Многогранники любви - Наталья Андреевна Букрина

– Мы же не в театр идем! – обиженно возразила Настя.

– В театре, кстати, твой гардероб может сойти за эксклюзив, но меня он не устраивает.

– Волнуешься, что мой вид отобьет у других посетителей аппетит?

– Вот это вряд ли. Мы будем ужинать в гордом одиночестве – я снял весь зал!

– Думаешь, официанты отличат платье от феерического Гальяно или костюм от блистательной Шанель? – волнуясь, упрекнула барышня. – Хотя даже они в курсе, что именитые кутюрье отправляют в московские бутики далеко не лучшие свои работы. Как минимум, прошлогодняя коллекция.

Ее уверенный тон озадачил Вадима. Он с недоверием покосился на собеседницу, и уже в салоне авто миролюбиво шепнул: «Если хочешь, можем слетать на авторские показы. Ближайшая неделя моды – в Милане. Идет?» Настя отказалась, сообщив, что не имеет ни желания, ни заграничного паспорта. «Последний как раз не вопрос», – усмехнулся спутник и достал телефон. Пока он вел непринужденную беседу, девушка любовалась вечерней Москвой. Чуть прищурившись, она заворожено изучала причудливый городской пейзаж. Высотки, памятники и площади были искусно подсвечены прожекторами, но напористое огнецветье реклам сводило на нет работу светомастеров. Оставшиеся где-то позади проблемы на мгновение показались малозначительными. Вадим перехватил восхищенный взгляд спутницы и с превосходством прокомментировал:

– Вот где красота! Твой Запрудный и рядом не стоял.

Ася горько улыбнулась и невозмутимо возразила:

– Архитектурный винегрет.

Вадим то ли недослышал, то ли уже погрузился в размышления о предстоящем ужине.

– Винегрет – удел убогих, нас ожидают кулинарные шедевры, – отстраненно прокомментировал он.

Машина остановилась у входа в навороченный бутик.

– Выбираем наряды, полагаясь на мой вкус, – напомнил Вадим, пропуская девушку вперед. – А после шопинга слегка подправим твой имидж, – он кивнул на салон именитого стилиста по соседству и шутливо заметил: – Если предложенный визажистом образ тебя не вдохновит, разрешаю смыть штукатурку, не отходя от кассы.

Видя решительный настрой кавалера, Настя не стала возражать. Лицо продавщицы показалось ей знакомым. Так оно и было – одно время девушка активно снималась в сериалах, но, получив серьезную травму, выпала из профессии. Прихрамывая, она мило ворковала с Вадимом. Не желая мешать их беседе, Ася приступила к изучению ассортимента. Стоимость первого же простенького платьица от Армани по цене навороченной шубы повергла ее в шок. Такой была стартовая цена последней картины деда на аукционе «Сотбис», с той лишь разницей, что свои холсты автор изначально продавал за символическую сумму, и бизнес на них делали другие. По традиции основную часть вырученных от их продажи средств семья передавала на благотворительность. Вадим, по счастью, остановил свой выбор на относительно «скромном» платье для коктейля. Девушка испытала огромное облегчение, услыхав, что за него, крошечную сумочку и простенькие, на первый взгляд, туфли не придется выкладывать указанную на ценниках цифру, равнозначную по стоимости марке отечественного авто, поскольку есть возможность воспользоваться ими напрокат. «Полезное знакомство: когда-то мы с Ритой посещали один драмкружок», – пояснил ухажер, открывая дверь в ювелирный салон. Проявив завидную твердость, провинциалка наотрез отказалась примерять какие бы то ни было украшения. И лишь замечание продавщицы, что собственный комплект девушки ценнее любого из предлагаемых гарнитуров, заставило Вадима изменить мнение.

Вскоре над головой Насти колдовал неопределенного возраста тип с вороньим гнездом вместо шевелюры. Его манеры и ужимки откровенно указывали на нетрадиционную ориентацию, но мастерство и полет фантазии откровенно восхищали. По завершении работы над замысловатым, под стать ему самому творением, свита и созерцатели восхищенно ахнули и разразились бурными аплодисментами, выказывая автору поддержку и всяческое одобрение.

– Как тебе мое последнее приобретение? – игриво уточнила у Вадима хозяйка заведения, любуясь чудаковатым протеже. – Строит всю тусовку.

– Впечатляет, – в угоду ей резюмировал бизнесмен, незаметно опустив в карман фирменной накидки собеседницы иностранные купюры.

– Любой каприз за ваши деньги, – услужливо улыбнулась мадам и, наклонившись к уху гостя, поинтересовалась: – Интересно, каким местом тебя зацепила эта Золушка?

– Перспективой. Картины ее покойного деда тянут на целое состояние. В евро. Из родни – одна античная старуха.

Брови дамы многозначительно поползли вверх. Посмотрев на Настю оценивающе, она перевела на Вадима взгляд, полный одобрения.

– Ну, наконец-то. Надеюсь, наследница не в курсе, сколько она стоит?

Ловелас ненадолго задумался, но, так и не найдя ответа, равнодушно пожал плечами. Хозяйка салона игриво погрозила ему пальцем, демонстрируя очередной ювелирный шедевр, и вполголоса уточнила: «Это ей мы будем делать загранпаспорт?» Получив утвердительный ответ, она взмахом руки подозвала дежурного фотографа. Выскочивший подобно черту из табакерки экзальтированный тип, манерно кокетничая, приступил к фотосессии. Настя выдержала лишь несколько вспышек и опустила глаза: ее раздражала окаменевшая в зеркале вульгарная кокетка с замысловатыми пучками волос вокруг изуродованной головы. Вызывающий макияж превратил миловидное девичье личико в лик хищной охотницы. А легкое ажурное платье, весьма откровенно обнажавшее шею, руки и грудь, откровенно напоминало заграничное нижнее белье из трофейного сундука тети Нюры. Даже Вадим изучал свою спутницу как выставочный экземпляр. Испытывая под пристальными взглядами искушенной публики чувство чудовищного дискомфорта, Настя окончательно убедилась, что не желает соответствовать навязанному ей образу. Фотограф сделал последний снимок, послал барышне воздушный поцелуй и откланялся. Новоявленная модель осмотрелась. «Дамская комната в конце коридора», – услужливо подсказал лысоватый охранник. У Вадима зазвонил телефон. Он извинился и предложил встретиться уже в машине.

Ася долго осваивала премудрости заграничной сантехники: привычных в ее понимании кранов в умывальнике не обнаружилось, а о существовании сенсорных датчиков она даже не подозревала. Заставив систему работать методом тыка, она тщательно смыла уродливый грим. Чтобы разобрать хитроумное сооружение из закостеневших от лака волос, потребовалось куда больше времени и сил. С мыслью о невозможности достать из багажника прежнюю одежду и пониманием того, что дорогостоящее одеяние никак не вяжется с заново обретенными скромными локонами, провинциалка попыталась незаметно проскользнуть мимо своих мучителей. Если бы выражение их лиц можно было запечатлеть на электронном носителе, после чего выложить в Интернет, ролик, без сомнения, стал бы хитом дня. Сама того не желая, Настя произвела фантастический фурор и бесстрашно проследовала к выходу.

Швырнув под колесо очередную сигарету, Вадим не обратил внимания на бесцветную простушку и шагнул в сторону, намереваясь разминуться. Лишь встретившись с ней взглядом, он не сразу, но осознал, что это Настя. С трудом обуздав разыгравшиеся эмоции, кавалер нервно глотал воздух. «Штукатурка не понравилась», – его же словами объяснилась подруга, забираясь в салон. С разинутым от удивления ртом Толик наблюдал за развязкой. Видя состояние шефа, он не стал испытывать судьбу и угодливо распахнул перед ним дверь. Управляющий