проклятие. Аурианна постоянно была всем нужна.
Она проигнорировала фамильяра Морданта. Она не обещала Тени быть всегда на связи. И если его выведет из себя ожидание, тем лучше.
Бедняга Квинси, который хорошо знал, как сильно Аурианна не любит бюрократию, задавал ей вопрос за вопросом. Аурианне было предложено присоединиться к целому ряду комитетов, рабочих и целевых групп, разработать учебные планы для различных университетов, рассмотреть кандидатуры потенциальных учеников Ордена и выделить больше времени на работу в общественных клиниках.
Покалывание в ладони Аурианны исчезло. Фамильяр Морданта отказался от намерения с ней связаться и, возможно, вернулся к хозяину, чтобы сообщить о неудаче.
– У вас два пациента по направлению, – сообщил Квинси, выкладывая документы на столе перед Аурианной. – У первого компрессионная травма, которая привела к повреждению центральной и периферической систем сейда. Второй случай вам понравится – как мне кажется, – повреждение сейда с геморрагическим синдромом[64]. Пациентка из Ордена Инженеров, и она устраивает пожары каждый раз, когда оказывается рядом с каким-нибудь двигателем.
– Спросите Уитмана, займется ли он компрессионной травмой, – распорядилась Аурианна. – Я займусь геморрагическим синдромом. Возможно, этот случай подойдет для исследования по микроокклюзии[65]. Пусть пациентку перевезут в замок. Не хочу тратить время на путеводные камни.
Квинси был доволен, что угадал ее реакцию. Он сделал себе пометку и перешел к следующему пункту:
– Еще нам прислали это. – Квинси передал Аурианне служебную записку. – В сложившейся ситуации каждого Целителя по-прежнему просят выделять по пятнадцать часов в неделю на работу в госпитале для больных оспой. Главы просят вас проявить понимание в такие непростые времена.
Аурианна взяла в руки служебную записку, благодаря за то, что ей напомнили про непростые времена. Без напоминания она бы забыла.
– И последнее. Все эти дела отчаянно требовали вашего внимания. – Квинси передал Аурианне пачку документов, которые разлетелись бы в стороны, если бы их не удерживали вместе скрепы для сосудистой хирургии. – Я с ними справился сам. Пожалуйста, дайте знать, если я могу чем-то еще помочь.
– Обязательно. Спасибо, Квинси. Вы – единственная причина, по которой я еще не бросила все и не отправилась в изгнание.
Квинси покраснел. Он был отчаянно влюблен в Аурианну, что время от времени и демонстрировал, начиная болтать о пустяках, и именно этим он теперь, к ее огорчению, и занялся. Он элегантно (по его мнению) облокотился на ее стол и стал рассказывать о своих планах на пятницу, в которые входили фестиваль ревеня и связанные с ним интриги.
Руку Аурианны снова стало покалывать: фамильяр Морданта сделал еще одну попытку выйти на связь. Мордант относился к низшим формам жизни, но даже самые никчемные существа могут оказаться полезными.
– Мне нужно ответить фамильяру, – сказала Ауриана. – Удачи с… ревеневой мафией. Картелем. Закройте, пожалуйста, дверь, когда будете уходить.
Квинси поклонился и вышел. Аурианна услышала его невнятное бормотание:
– Мне так жаль, вы не можете войти, она собиралась поговорить с фамильяром, извините, прошу прощения, разве вы не слышали…
Послышались решительные голоса, и в кабинет Аурианны ворвалась заведующая отделением травматологии и неотложной помощи в компании ведущего вирусолога Ордена Целителей.
Бритая голова Кэт резко контрастировала с копной льняных локонов Элоди. И это было лишь одно из многочисленных их различий: Кэт обожала кладбища, ампутации и бокс, Элоди любила играть на фортепиано, сушить цветы между страницами книг и изучать редкие болезни.
Они были идеальными подругами.
– Аурианна не будет возражать. Это же просто мы, – говорила Кэт уверенным тоном, будто ей только что не пришлось прокладывать силой путь в кабинет.
Аурианне она бросила:
– Мы принесли еду.
Элоди, измученная и бледная, зашла вслед за Кэт и легла на пол.
– Что ты делаешь? – удивилась Аурианна.
– Справляюсь как могу, – ответила Элоди с очаровательным французским акцентом.
Аурианне эта идея показалась восхитительной, она встала со стула, чтобы лечь рядом с Элоди, ее платье раскинулось по полу аккуратным полукругом. В самом деле, и ей нужно со многим справиться.
Кэт присоединилась к ним, усевшись на пол и скрестив ноги. Она прихватила с собой еду (крендельки, кубики сыра, виноград и большой термос с чаем). Кэт отправляла угощение в рот Аурианне и Элоди, которые продолжали лежать, и называла их самыми прекрасными трупами, облаченными в саваны.
Целители могли выбирать, какую белую одежду они будут носить. Аурианна обожала четкие линии и женственные образы, поэтому ей больше нравились платья традиционного для Ордена кроя. На Кэт же была совсем другая одежда – брюки с высокой талией и длинный приталенный фрак, такого изысканного кроя, что остальные рядом с ней казались одетыми в мешки. Аурианна решила зайти в ателье Ордена и разузнать, что они смогут сшить для нее.
А вот серебряные эполеты у всех троих были одинаковыми. Аурианна, Кэт и Элоди получили свои Знаки в одно время, у каждой из них было по десять линий, обозначающих десять лет в Ордене.
– Пригласи того фамильяра, которого ты ждала, – предложила Элоди, легко касаясь руки Аурианны. – Мы помешали.
Аурианне не хотелось лгать самым близким и дорогим ей людям, но у нее не оставалось выбора, ведь она ждала фамильяра Тени.
– Все в порядке. Это была моя мама.
Она решила тактично сменить тему:
– Вы уже слышали, что всех попросили продолжать работать по пятнадцать часов в педиатрии?
Кэт не смогла сдержаться и вздохнула:
– Еще нет. Матушка Фрейя. Можем ли мы попросить поблажки для себя? Я не решаюсь сократить часы работы в клинике, но все остальные дела пришлось отложить.
– Есть одна, – проговорила Элоди, глядя в потолок. – Я имею в виду поблажку.
– Безусловно, в твоем случае это само собой разумеется, – согласилась Кэт.
– Удалось ли твоей команде добиться прогресса с вакциной? – спросила Аурианна.
Элоди смогла лишь слабо улыбнуться:
– Я скорее довольна, особенно если учитывать нехватку времени и постоянное ощущение, что мы так или иначе ответственны за каждого заболевшего ребенка. У нас есть несколько прототипов вакцины. Скоро мы сможем планировать иммунопрофилактику. Хвала богам. Ни в одном из университетов не добились хоть сколько-нибудь значимого прогресса.
– Нигде? – переспросила Кэт.
– Их лаборатории оказались в затруднительном положении, таком же, в каком были мы. Никакого финансирования. Никому не удалось получить более-менее существенную сумму ни от научных советов, ни от правителей Королевств, – рассказала Элоди.
– Я слышала об этом от Занти. Какой позор, – ответила Аурианна.
– Очевидно, они сосредоточены на новых стратегических приоритетах, – продолжила Элоди, махнув рукой вверх. – Я не разбираюсь в политике.
– Неужели отсутствие реакции на массовые смерти детей можно назвать политически продуманным шагом, – задумалась Аурианна.
– Никому нет дела до этих детей, – сказала Кэт.
