Нельзя любить чужого мужа - Аида Богдан

— Ничего стласного, да?

— Ага, всё будет хорошо, мне обещали. Ты лучше скажи, где твоя мама? Она наверное с ума сходит, что ты потерялся.

— Мама улетела, вейтифостка, — деловито изрёк малыш, озвучивая явно не свои мысли, а кого-то из взрослых.

— Это папа так сказал?

— Неть, бабуска, папа потом лугался на неё, — ответил ребёнок, не сводя глаз с тумбочки на которой стояла тарелка с мытой черешней и клубникой, а рядом лежали сдобные пирожки с картошкой, испечённые Аглаей Васильевной.

— Артёмка, ты наверное кушать хочешь?

— Хочу, — кивнул мальчик, соглашаясь.

— Подай мне вон те салфеточки, я тебе ручки вытру. Вот так, хорошо, а теперь возьми пирожок, и ягодки тоже кушай, они вкусные, — разрешила Катерина.

— Мине низя ягодки.

— Почему?

— Прежде чем угощать чужого ребёнка, нужно думать головой, ведь у него на что угодно может быть аллергия, а тем более на черешню, — угрюмо сообщил Прохоров, бесшумно появившись в палате.

— Простите, я не знала, — промямлила Катюша, чувствуя свою вину.

— Ладно, проехали. Артём, ты почему убежал от тёти Марины? Я же сказал: ни на шаг не отходить от ординаторской, — строго произнёс мужчина, обращаясь уже к мальчику.

— Папа, плосто я сплятался, — ответил тот, отбегая от тумбочки с аппетитным пирожком в руках.

— Это я уже понял. А что надо сказать за угощение, Тёма?

— Дай ещё? — озадаченно спросил тот.

— Годится, как вариант, но поблагодарить всё же будет уместнее.

— Благадаю, вкуфно, — пробормотал малыш, сосредоточенно кусая пирожок за подрумяненный бочок.

— На здоровье, забирай всё, папу угостишь, — ответила Катерина, тепло улыбаясь.

— Не надо, обойдусь, — неприязненно ответил мужчина, но сын уже метнулся к тумбочке и схватился за пакет с оставшимся угощением, отцу только и осталось, что закрыть на это глаза, не отнимать же, в конце концов.

— Спасибо, я вам взамен пиццу закажу, — буркнул он, хватая сына за руку, чтобы тот снова чего-нибудь не отчебучил.

— Фпафиба, — повторил за ним мальчик, продолжая говорить с набитым ртом.

— Пожалуйста, Тёма, забегай ко мне ещё, когда захочешь.

— Это вряд ли, с завтрашнего дня у моего сына будет более ответственная няня, — резко отреагировал Игорь Леонидович, — попрощайся, Артём, и поехали домой.

— Пока, Катя, — сказал тот, весело помахав ладошкой.

— До свидания, малыш, — ответила Катерина с грустью в голосе.

— Всего хорошего, завтра мы продолжим наши занятия, готовьтесь, — строго возвестил Прохоров, обернувшись у выхода из палаты, а потом окончательно исчезнув вместе с сыном в глубине больничного коридора.

После их ухода Катя совсем расклеилась, почувствовав полное одиночество, ей дико хотелось плакать. От слёз удержало лишь появление медсестры, той самой, которая одалживала ей свой телефон, когда приходил Костя. Они тогда сдружились, как ни странно.

— Привет, Катюш, как самочувствие? — поинтересовалась Соня.

— Лучше всех, разве по мне не видно? — проворчала Катерина.

— Честно сказать, выглядишь так себе, — отреагировала девушка, взглянув на капризную пациентку, — может тебе что-нибудь нужно?

— Постой, дай подумать. А знаешь, да, нужно. Расскажи-ка мне всё, что знаешь об Игоре Леонидовиче Прохорове.

— Ого, неужто запала на нашего красавчика?

— Да нет, не на него. Просто сегодня меня сынишка его навестил.

— Ааа, значит это Тёмыч тебя покорил?

— Ну да, есть такое дело. Так что, расскажешь что-нибудь о мальчике и его отце?

— Что именно тебя интересует?

— Игорь Леонидович женат?

— Нет, наш Гарик в разводе.

— Понятно, а сын выходит живёт с ним?

— Угадала, бывшая жена умотала с любовником, когда мальчику было всего полгода, и с тех пор ни разу не появилась.

— Какой кошмар, как она могла оставить своего ребёнка?

— Так ведь на отца оставила, а не чужому человеку отдала.

— То есть, ты считаешь это нормальным?

— Да какая разница, как я считаю? Чужая семья потёмки, кто знает, что у них происходило между собой?

— Ну не знаю, не важно, как они жили, хорошо или плохо. На мой взгляд дети должны воспитываться с матерями.

— Отцы тоже обязаны нести хоть какую-то ответственность, а то они после развода всегда женихи, а с дитём-то не больно кому нужны.

— Почему ты так думаешь?

— А что, разве неправда?

"Я бы приняла такого мужика и с ребёнком", — чуть было не вырвалось из уст Катерины, вслух же она сказала совсем другое:

— Не знаю, может ты и права.

— Вот и я об этом, много ты знаешь примерных мачех? Лично я ни одной.

— Ну, это не значит, что их совсем нет.

— Понятное дело, но это скорее исключение из правил, а не само правило. Мы женщины только и можем, что навешивать своих детей от предыдущих браков на других мужиков, а вот принять чужих мало кто из нас способен, — подвела итог сказанному Соня.

— Значит, Игорь Леонидович с тех пор так и один?

— Не думаю, но на постоянной основе у него точно никого нет. Ладно, что-то мы разболтались, побегу, а то ведь мою работу никто за меня не сделает, заждались мои болезные пациенты, чуть позже и тебе укольчик шлёпну.

— Хорошо, буду ждать, — безропотно согласилась Катерина.

Она задумалась над словами Софьи, тут же примерив ситуацию на себя, потому что совсем недавно сама собиралась повесить нагулянного ребёнка на супруга. Неизвестно, чем бы всё обернулось, если бы не авария и последующая кома.

Как быстро бы открылась правда? Возможно, что никогда. Хотя вряд ли, Егор бы точно не отстал, так бы и шантажировал своим отцовством. Сама-то Катерина ему была не нужна, просто проникся её нечаянной беременностью.

Зато потом, когда случилась кома и выкидыш, он, по словам матери, почти сразу пропал с радаров. В общем, сволочь, самая настоящая, и нет, чувств к нему давно уже никаких не осталось, только фантомные боли. И чего ей не жилось спокойно с надёжным любящим Мечом? Пусть и не было к нему любви.

Теперь вот и он её бросил, уплыл в свою счастливую жизнь, собирается вскоре после развода жениться на другой, которая собирается сделать то, что так и не смогла Катя — подарить ему долгожданного ребёнка. А ей только и остаётся, что зализывать свои многочисленные раны, возникшие по собственной глупости.

Громко прозвучавшая трель телефонного звонка прорезала тишину палаты, благо у Кати не было соседей, а значит она никому не могла помешать. Звонила мама, в голосе которой явственно звучала плохо скрываемая тревога. Господи, что там ещё у неё произошло?

Глава 33 Не её вина..

У Аглаи Васильевны был повод тревожиться, и ещё какой. В гости к ней забежала сестра и вместо того, чтобы мирно почаёвничать,