Успокойся и дыши! - резко, по-медицински строго командует Валерия Анхелевна.
- Дышать? – снова повышаю голос. – Да как, вашу мать, я могу спокойно дышать, когда тут чёртов ноль?! Вы уничтожили мою жизнь, я вам ненавижу!
- Женя, послушай меня внимательно. Перешли мне этот файл прямо сейчас. Лаборатория могла допустить ошибку в бланке. Могли перепутать пробирки на этапе выделения ДНК. Это человеческий фактор. Умоляю, только не делай поспешных выводов. Тебе нельзя так нервничать. Скинь файл и дай мне полчаса от силы час. Я сама свяжусь с заведующим лабораторией. Пожалуйста, дай мне возможность помочь тебе во всём разобраться.
Она просто тянет время, я уверена, но как только связь разъединяется, ощущаю, что надежда снова поднимает голову.
Она дурит тебя, - кричит одна часть меня. Или же права, и что-то могли перепутать. Может, плохой образец? – вторит другая.
Отправляю ей файл трясущимися руками, а затем принимаюсь мерить комнату шагами.
Время растягивается в вечность. Кажется, старею на десять лет, пока телефон снова не разражается звонком.
- Алло! - кричу я в трубку.
- Женя, - голос Валерии Анхелевны звучит невероятно напряженно. Из него исчезли успокаивающие нотки. - Я подняла на уши всю лабораторию. Они проверили логи, штрих-коды и записи с камер. Ошибки с пробирками нет. Это твоя кровь.
Земля окончательно уходит из-под ног.
- Значит... я вынашиваю чужого ребенка? - шепчу мертвым голосом.
- Нет, подожди. Не паникуй, - торопливо перебивает она. - Я проконсультировалась с генетиком. Женя, мне нужно, чтобы ты сегодня же приехала в клинику и сдала ДНК еще раз.
- Зачем?! Чтобы мне снова показали мне этот ноль?! Чтобы вы выиграли время и подчистили следы?! Хватит придумывать отмазки! Просто признайтесь!
- Прекрати! - рявкает она, и это заставляет меня замолчать. - Никто ничего не подчищает! Я прошу тебя сдать другой материал. На этот раз мы не будем брать кровь из вены. Мы возьмем слюну и мазок эпителия с шейки матки.
- Мазок? - тупо смотрю в пустоту перед собой. - Зачем?
- Он может показать совершенно другой результат. Женя, умоляю тебя. Просто приедь и сдай. Если я ошибаюсь - подашь в суд. Но сейчас, пожалуйста, доверься мне.
Отключаюсь, так ничего и не ответив. Слюна? Мазок? Какая разница, откуда брать клетки, если ДНК у человека одна?!
Они точно просто пытаются меня запутать. Пытаются выиграть время, чтобы придумать правдоподобную ложь. Но я поеду туда. Поеду и сдам всё, что они просят, чтобы потом размазать их в суде.
Глава 35
Еду в клинику как в тумане. Молча, словно робот, сдаю слюну в пластиковую пробирку, затем послушно ложусь на кресло, терпя неприятную процедуру взятия мазка. Внутри всё вымерзло, покрылось коркой льда. Ожидание новых результатов займет ещё минимум сутки, я заплатила за срочность, точнее, деньги перевела мать, которой пришлось всё рассказать. А я до сих пор с заблокированными счетами, и меня это неимоверно раздражает.
Три дня, которые я выпросила у матери, истекают, и прямо из клиники еду к ней.
Она открывает дверь не сразу, выглядит уставшей, осунувшейся, под глазами залегли тени.
- Просто скажи ему, что денег нет, - говорю ей. - Проверь его. Я умоляю тебя. Скажи, что банк отказал, что акции заморожены. Если он тебя любит, он останется. И ещё мне нужны деньги, чтобы узнать информацию о Кире. Лев хочет забрать фирму отца, и у нас с ним война.
- Что? – удивляется она.
- Да, мам. Так вышло, что у тебя глупая и слишком доверчивая дочь.
Через два часа выхожу из дома с деньгами, что были в сейфе, и еду встречаться с Артёмом, встречу которому назначила мать.
В моём кармане телефон, на другом конце Гриша и включённая запись звонка. Неподалёку он же в машине наблюдает за происходящим.
- Три миллиона? – усмехается Артём. - Женя, ты смешная. Твоя мать завтра переведет мне пятнадцать. Зачем мне твои копейки?
- А ты позвони ей, - предлагаю я ледяным тоном. - Позвони и спроси, как дела с кредитом.
Он не верит до последнего, а когда она начинает по телефону оправдываться и говорит, что неизвестно на какой срок всё затянется, он говорит, что ему пора.
- Лучше синица в руках, - показываю свёрток.
- Сколько там?
- Три миллиона.
По лицу вижу, что мало.
- Потом дам ещё, - обещаю. И узнаю страшное.
- Ты думаешь, твой муженек Лев просто кобель, который не умеет держать ширинку застегнутой? - он криво усмехается. – Нет, Женя. Он тот, кто шёл к цели, несмотря ни на что. Не смог зайти в семью через Киру, начал окучивать тебя. Она нашла схемы, по которым он выводил деньги в офшоры. Она могла посадить его лет на десять. А когда потребовала отвалить от семьи, потому что знала его гнилую натуру, он сделал так, что она замолчала навсегда.
Мои глаза округляются, дыхание вновь перехватывает.
- Нет, - качаю головой.
Он рассказывает, как Лев всё устроил, что авария не была случайностью. А происки конкурентов в тот момент были, как нельзя кстати, потому увели подозрения совсем в другую сторону.
- Этот гадёныш пытался привлечь меня, - фыркает Артём. – Но одно дело брать деньги и любить стареющих милф, и совсем другое убивать.
Земля уходит из-под ног. Я перестаю дышать.
- Лев заплатил тому водителю, чтобы он выехал на встречку прямо в машину твоей сестры. Профессиональный каскадёр, взял очень приличную сумму.
Я пячусь назад, мотая головой. Этого не может быть. Нет. Нет!
- И теперь твой драгоценный Лев платит мне за молчание. Но сейчас решил, что окупил его сполна, придурок. Надеюсь, ты – человек слова, и деньги будут у меня не позже пятницы.
- Деньги будут у тебя, как только я верну себе фирму.
Он усмехается.
- Вот же стерва, - качает головой.
- Мне нужно имя каскадёра.
- Я похож на идиота?
- Артём, я могу посадить тебя за мошенничество и прочие дела. Так что, пожалуйста, помоги.
Желваки ходят на его лице.
- Кусков Олег, - говорит и уходит.
Паника накрывает меня с такой силой, что я физически чувствую, как рвется что-то внутри. Мой ребенок... ребенок от убийцы моей сестры... или не мой ребенок?! Что вообще происходит?!
Мир рушится, превращаясь в кровавое, непроглядное месиво, а ко мне уже бежит Григорий, и
