он заводил меня ещё больше, опять приближая к звёздам. Мои крики, наверное, стали громче, и тогда я получила шлепок по ягодице. Он грубо, но с наслаждением сжимал их и шлёпал. От каждого удара внутри меня всё сжималось, стенки влагалища сужались, и я понимала, что он вот-вот не сможет выйти. Эти сжатия дарили новые, невиданные ощущения.
«Как я до сих пор не знала, на что способно моё тело?» — пронеслось в голове. Но нет, это не просто тело. Это он, Костя, мой X-Men, виртуозно играет мной, словно музыкальным инструментом. Он знает, где нажать, где отпустить, а где потянуть. Он не просто музыкант любви — он мой волшебник. Ярость этой игры вновь довела моё тело до истощения, и я издала глубокий стон, почти крик. Меня вновь накрыла судорога блаженства. Придя в себя, я увидела, что бокал с недопитым утренним чаем валяется на полу. Мне стало стыдно за свои действия, но он лишь смеялся, целовал меня и, подхватив на руки, отнёс на кровать.
Сам он лёг на спину, а я осталась сидеть сверху.
— Теперь ты командуешь, моя наездница, — прошептал он.
Боже, какое же великолепие — его большое, сильное тело, и я могу делать с ним всё что угодно… Внутри меня словно проснулась демоница. Взяв его мужскую силу в руки, я инстинктивно начала водить пальцами вверх и вниз. Какой же он сильный, твёрдый, гладкий, жилистый… Я наклонилась и провела языком по яичкам, словно слизывая крем с тортика, а затем взяла их в рот, втягивая и отпуская, поглаживая рукой ствол по спирали. Поменяв положение, я взяла мошонку в руки, а головку члена — в рот. Костя издал хриплый стон, медленно направляя мои движения, насаживая мой рот на свой член. И в последнюю секунду он выпустил меня, извергаясь горячим семенем мне на грудь.
— Как же ты горяча, девочка моя, — выдохнул он, притягивая меня к себе. — Я люблю тебя. — Он поцеловал меня и стёр простынёй свои следы.
Немного отдохнув, мы пошли в душ, помогая друг другу смыть следы нашего счастья. Мы целовались, вытираясь наспех, и он снова взял меня на руки и отнёс на кровать, не разрывая объятий и не прерывая поцелуя.
Он поглаживал мою грудь, живот, бёдра, а я чуть царапала его спину и бёдра. И вдруг он перевернулся, и я снова оказалась сверху.
Приподнявшись, я аккуратно направила его член внутрь себя. Пожар внутри не думал утихать. В мыслях были только нежность, воздушная лёгкость и единство. Мы — одно целое. Он заполнил меня, заполнил все пустоты моей души и тела. И как же я раньше отказывалась от этого? Это ведь так прекрасно. Ощущение его внутри было таким родным. Он шептал мне красивые слова, целовал…
Он во мне весь, без остатка. Это великолепие. Так бы и остаться, никогда не выходить…
Я начала свои плавные движения — нежно, сладко, томительно. Не спешила, наслаждаясь каждым мгновением. Привыкнув к ощущению, я участила ритм. Пальцы на руках свело — я слишком сильно вцепилась в его ноги. Расцепив их, я наклонилась вперёд, нашла его руки, переплела наши пальцы. Мы двигались быстрее и быстрее. Я ослабила хватку и легла на его грудь, а он продолжил ритм, всё наращивая темп. Внутри всё бушевало, требуя выхода. Я стонала, кажется, даже кричала — уже не помнила себя. Судорога охватила всё моё тело… и его тоже. Я чувствовала, как он вздрогнул, услышала его стон, похожий на рык зверя, а затем его тёплое семя потекло по моим бёдрам. Это было волшебно. Я снова улетела в облака.
Его руки нежно, чуть царапая, гладили мои бёдра, живот, грудь. Он по-прежнему был внутри меня. Придя в себя, я попыталась встать, но он схватил меня, крепко прижал к себе и повернул на бок, не вынимая члена. Он шептал ласковые слова, говорил, что теперь будет всегда со мной, что никому и никогда не даст меня в обиду. А я, уставшая и обессилевшая от любви, прикрыла глаза, слушая его мурлыканье, и верила — теперь всё будет по-другому.
Так мы и уснули, прижавшись друг к другу, переплетённые руками и ногами. И он — внутри меня. А что будет завтра — уже не важно. Главное, что мы сейчас вместе.
