уж на сковородке от моего присутствия. Но есть и другая сторона моей души, которой все это не нравится. Она не желает мстить, ей это не нужно. И почему-то я больше склоняюсь к этой своей стороне.
И опять-таки, в голове проскальзывает мысль, а что, если Вадим Данилович в сговоре с Дашей? Что если они оба хотят меня опозорить или что-то типа того. Иначе зачем ему настаивать на поездке? Может он хочется, чтобы я увидела то, что меня окончательно сломает? Или опозорит?
«Тогда почему бы ему не унизить меня на работе? В институте куда проще подставить меня,» — пытаюсь рассуждать здраво.
— Не думаю, что это хорошая идея, — приподнимаю уголок губ.
— Отец Даши — двоюродный брат моей мамы, — медленно произносит ректор. Видимо, он переживает, что до меня что-то может не дойти. — Поэтому она обязательно будет завтра на… ужине, или что там планируется. Мама хотела с вами встретиться, и вы вроде как дали ей однозначное согласие. Чем не повод?
— А вы вроде как сказали, чтобы я не лезла, — сужаю глаза.
— Но вы так мило настаивали, — Вадим Данилович усмехается. — А теперь идете в отказ. Не хорошо.
«Вот же ж…» — ругаюсь про себя.
Он загнал меня в угол, я же действительно обещала Людмиле Олеговне, что попробую уговорить ее сына встретиться с ней. И вот сейчас у меня есть возможность это сделать. Но стоит ли мое обещание собственных нервов?
«Да ладно, чего ты теряешь?» — подначивает ехидный внутренний голосок.
И он прав, я ничего не теряю.
— Вряд ли ваша сестра захочет видеть меня на этом вечере, — предпринимаю еще одну попытку отговорить Вадима Даниловича от непонятной мне идеи взять меня с собой. — Если учесть, что она топит за команду Сони.
— Ей придется принять вас, как мне придется принять… ее любимого мужчину, — в голосе ректора проскальзывает что-то странное, будто он только что произнес завуалированное ругательство.
Встряхиваю волосами. Наверняка мне показалось. Вряд ли он может что-то знать про наш замысловатый «треугольник».
— Если я откажусь, вы поедете? — почти умоляю Вадима Даниловича сказать «да», чтобы моя совесть перед его мамой была чиста.
— Нет, — решительно отвечает он, выбивая последнюю надежду из моих мыслей.
Черт! Перевожу взгляд за плечо ректора, смотрю в окно, где ярко светит солнце. Вспомнил голос Людмилы Олеговны и ее просьбу. Она очень хотела увидеть сына.
— Ладно, я согласна, — тихо вздыхаю. — Но только я уеду при первой же возможности, — снова смотрю в глаза Вадиму Даниловичу.
— Как скажете, — спокойно кивает он. — В любом случае, завтрашний вечер доставит нам много эмоций. Думаю, вы точно не пожалеете, что согласились.
После этих слов становится жутко. Низ живота сдавливает от странного предчувствия. Сердце колотится, гулко ударяясь о ребра. На что я подписалась?!
Глава 29
— Почему вы все еще не нашла нормально жилье? — это первое, что произносит Вадим Данилович, когда я выхожу из здания мотеля.
И только после он окидывает меня внимательным взглядом. Ректор дал мне сегодня выходной, поэтому у меня была возможность пробежаться по магазинам в поисках приличного недорогого наряда. И да, я справилась с задачей. В небесно-голубом шелковом платье, обтягивающем мою фигуру и доходящем до колен, я чувствую себя на все сто. Ленты, завязанные на плечах, имитируют лямки — их можно приспустить на руки, но не думаю, что это будет уместно.
Распущенные волосы развевает легкий ветерок. Утонченный макияж чуть ярче, чем обычно. Я подвела глаза черными стрелками и веделила губы розовым блеском. Выжидающе смотрю на ректора, сжимая в руке маленькую белую сумочку, которую мне тоже пришлось купить.
Вадим Данилович и сам выглядит так, будто только что снимался в модной рекламе. Рукава белой рубашки закатаны до локтей, стрелки черных брюк кажутся настолько острыми, что страшно проводить по ним пальцем — вдруг порежешься. Волосы уложены в стильный беспорядок, будто Вадим Данилович только что встал с кровати… Щеки тут же краснеют, когда я невольно представляю его лежащим в постели.
— Потрясающе выглядите, — почти мягкий голос ректора приводит меня в себя, заставляя вынырнуть из ненужных мыслей, лезущих в голову.
— Спасибо! — опускаю глаза, прячась от пристального взгляда ректора. — Вы тоже.
Вадим Данилович хмыкает и распахивает для меня переднюю дверцу машины, помогает мне залезть внутрь. Через мгновение сам садится на место водителя.
— Вы не ответили на вопрос, — стоит двигателю завестись, напоминает ректор.
Он размеренно выруливает на дорогу, я же пристегиваюсь.
— Пока что времени нет, — вставляю крепление. — Готовилась к сдаче нескольких предметов.
— Я могу помочь… — сурово произносит Вадим Данилович.
— Не нужно, — мотаю головой. — Я хочу выучиться как следует, а не пользоваться связями.
— Хм… похвально.
Почему-то эти слова, произнесенные ровным тоном, заставляют меня пылать от восторга. Мне кажется, я буквально сияют от прошившей меня гордости.
Мы едем мимо домов и людей куда-то на окраину города. Затем каменные стены сменяются лесом. Но буквально через минут двадцать мы сворачиваем в элитный поселок и уже плавно скользим по идеальному асфальту. Невольно прилипают к окну. Я впервые в таком месте, где каждый дом выглядит как произведение архитектурного искусства.
Мы останавливаемся перед коваными воротами с золотым тиснением, которые медленно начинают раскрываться перед нами.
— Да, забыл сказать, — как бы между прочим произносит Вадим Данилович. — Ужин решили провести в доме моих родителей.
Неосознанно распахиваю рот, когда перед нами появляется дом, воплощающий современную роскошь — два этажа из светлого камня с панорамными окнами, сквозь которые льется теплый свет. Темная крыша с плавными изгибами завершает идеальный вид. Перед входом на лужайке разбит небольшой фонтан, подсвеченный голубыми огнями. На подъездной дорожке сбоку от него уже стоит два автомобиля — черный и серебристый седаны.
Вадим Данилович паркуется рядом с ними и выходит на улицу, обходит машину. Он распахивает передо мной дверь, галантно протягивает руку. Я осторожно ступаю на выложенную плиткой дорожку, ведущую к массивной дубовой двери с витражными вставками.
— У вас очень красивый дом, — пытаюсь забрать руку из хватки Вадима Даниловича, но он перехватывает ее и кладет себе под локоть, заставляя обхватить его.
Я сейчас слишком удивлена и обескуражена, что решаю не спорить и просто подчиняюсь.
— Я к нему не имею никакого отношения, — Вадим Данилович пожимает плечами. — Это заслуга моего отца.
Перевожу на ректора недоуменный взгляд, но не успеваю ничего сказать, когда нам навстречу изящной походкой направляется прекрасная женщина.
— Вадим, ты приехал, — ее мелодичный голос кажется знакомым. — Как же я рада, — невысокая блондинка с волосами, доходящими ей до
