гласило, что она скоро с нами встретится, — Сол достает телефон и читает текст Джинкс: —
«Привет, принцы Редвуда. Получили мой подарок? Этот хранитель секретов готов раскрыть все свои карты. Почему? Потому что у меня есть кое-что, что нужно вам, а у вас есть кое-что, что нужно мне. Вы меня еще не знаете, но скоро я буду ближе, чем ваш следующий секрет. Увидимся, Джинкс». — Сол отрывается от экрана. — Она выходила с кем-то из вас на связь?
Признание срывается с моих губ, но я придерживаю его.
— Нет, с тех пор как мама забрала Кейди. Ее приложение тоже офлайн, — Датч включает поворотник и съезжает с шоссе.
— Она что-то скрывает, — предполагает Зейн.
Датч качает головой. — Джинкс всегда что-то скрывает, но она никогда раньше не пропадала с радаров.
— Она также никогда раньше не имела дел с якудза, — отмечает Зейн. — Сплетничать о подростковых разборках — это одно, а сдавать мафию — совсем другое.
— Может, кто-то убил ее, потому что она подобралась слишком близко к правде? — шепчет Сол.
Он ошибается. Джинкс жива-здорова, и она выполняет свое обещание. Она гораздо ближе ко мне, чем кто-либо из моих секретов.
Я вдыхаю, и ее аромат сирени наполняет мои ноздри. Должно быть, он впитался в мою одежду, когда я держал ее на коленях во время поездки. Это приятно.
Я закрываю глаза, пока братья спорят, и позволяю воспоминаниям о Джей захватить меня. Ее светлые волосы. Ее сине-зеленые глаза. Ее приоткрытый рот, когда она тяжело дышала рядом со мной.
Я глубже погружаюсь в заднее сиденье, мое дыхание тяжелеет, когда я вспоминаю, как ее пальцы впивались в мою рубашку. Ее глаза, умоляющие меня спасти ее. Ее рука, бьющаяся в моей хватке, когда я удерживал ее. Ритм ее пульса, стучащий под моим большим пальцем — быстрее, быстрее, приближаясь к блаженству и к смерти.
Ее жизнь висит на острие ножа. Удовольствие и боль. Желание и разрушение.
Да, Джинкс жива. Но после одной ночи со мной всё может измениться. Адреналин бурлит в крови — редкое ощущение. Полагаю… это чувство означает, что я в восторге.
— Финн, что ты думаешь? — спрашивает Сол.
Я выпрямляюсь. Понятия не имею, о чем они говорили.
— Оставьте Финна в покое, — говорит Зейн после секундного молчания. — Вы же знаете, он не даст нам устроить ловушку для своей подружки.
Машина останавливается перед виллой. Датч и Сол выходят и заходят внутрь, не ожидая от меня ответа. Я позволяю им думать, что им хочется, и не спеша выхожу на улицу, разминая ноги и любуясь бескрайним звездным небом.
Мои братья захотят планировать дальше, но я вряд ли буду полезен. День выдался очень долгим, и усталость начинает подкрадываться ко мне.
Зейн подъезжает на мотоцикле и присоединяется ко мне, пока я смотрю в небо.
— С каких пор ты любуешься звездами?
— В отличие от тебя, мне не нужно, чтобы к чему-то были приделаны сиськи, чтобы восхищаться этим.
Он фыркает. Я улыбаюсь и продолжаю смотреть вверх.
— Финн, — говорит Зейн нерешительно. — Сейчас происходит много всего. Грей пропала, и это поглощает меня.
Как и должно быть. Я знаю, как сильно Зейн любит свою жену.
Он качает головой. — Но ты мой брат, и я знаю, что ты тоже через многое сейчас проходишь.
Намеренно или нет, в последнее время они часто напоминают мне, что я их брат. Будто я могу однажды забыть об этом и оставить их.
Взгляд Зейна пробегает по моим ссадинам.
— Тебе не нужно оставаться в якудза, Финн. В любое время, по любой причине, ты можешь уйти. Мы сделаем всё, чтобы ты мог уйти.
Он ошибается. Якудза — это не то, от чего можно просто уйти. Они… мой отец… убьет всех, кто мне дорог, если я повернусь спиной к обещанию, которое дал. В этом я не сомневаюсь.
Зейн хлопает меня по спине, пока я молчу. — Выспись, чувак. Выглядишь паршиво.
Я бы поспорил с ним, но не думаю, что в моих интересах сейчас казаться крутым. Завтра люди Куросаки ждут меня на тренировке, и они не будут щадить меня из-за моих травм.
Направляясь к парадной двери, я толкаю ее, но оборачиваюсь и вижу Зейна, который с тоской смотрит на звезды.
— Зейн, — зову я.
Он смотрит на меня, ветер треплет его волосы. Мы все одного возраста — Датч и Зейн родились с разницей в несколько минут, но в моих мыслях Зейн всегда был младшим братом. Я всегда чувствовал особую ответственность за него, пока мы росли.
— Мы вернем их.
Его губы кривятся. — Я не переживаю об этой части. Я не могу жить без Грей. Нет такой вселенной, нет такого измерения, где я существую без нее. Я знаю, что найду ее.
Тогда почему он уже выглядит таким побежденным?
— Что меня беспокоит, Финн, — мой брат подходит ко мне на пороге и смотрит глазами, полными теней и мрака, — это в каких монстров нам всем придется превратиться, чтобы сделать это.
Глава девятнадцатая
ФИНН
Я отказываюсь называть назначенного Куросаки инструктора «сэнсэем», хотя технически он им и является. Ему около пятидесяти, он не говорит по-английски ни слова, но я слышал, как он выкрикивает одни и те же фразы на японском достаточно часто, чтобы понять, что значат «медленнее», «быстрее» и «следи за ногами».
Прямо сейчас он орет фразу про «следи за ногами» и постоянно указывает на мои ступни. Я прекрасно знаю, чего он хочет, но, кружа по мату и следя за партнером, держу оборонительную стойку.
Сегодня у меня новый спарринг-партнер. Он высокий, с татуировками, уходящими на лицо, и шрамом над левым глазом. Я замечаю ткань, закрывающую шрам в центре его правой ладони. Он левша, но шрам на правой руке выглядит как боевая рана. Он что, был правшой? Это значит, что он научился драться заново, сменив ведущую руку?
Этот боец отличается от остальных. С криком он атакует, пытаясь бросить меня. Я сгибаю
