было нельзя.
– Да-да, я не танцевал только из-за этого.
Посмеявшись из-за попытки пошутить, я пошла дальше. Мы добрели до неприметного магазинчика букинистики. Ржавая арка не обещала ничего хорошего, но мы всё равно зашли.
Продавец нас поприветствовал и продолжил заклеивать какую-то старую книгу в тёмно-зелёной обложке. Юра смотрел вокруг с интересом. Помимо фолиантов внутри нашлись старые диски, кассеты, плакаты, даже картины. Он перебирал вещь за вещью, с восхищением демонстрируя мне всё самое, на его взгляд, интересное.
Я уговорила купить его старейшее издание «Великого Гэтсби», которое мы только нашли. Он сначала не хотел, говоря, что новое лучше, но я смогла убедить его в обратном.
В новом не будет истории. Здесь же кто-то оставил заметки карандашом на страницах, отметил самые любимые места, много раз проводил пальцами по страницам, из-за чего буквы потеряли чёткость. Книга явно кому-то нравилась. А так как я ещё никогда не встречала других любителей «Великого Гэтсби» вживую, для Юры это шанс обрести единомышленника.
Обложка была потрёпанная, из-за чего казалась очень красивой. Юра засунул экземпляр, приобретённый за сто рублей, в портфель. Гэтсби, всё это время лежавший в углу, лениво потянулся и поднялся на лапки. Мы снова оказались на улице, подставляя лица лёгкому осеннему ветерку.
Мы трижды обошли небоскрёб «Высоцкий», пока я рассказывала Юре историю постройки здания. Он же больше смотрел на «китайскую стену», растянувшуюся через дорогу.
– Что, тоже хочешь сказать о необходимости ремонта?
– Я молчал, но да.
Пришлось перейти дорогу к одному из самых длинных зданий в Екатеринбурге. Оно действительно выглядело печально, но всё равно вызывало восхищение. Я никогда не была внутри. Казалось, там всё иначе. Больше места. А ещё тише, потому что шахты лифтов находились снаружи.
– Десятки лет назад, здесь зародился жуткий конфликт между богатыми и бедными. Я плохо помню ту историю, мне рассказывал один дедуля, с которым мы разговорились, когда я отдавала ему заказ. Вроде, там жили богатые и им не нравилось ходить с прислугой в один туалет. Поэтому у них там, если меня не обманули, в квартирах достроили дополнительные санузлы.
– Ну, если смотреть с исторической точки зрения, такое происходило нередко. И не только в Екатеринбурге.
Я печально улыбнулась.
– Но мы с тобой именно в нём. Остальное нас сейчас не волнует. По сути внутри одного-единственного здания развернулась настоящая война между богатыми и бедными, а ты вот об это даже не слышал. И такое происходит сплошь и рядом. Почему-то все забывают, что мы не выбираем, в какой семье родиться.
– Ты только что упрекнула меня семьёй? – Юра развеселился.
– Нет, я никого не упрекаю. Особенно из-за происхождения. Пора бы запомнить.
Юра снова посмотрел на здание. Пришлось потянуть его за руку вперёд. Он не противостоял. Пока все не выдохлись, важно было дойти до одного важного места. Чуть дальше Гэтсби ждал сюрприз. Не только же его хозяина радовать?
Мы зашли в большой парк как раз в момент, когда из-за поворота появилась целая стая корги. Гэтсби сразу потянул нас к ним. Оставалось только подчиниться. Ещё час мы провели на закрытой площадке, по очереди бегая с Гэтсби в куче воспитанных корги. Он чувствовал себя прекрасно среди сородичей, но быстро устал.
– Никогда бы не подумал, что ему не хватает собачьего внимания, – сказал Юра, почёсывая коржика между ушами.
Утомившийся Гэтсби развалился на земле у наших ног. Он, наверное, ещё никогда не бегал с другими собаками так много. Нам пришлось его отпаивать, а потом и подкармливать. Мы вот грелись, когда пили чай из термоса.
Юра наблюдал за вознёй на площадке с интересом. Я знала, что он до этого знакомил Гэтсби с другими собаками, но, судя по всему, не в таком объёме. До этого ему пришлось выслушать лекцию о воспитании коржика от более опытных коргивладельцев.
Уходили мы оттуда переполненные полезными знаниями о собаках. Гэтсби отказывался идти, поэтому пришлось спускаться в метро. Юра негодовал из-за того, что его заставили опустошить карманы и показать работающий экран мобильного. Будто это его как-то оскорбило.
Добрались до станции за пять минут. Дольше спускались и поднимались, хотя метро неглубокое. Гэтсби упрямо игнорировал попытки заставить его ходить. Ложился на землю и вздыхал так, будто всю ночь разгружал вагоны.
Юра прижимал его к себе, игнорируя грязь на куртке. Мы медленно плелись по слишком хорошо знакомому району домой. Я успела проголодаться, Юра – вымотаться не хуже Гэтсби. Возле подъезда он уже еле переставлял ноги.
С козырька взлетела стая голубей. Они громко хлопали крыльями, создавая невероятно много шума. А ещё летели так низко, будто их целью было пробить пару человеческих голов. Мы пригнулись, дождались чистого воздушного пространства и продолжили путь к подъезду.
Лифт работал, но внутри не горел свет. Я предложила Юре подождать второй, но он не захотел меня слушать.
– Я очень устал, темнота не повод не пользоваться лифтом. Работает же.
Он запихнул меня в лифт, игнорируя сопротивление и нажал на кнопку двенадцатого этажа. От тихого гудения я застыла, боясь пошевелиться. Вдруг Юра обнял меня за плечи одной рукой. Стало спокойнее.
– Полминуты страха и ты дома.
Теперь скорость подъёма меня только расстраивала. Ведь я прекрасно понимала: стоит дверям раскрыться, как всё закончится. Предсказание сбылось почти в ту же секунду. Я вышла первая. Когда вставила ключ в замок, за спиной раздалось:
– У тебя спина белая.
Я хохотнула из-за почти удачной попытки пошутить.
– Эта шутка смешная только первого апреля.
– Но она у тебя реально белая.
Юрин голос звучал слишком серьёзно. Я прошла мимо Рыжего, занявшего сидушку велосипеда, и гниющих кабачков, быстро открыла дверь в квартиру и посмотрела на свою спину в зеркало. Она и правда была белой. Спасибо голубям. Юра, видя моё недовольное лицо, рассмеялся. Я не смогла остаться в стороне и захихикала.
– На счастье! – сказала я, стягивая испачканный плащ.
Глава 19. Странности
В воскресенье проснулись в семь утра. Из розетки закричали:
– Нет! Не убивай его! Не надо!
Юра резко сел и осмотрелся. Гэтсби подскочил и забегал по кругу. Я же засунула голову под подушку и вжалась в спинку дивана, мысленно умоляя соседей разобраться друг с другом побыстрее.
Что-то треснуло, потом послышался звук бьющегося стекла. Дверь хлопнула, крики стали глуше. Юра устало вздохнул и пошёл подсматривать за соседями через глазок. Вернулся через минуту и упал ко мне на диван. Я подпрыгнула от испуга: не ожидала, что он внезапно решит лечь рядом.
– Ты что творишь? – прошипела
