на эхо, перекрикивая музыку.
— Чего тебе?
Брат вытер пальцем мои губы и ехидно прищурился.
— Похоже, тебе надо слюнявчик.
Я зыркнула на него.
— Отвали, это не твое дело!
Эли хотел возразить, но тут Саша взял микрофон и, как на каждом концерте, начал болтать с фанатами в зале. Он заметил на ком-то колпак Санта Клауса и сказал, что Рождество его любимый праздник, а затем добавил с улыбкой:
— Однако не это мой самый любимый день в году.
Эли наклонился ко мне и прошептал:
— Это день стейка и минета.
— Это твой любимый день, — хмыкнула я и мой близнец энергично закивал.
Парни на сцене заиграли начало новой песни. Саша прижал микрофон к губам и крикнул, прежде чем ударили барабаны:
— Мой любимый день — второе декабря!
«Что? Почему он это сказал?»
Эли непонимающе посмотрел на меня.
— Это мой день рождения. Саша — гей?
Я пихнула его в живот.
Ну нельзя же быть таким тупым, в конце-то концов!
Глава 17
Громоподобный стук в дверь может испугать кого угодно, особенно если на часах два ночи.
Мы вернулись в отель час назад. Я успела принять душ и немного успокоится, после концерта. Сегодня было сумасшедшее шоу — полный аншлаг, толпы фанатов, адреналин зашкаливал — и, похоже, так будет на протяжении всего тура по Австралии: билеты на половину концертов уже полностью распроданы.
— Кто там? — нерешительно спросила я, прикидывая, что могу использовать как оружие, а потом вспомнила, что в соседних номерах живут Мейсон с Горди. Если громко закричу, то они придут ко мне на помощь, верно?
Кто-то или… что-то поскреблось в дверь.
«Ой!»
— Серьезно кто это?
Противные скрежещущие звуки повторились.
«Вот черт!»
— Эли, если это ты, то клянусь…
За дверью громко рассмеялись.
— Это я, принцесса.
«Саша?»
Я выругалась, сползая с кровати.
— Ты смерти моей хочешь?
— Ага.
Я закатила глаза, но не стану врать мне было приятно внимание Саши, особенно после того как он сказал сегодня на концерте, что день моего рождения — его любимый день в году, а до этого он называл меня красивой и милой. Зачем он это делал и что все это значит я не знала, и мне не у кого было спросить. Не с моими же балбесами это обсуждать, а Лейле я не могла позвонить из-за разницы во времени. Кроме того, такой разговор лучше вести лично, а не по телефону или в Skype. Поэтому я решила оставить все как есть, пока не пойму, что Саша имел в виду.
Я приоткрыла дверь.
— Привет.
— Принцесса. — Саша взмахнул своими густыми ресницами и протиснулся мимо меня в комнату.
Я еще дверь не успела закрыть, как он уже скинул кроссовки и плюхнулся на кровать. Разум кричал: «Опасность!», а либидо: «Голыми в кровать! Сейчас же!», но я не послушалась их и сделала то, что любой друг на моем месте: непринужденно уселась рядом.
— Я думал, ты уже спишь, — сказал он, ероша свои еще влажные после душа волосы.
— Отхожу после концерта, — ответила я и мысленно добавила: «К тому же ты стучал так громко, что и мертвого бы поднял». — А ты почему еще на ногах?
— Не могу уснуть, а сочинять нет настроения.
Я вздернула бровь.
— Работаешь над новым альбомом?
Саша кивнул.
— Контракт с нашей звукозаписывающей компанией истекает через год. Мы хотим сразу же после этого выпустить новый альбом, поэтому уже сейчас надо начинать работать над ним.
— Будите сами выпускать альбом?
— Да, и уверен нам придется подавать в суд на нашу звукозаписывающую компанию, чтобы вернуть гонорары, которое они еще не выплатят к тому времени.
— Все будет нормально, не переживай.
— Я и не переживаю. — Саша потер свой бритый висок, и, видимо, это натолкнуло его на вопрос: — Давно хотел спросить: ты будешь отращивать волосы или снова побреешь?
Я прошлась рукой по тому место, где машинка Картера лишила меня волос — под ладонью ощущался легкий пушок.
— Буду отращивать. С длинными волосами проще: раз в полгода ходишь в парикмахерскую, чтобы подровнять кончики, и забываешь об этом еще на полгода. С нынешней прической много мороки, к тому же она слишком крута для меня.
— Ты тоже бываешь крутой… временами. — Саша усмехнулся.
Я подавилась смешком.
— Приму за комплимент.
— Я здесь для того, чтобы радовать тебя.
Я закатила глаза, легла на кровать и скопировала позу Саши: прислонилась спиной к изголовью.
— Знаешь, порой мне кажется, что я знаю тебя тысячу лет, а иногда спрашиваю себя: зачем вообще пытаюсь с тобой подружится?
— У меня, принцесса, схожие мысли. Периодически я думаю, как сложилась бы моя жизнь, если бы ты не пнула меня под зад? — Я скосила на него глаза и застонала. Саша громко рассмеялся, а потом продолжал, как ни в чем не бывало: — Честно говоря, я редко так быстро схожусь с людьми.
«Ну почему он такой милый?» — мысленно вопрошала я, а вслух сказала с широкой улыбкой:
— Я очень разборчива, не каждый может стать моим другом.
— То есть я должен быть польщен, что мы лучшие друзья? — Саша вздернул бровь и глупо усмехнулся.
Я не удержалась и фыркнула.
— Лучшие друзья?
Саша кивнул все с той же дурацкой ухмылкой.
— Как минимум.
«Ну вот опять! Что он имеет в виду?»
Я боялась спросить об этом, поэтому вернулась к прежней теме.
— Если мы лучшие друзья, то ты точно знаешь сколько мне лет…
— Двадцать… три?
— Мимо. Мне двадцать шесть. Какой у меня любимый цвет?
Саша сгримасничал.
— Синий?
— Верно. Как ты узнал?
— Ты всегда одета в синее, — похвастался он и подмигнул. — А какой мой любимый цвет?
— Розовый, конечно, — ответила я, не моргнув.
Саша взмахнул своими густыми темными ресницами, как тогда у двери и сказал:
— Знаешь, как просто тебя полюбить?
Он, конечно же, шутил, поэтому, чтобы не ляпнуть то, о чем потом пожалею, я показала ему язык и попыталась дать щелбан, но он поймал мою руку и крепко сжал, не позволяя убрать.
— Какой у тебя любимый певец или группа? — продолжила я, подумав, что раз уж мы начали узнавать друг друга лучше, то стоит этим воспользоваться.
— Любимых нет. Некоторые мне нравятся, некоторых я терпеть не могу. Для меня главное, чтобы музыка была хорошая. А у тебя кто любимчик? Наверное, Kidz Bop (п.п. бренд сборников, в которых дети исполняют современные поп-песни с измененными в соответствии с возрастом текстами)?
Я от души расхохоталась.
— О да! Я так благодарна, что ты рассказал о них.
