он прозвучит даже раньше.
— Я не знаю, малыш.
Вот и как ему сказать, что без отца будет лучше?
— А вдруг он придет и снова накинется на нас? Не хочу снова убегать…
— Не волнуйся, пока мы здесь, мы в безопасности. А папа… он остынет, и мы обязательно спокойно поговорим.
Уложив ребенка спать, сама не ложусь. Завариваю себе чай на кухне и жду Марата. Завтра мне возвращаться в школу, и я должна получить его добро. Мне это важно.
Ожидание превращается в душащую бесконечность. А Марат все не появляется.
Вдруг проскальзывает мысль — что, если его отец придет снова?
По телу пробегает неприятная дрожь. Я обнимаю себя руками, чтобы как-то успокоить.
Наливаю себе еще чашечку чая.
Снова жду.
Марат появляется дома часа в четыре.
— Почему не спишь? — спрашивает он.
— Я… — растерянно отвечаю. — Поговорить с тобой хотела…
— Ты просто ведьма, знаешь об этом? — говорит вроде спокойно, но в его голосе чувствуется нажим и недовольство.
Но я ведь ничего такого не делала… Не понимаю.
Марат вдруг резко наступает на меня, вынуждая пусть обратно на стул. Он запускает руку мне в волосы и подтягивает ее, впивается губами в мой рот.
И от этого жадного, жгучего поцелуя, у меня появляется слабость во всем теле.
И Марат не просто целует меня. Будто уже трахает. В самых разнузданных позах.
И потому, когда он вдруг резко стягивает меня на пол, и я бьюсь о него голыми коленками, у меня не остается ни сил, ни желания сопротивляться.
Его крупный твердый член, усеянный рисунком надутых вен, с легкостью проникает в мой влажный рот.
— Охуенно… — выдыхает Марат и проталкивается чуть глубже, а я позволяю ему это сделать. Снова и снова толкаться внутрь, пока горячая вязкая струя не бьет в заднюю стенку моего горла.
И когда все заканчивается, я так и остаюсь сидеть подле его ног, забывая даже о том, почему ждала его, что хотела спросить.
— Охренеть, я влип… — сухо выдает мужчина, глядя на меня, но я не предаю особого значения его словам. — Пойдем, — произносит он следом.
Не спрашивая, подхватывает меня на руки, и я укладываю свои на его шею. На плечо склоняю голову.
— Поздно уже. Тебе надо спать, — с какой-то странной, непривычной для меня заботой произносит он.
А я понять не могу — это действительно так, или мне только кажется.
— Мне завтра нужно в школу, — лепечу почти бессвязно. — Ты отпустишь меня?
Глава 46
Маша
Мужчина ничего не отвечает.
— Марат… — продолжаю я, чувствуя такую усталость, что самой говорить не хочется.
— Что? — уточняет он так, будто не слышал моего вопроса.
— Завтра мне нужно в школу, — напоминаю я. — Меня восстановили на работе и я…
— И ты туда не вернешься, — перебивает меня мужчина.
Чувствую, что тучи, сгустившееся надо мной, становятся все более темными. Еще немного, и из чернеющих грозовых облаков начнут выстреливать молнии.
— Как это?
— Зачем тебе работать?
— Когда ты наиграешься со мной, мне нужно будет возвращаться к обычной жизни. Мне придется содержать Ваню одной. Ты ведь помнишь о своем обещании сделать меня опекуном? Оформить бумаги?
— Помню, — сухо откликается Марат.
В этот момент он как раз укладывает меня на постель в своей спальне. Прохладные простыни остужают мою разгоряченную кожу.
— К тому же, мне хочется работать, — продолжаю уговаривать его. — Я вижу в этом свое призвание. Понимаешь? Вот тебе нравится разводить шлюх, а мне…
— Ладно, — сдается в итоге Марат. — Водитель отвезет тебя в школу и вернет обратно.
— Спасибо, — благодарю я. — А еще этот велосипед… В общем, ты не обязан…
— Я всегда держу свое слово, учительница, — мужчина нежно проводит пальцами по моей щеке.
Я почему-то закрываю глаза от этого неожиданного и слишком чувственного прикосновения.
— Пиздеть — не в моих правилах, — добавляет Марат. — И тебе не советую. Так что завтра после уроков без выкрутасов.
— Спасибо, — снова вырывается у меня.
Я привыкла быть благодарной. Даже за малое. И сейчас как раз тот самый случай. Каким бы не был этот мужчина, он способен на хорошие поступки, и мне хочется верить ему.
Быть может, моя доброта и жизненная позиция смогут как-то повлиять и на Марата. Может быть… быть может…
Хозяин квартиры фыркает на мой ответ.
Он резко поднимается с кровати и направляется на выход из спальни.
— А ты куда? — выскакивает у меня само собой.
— На диване посплю, — резко бросает он мне, и я почему-то невольно поджимаю губы.
Марат удаляется быстрым шагом, а я какое-то время лежу и пялюсь в потолок. Хотя буквально несколько минут назад, казалось, могу заснуть на ходу.
Потому, вздохнув, тоже поднимаюсь с постели и следую в гостиную.
Мужчина лежит на спине на диване, под голову подложив руки.
— Я тут подумала… — начинаю я, — это неправильно. Возвращайся, — киваю в сторону спальни. — Если что, я могу поспать на диване. По крайней мере, я ниже ростом и лучше помещусь здесь.
Жмусь на месте и не рискую подойти ближе.
— Я тебя только что в рот выеб, как шлюху, а ты пришла заботиться о моем комфорте?
— Я просто… Но в этом ведь и были условия, Марат. Я занимаюсь с тобой сексом, чтобы получить свободу и сына.
Он почему-то усмехается.
— Ты своей ебучей правильностью меня изводишь! — рычит он следом, точно этот разговор жутко бесит его.
Не совсем понимаю.
— Почему ты не могла просто потрахаться со мной, и мы бы разбежались? Почему ты, блядь, такая?
Я не знаю, что должна ответить.
Мне почему-то становится обидно и даже немного больно.
В глазах скапливается, и от нее изображение перед ними расплывается.
Я подрываюсь с места, чтобы убежать, вернуться в спальню, из которой не следовало бы и выходить.
Но Марат неожиданно догоняет меня, не позволив сделать и пары шагов. Хватает и валит на диван.
Все происходит быстро — и вот я уже под ним. Накрыта мощным, натренированным и очень горчим телом.
Реакция следует незамедлительно. Она как удар тока. Резкая и сильная. Бьет в голову и сжимается внизу живота.
— Я хочу попробовать твою киску, — хрипит Марат.
Что? Разве он уже не пробовал?
Но когда мужчина спускается ниже, я начинаю понимать, о чем речь.
— Марат, не надо! Я… мне в душ надо! Да и вообще…
Стараюсь как-то увернуться. У меня приливает горячая краска к щекам.
— Лежать, я сказал! — припечатывает меня словами мужчина, и теперь я перестаю дергаться.
А когда я его влажный язык впервые ложится на складки, забываю
