сложила на кресле. Осталась в одних трусиках, быстро натянула футболку. Благо футболка Михаила была широкая, и мои возбуждённые соски не были видны. Но в сауне мне не удастся скрыть реакцию на его тело. Но отступать я не привыкла. Я же немаленькая девочка.
Открыла дверь и вошла в ванную. Михаил стоял у комода, доставал простыни и полотенца.
— Проходи.
Какое-то время мы просто сидели и наслаждались теплом, я чувствовала, как поры раскрываются. В теле появилась лёгкость. Я даже закрыла глаза от наслаждения.
— Как ты?
— Классно. Я, правда, не фанат. Но чувствую, как тело расслабляется.
— Ложись, я сделаю тебе массаж.
Открыла глаза и увидела Михаила, на лице была испарина. Он был такой сексуальный. Я была как пьяная. Он помог мне подняться и лечь на лавку. Через мгновение на мои ноги полилось масло. А потом моих ног коснулись умелые пальцы. Они разминали, ласкали и массировали моё тело. Я не смогла сдержать стон наслаждения.
— Миша, как же хорошо.
Затем мне под голову положили полотенце, а руки пришлось положить вдоль тела. И их тоже смазали маслом. И начали массаж.
— Футболку испачкаем.
— Снимешь? — хрипло произнёс Михаил.
— Только не смотри, — произнесла.
А обернувшись на Михаила, увидела, что он стоит спиной и тяжело дышит. Я быстро скинула футболку и тут же легла на живот.
— Я готова, — сообщила.
А дальше на спину полилось масло, и мой герой перешёл к плечам и спине. Спустился к попе и снова разминал ноги: бёдра, икры. Стоны срывались неосознанно. А потом на спину легла простынь, Миша умело обернул меня в неё, подхватил на руки и вынес из сауны.
— А теперь душ и чай.
Я обняла его за шею и вдохнула аромат его тела. Не сдержалась и лизнула.
— Оля, не надо, я ведь не сдержусь.
А я улыбалась. Мне нравилось, как звучал его голос, он был возбуждён, и со мной на руках направился в душ. Через секунду на нас полилась тёплая вода из тропического душа. Я не удержалась и поцеловала его в шею, пальцы зарылись в волосы на затылке.
— Олюшка, я не железный.
— Я чувствую. Ты вкусный и очень соблазнительный.
Меня поставили на пол, простынь, разделявшая нас, исчезла, моя грудь распласталась на сильной мужской груди. Одна рука легла на затылок, вторая — на поясницу, Миша простонал мне в ухо, а затем начал целовать. Самозабвенно и со всей страстью и желанием. Мне получилось обвить его шею, — успевала делать вдох в перерывах между поцелуями. Сдержать стоны было сложно, и не хотелось. Между нами возник пожар. Вода лилась на нас, но она помогала мне ласкать его плечи, руки. Насытившись, Миша наклонился и начал целовать мою шею, плечи и ключицы. А потом меня пронзило желание, когда он встал передо мной на колени и принялся за грудь и соски.
Я искала опору, стоять на ногах не было сил, меня трясло, я была готова рухнуть к его ногам. Но сильные руки держали крепко. А потом спиной я коснулась мраморной стены. Пальцы зарылись в густые влажные волосы.
— Миша-а-а…
* * *
Он медленно поднимался с колен, даря неописуемое наслаждение. Я трепетала в его умелых руках.
— Надеюсь, тебе не будет жалко их. — прорычал он. Как я оказалась без трусиков, не помню.
Моя нога оказалась закинута на бедро Миши. Внушительная эрекция коснулась моего живота.
— Прости, но если я не окажусь в тебе, я сдохну. — Его глаза горели и прожигали насквозь.
— Иди сюда, — я потянулась к нему, и снова нас захватила страсть.
Миша был очень нежным, когда входил. Мне хотелось плакать от нежности, которую я испытывала к нему в этот момент.
— Оля, я в раю. Какая же ты. Невероятная девочка, а какая вкусная и желанная, — шептал Миша, когда начал увеличивать амплитуду.
С каждым движением спираль закручивалась все сильнее и сильнее. А шёпот и нежность возносили меня к звёздам. Затем он сменил угол проникновения, и я взлетела. Оргазм был сногсшибающим. А вслед за мной к финалу пришёл мой новогодний герой. На мой потряхивающий живот хлынуло его освобождение. Я приходила в себя, прижатая к нему всем телом. Миша умудрился вымыть нас и вынести из душа. Закутал меня в полотенце и вынес в спальню.
— Я сейчас. — Я видела его мускулистый зад.
Не успела моргнуть, он оказался рядом, в полотенце на бёдрах и с чайником в руках.
— А теперь чай и приходи в себя.
— Не уверена, что хочу приходить в себя, — смутилась и спряталась за кружкой с ароматным чаем.
— Ты не думай, что я закончил с изучением твоего тела. Это только начало.
— Боюсь-боюсь.
Из моих рук исчезла чашка, я успела сделать всего три глотка. Сверху меня придавило горячее, тренированное тело. Под утро я просила пощады. Количество поз и оргазмов я не считала. Но Миша был ненасытным и невероятно заботливым и пылким партнёром. Проснулись мы ближе к обеду. И будили меня поцелуями и нежностью.
— С ума схожу от тебя. Прости, но не могу сдерживать свой темперамент рядом с тобой.
— У меня нет претензий, — простонала я в подушку.
Меня тут же развернули лицом, развели ноги в стороны и медленно начали входить, глядя в глаза.
— Оль, я, кажется, влюбился… И сдохну, но не отпущу…
А мне хотелось рыдать. Жизнь за эти два дня резко сделала кульбит. Я смотрела и тонула в серых омутах и понимала, что чувствую то же самое. Страшно, что это всего лишь химия.
Спустя три часа мы всё же выбрались из кровати. Миша отнёс меня на руках к камину. В моих руках оказалась кружка с кофе и сэндвич с красной рыбой.
— Чем сегодня займемся? — спросила я, лёжа на груди Михаила.
— Обычно третьего я езжу в один из детских домов Подмосковья, привожу деткам подарки и выпечку. Планировал печь сегодня пряники, — я всхлипнула, услышав его тихий голос. — Ты что, маленькая? — пережив эмоциональный всплеск, подняла голову и прошептала:
— Я готова помогать.
— Спасибо, — Миша поцеловал меня в нос.
В камине трещали поленья, мы сидели, обнявшись, я слушала, как ровно бьётся его сердце, и не верила своему счастью.
— Пойдём готовить, пряники сами себя не испекут.
Миша ловко встал с дивана и подал мне руку. Я снова была в его футболке, попу прикрывали трусики.
У нас была настолько слаженная работа, мы не мешали друг другу. С самого начала у нас была идиллия, и это было так здорово. Я топила мёд с маслом, затем добавляла специи, а
