мне положено быстро реагировать.
Отправляю Степу в женскую раздевалку, сам иду к бойцам.
Рожи у всех довольные, будто им внеочередную премию выписали.
— Кто щас рот откроет, на полигоне сгною.
— Да мы ж порадоваться за тебя, командир! — подает голос Романов. Ну а кто ж еще?
— За себя порадуешься. — Хлопаю в ладоши. — Так. В команду к Амуру идут Барс, Каспер…
Распределяю отряд.
— Со мной остаются Тайга…
Романов бросает ехидный взгляд на летеху.
— … и Степанида, — заканчиваю, обводя всех суровым взглядом. — Играем мягко, упор на тактику. Как стадо носорогов не носимся, помним…
Романов перебивает с улыбкой:
— Что у нас сегодня хрупкий груз.
И смотрит, паскудник, снова на Багрянцева. А тот и не замечает, завис в телефоне.
— Товарищ майор, можно выйти? — обращается ко мне.
— Иди.
Летеха срывается с места, наплевав на комментарии Романова.
Ворочаю мысли в башке, сопоставляя. Не нравится мне эта поспешность.
Отправив команды вместе со Степой на арену, жду возвращения Багрянцева, а потом выхожу следом на крыльцо.
Летеху обнаруживаю у припаркованного желтого такси в компании девушки. Миниатюрная. По сравнению с этим бугаем — пташка совсем.
Обняв себя за плечи, она с мольбой смотрит на моего бойца. А тот, судя по позе, в диком напряге. И разговор у них точно не о природе-погоде.
Вот девушка качает головой и садится в машину. Багрянцев, лупанув рукой по крыше, разворачивается и напарывается диким взглядом на меня.
Да у нас тут драма по классике.
Молча жду, когда он подойдет, провожая взглядом такси. Вид у летехи — двухсотый.
Пялится на дорогу, играя желваками и сжимая кулаки.
Эх, молодежь.
— Девушка твоя? — роняю, когда пауза затягивается.
— Нет.
А по лицу не скажешь.
— Знаешь, иногда на женщину не нужно давить, чтобы подтолкнуть к правильному решению.
Взгляд летехи тут же вспыхивает.
— Это вы к чему?
— Ни к чему. Так просто.
Смотрю на него — пацан ведь. Сам таким был. Помню еще, каково это, когда вся душа в мясо.
— Не моя она больше, — вдруг признается Багрянцев.
— Раз не твоя — отпусти с миром.
Хмыкает горько. Да, и так бывает, боец.
Кладу руку ему на плечо, сжимаю.
— Но если твоя, добейся любой ценой.
— Вы ж только что сказали «не давить», — скалится.
Ишь, волчонок. Но я тоже не пальцем деланный.
— А некоторые только и ждут, чтобы их подтолкнули.
Вот так вот.
Глава 37. Зайцы-ежики
Степанида
Святые градусники! И зачем я только согласилась?
— Может, я в сторонке постою? — жалобно блею, сжимая в руках бластер и глядя на сосредоточенных парней. Все они — в банданах с диодами, масках, закрывающих нижнюю часть лица, и одинаковых жилетах — похожи на братьев-близнецов.
Фиг поймешь, кто из них грек, а кто римлянин.
За десять минут инструктажа из моей бедовой головушки выветрилась половина информации вместе с их позывными. Поэтому я скромно сижу на ящике, как прилежная первоклашка за партой, и не свожу взгляда с Тимура.
Его массивная фигура кажется даже больше остальных. На плече повязана желтая ленточка командира, у остальных «наших» — белые.
— Не дрейфь, Степ. — Он присаживается рядом со мной, легонько толкая мое плечо своим. — Вот увидишь, тебе понравится.
Тяжко вздыхаю:
— Я и бег понятия несовместимые.
— Никто не заставляет тебя бегать, — хмыкает Тимур, сверкая глазами из-под маски. — У нас с тобой сегодня другая задача.
— Какая?
— Ты всё прослушала, да? — уточняет с тихим смешком.
— Не всё, — спорю чисто из вредности. — Только ту часть, которая касается меня.
— Сценарий такой. Ты сегодня ценный груз, и наша задача — довести тебя от базы до точки сбора целой и невредимой, — сообщает спокойно мне и переводит взгляд на парней. — Целой и невредимой, это понятно? Иначе пиздов дам.
Парни ржут, я тоже невольно начинаю улыбаться, и напряжение сдувается, как воздушный шарик.
— Идем двойками. По полигону как сопли не тянемся, про укрытия не забываем и башкой думаем, а не тупо кислород жжем! — дает Тимур последние указания. — Мы с Пумой замыкающие.
Ага, Пума — это я. Мяу.
Сигнал начала игры заставляет меня подпрыгнуть на месте. Ну и какая из меня хищница? Зайка-дристун если только.
Тимур знаками предлагает мне выдвигаться.
Ох!
Шевелю ногами, внутренне помолясь всем богам травматологии, чтобы эти самые ноги меня не подвели.
Полигон погружен в полумрак и больше напоминает крупный склад из фильма ужасов, где из-за каждого поворота выскакивает клоун или маньяк с бензопилой.
Сглатываю вязкую слюну, чувствуя, как форма противно липнет к спине, а лоб зудит под банданой.
Напряженно вслушиваюсь в окружающие звуки, но кроме своего громкого сопения, не разбираю ничего.
Вот знаете, глядя ужастики, я всегда хотела прибить героиню за неуместную болтовню.
И что вы думаете? Прямо сейчас меня распирает от желания, как сказал бы Тимур, попиздеть. А всё потому, что он мне это строжайше запретил.
Будто догадываясь, что мой горшочек сейчас рванет, Тимур оборачивается и прикладывает палец к губам.
«Тихо».
Следом идет команда «вперед», и я послушно передвигаю ноги.
Честно, я ожидала, что Тимур будет топать как слон, но он перемещается по темноте лабиринта бесшумно. А единственный источник звуков рядом с ним — я сама.
Наверное, орги посчитали, что нам маловато кринжа, поэтому врубили туман, который довольно быстро заволакивает всё пространство вокруг, навевая мысли о ежике из одноименного мультфильма.
Ага, по ощущениям, я навожу шума как целое стадо необузданных и диких ежей.
— Степ, не торопись, — впервые раздается в гарнитуре тихий голос Тимура.
Замираю на месте, боясь даже дышать.
— Тут открытое пространство, перебегаем быстро, — дает он указания и первый шагает за угол.
Трескотня бластеров накрывает с головой. Дезориентированно кручу башкой в разные стороны. Где противник? Слева, справа?
— Влево, влево! — кричит мне Тимур.
Ага.
Пригнувшись, как учили, я несусь в нужном направлении, судорожно стискивая бластер. Сердце, ухнув в пятки, подскакивает к самому горлу.
Я пробегаю еще метра три, когда до оглушенного мозга доходит, что ноги выбрали другое «лево», и прямо сейчас я радостным носорогом топчусь по территории противника.
Ы-ы-ы.
Ценный груз, ты че наделала?
Я не специально!
Вдруг из тумана навстречу мне бесшумно выныривает огромная фигура, и прежде, чем я успеваю, сообразить, мои руки сами поднимаются вверх, а палец жмет на курок.
Бластер стрекочет очередью, на долю секунды выхватывая из мрака удивленное лицо гиганта. Его жилет вспыхивает и издает сигнал, подтверждая попадание.
Я победила?
Опустив бластер, пораженно смотрю на противника.
Я победила! Уи-и-и.
Кто-то сзади сжимает мое плечо, и я едва
