околдовал и парализовал Марину. Она смотрела, как загипнотизированная, в одно мгновение забыв о причине их словесной перепалки.
— Родители, вдвоём, уехали на пару дней. Твой отец звонил мне и просил приглядеть за тобой, взрослая девочка! — щёлкнул он её по носу, открыто веселясь сложившейся ситуацией и тому, как быстро помутнел ясный взгляд рыжули. Это внезапное прозрение так зацепило Матвея. Эти проблески странных, властных реакций его тела на столь безобидные действия пугали и приковывали его к ней с каждым разом всё сильнее.
Им срочно нужно домой. Иначе он может сорваться и натворить тут дел, прямо во дворе их дома. А там ещё отряд сидит на посту, тут как тут, бдит.
— Мариночка! Матвей! — восседая на своём коронном месте у подъезда, Клавдия Ивановна, расцветая улыбкой, возвестила на весь двор, обращаясь к молодежи. И как только они подошли к этому бессмертному отряду, соседка продолжила полушепотом. — Если что понадобится, я всегда рядом… — и, словно храня какую-то тайну, известную лишь ей одной, подмигнула Марине. Матвей же лишь лучезарно улыбнулся в ответ.
Эти женщины – настоящие фурии. Видят всё, слышат всё, домысливают там, где разум бессилен.
Пользуясь замешательством рыжеволосой и её полной растерянностью, Матвей, на глазах у всех пожилых соседок, вновь взял её за руку. Игра стоила свеч. Бабушки-партизанки, словно по команде, дружно заулыбались и закивали. А вот Марина… бедная, чуть не ослепла от ужаса – глаза её выкатились из орбит, рот приоткрылся в немом шоке. Она даже не могла возмутиться такой наглости соседа, настолько была потрясена. Господи, сколько же теперь сплетен и пересудов её ждет! А если весть дойдет до отца – и, как обычно, обрастет тремя томами фантастических подробностей?!
Мысли в её голове скакали, одна страшнее другой. Но испугаться до конца не дали: парень, увлекая её, ошеломленную и, наверняка, пылающую, как помидор, за собой, потащил в подъезд. Три ступеньки и пять шагов до лифта пролетели как в тумане. Каким-то чудом они оказались на седьмом этаже. Марина, словно сторонний наблюдатель, медленно вставляла ключ в замок. В затылок ей надрывно дышал сосед, будто вот-вот потеряет связь с реальностью. Шаг, второй… и вот она уже прижата соседом к холодной стене.
— Рыжуля, мне нужно хоть какое-то стоп-слово! Думай! Только быстро, потому что… Ты сводишь меня с ума, каждую чертову секунду. С первой нашей встречи не покидаешь мои мысли. Зараза… Я повёрнутый на тебе, частное слово… я дико ревную… Я…
— Мот! — испуганно заглядывая парню в глаза, в самую их темную, пылающую агонию, Марина вдруг нежно позвала его по имени.
У парня дрогнули пальцы, что продолжали крепко сжимать её нежные, тёплые ладони. Казалось, ещё немного, и он окончательно потеряет связь с собой адекватным.
— М-м-м, — это всё, на что он был способен сейчас. Лишь промычал в ответ, боясь пошевелить губами. Они горели. Они зудели. Они жаждали крышесносного поцелуя, а не вести светские беседы.
Но мозг ещё не полностью расплавился. Он ещё соображал, что против её воли он не сделает ничего. Только обоюдно, только по любви, на меньшее он не согласен. И даже если сейчас у неё нет никаких чувств к нему, он добьётся. Он умеет быть терпеливым. Он будет любить за двоих, пока она не поймёт, что он — любовь всей её жизни. Другого варианта у неё просто нет. За все эти месяцы, что она терзала его мысли. За всю эту бурлящую кровь по венам, за все эти фантазии и планы на будущее… Она ещё просто не поняла, что уже давно горит вместе с ним. Это химия и рок судьбы. Иначе зачем это всё, кто это придумал?
— Поцелуй меня… Пожалуйста…
Это тихое, робкое, почти стыдливое «пожалуйста» в конце сорвало все предохранители. «Прости, Рыжуля, но это был твой последний раз, когда ты умоляешь меня об этом».
Налетев на её губы, Мот замер, словно взрываясь на миллион осколков, а потом вновь собирая себя обратно. Возможно, это был последний шанс для девушки, но она предпочла гореть вместе с ним. Нежный, сладкий, тягучий поцелуй в какой-то момент перешёл во что-то сумасшедшее, взрывоопасное, интимное.
Матвей с трудом, но оторвался от девушки, возвращаясь в реальность и обретая самообладание. Им определенно пора округляться. Пока всё не зашло слишком далеко.
Он опустил свой лоб на хрупкое плечико девчонки, осознав в моменте, что они даже успели скинуть с себя верхнюю одежду во время поцелуя. Это вызвало широкую, довольную улыбку. Тихонько рассмеявшись, он крепче прижал девушку к себе, боясь, что она уже успела пожалеть о своём решении подарить ему поцелуй.
— Девочка, если это было твоё «стоп-слово», то оно не сработало, если что! — Мот дышал так, словно задыхался. Тело реагировало на близость девчонки как сумасшедшее.
— Я… Я ни о чём не жалею, если что! — вернув парню его же слова, Марина повернула голову и легко, почти невесомо, словно прикосновение бабочки, поцеловала Матвея в шею.
Он отреагировал молниеносно.
Их взгляды пересеклись и вцепились друг в друга. Никто не хотел уступать и отводить взгляд. Марина вдруг поняла, как сильно колотится её сердце всегда рядом с этим парнем. И это она не только про сегодня. Что-то непонятное уже давно не даёт ей покоя. Ей вдруг вспомнилось, как она впервые его заметила в толпе. Она почему-то выделила его из всех сразу же. Он ей уже тогда понравился. Он её сразу же зацепил. Необъяснимо, но факт.
— Чем меня кормить будешь, взрослая девочка? — парень, не отрывая лбов, первым разорвал молчаливую игру взглядов. Пора было спрыгивать с этой гормональной волны, иначе они так и проторчат в коридоре, прижавшись друг к другу, еще пару дней.
— Ну, думаю, в вашем холодильнике еды побольше найдется, чем в нашем. Так что, вам туда молодой человек! — Марина, стойко выдержав натиск его харизмы, бойко подмигнула ему и махнула рукой в сторону выхода.
— Пару дней, я тут живу, родная! И лучше тебе сразу это принять. Да и разве девушки своим парням так отвечают?
— Парням? — брови Марины взлетели к самому небу. А внутри все разливалось растопленным шоколадом. Одна лишь мысль, что этот парень может быть ее по праву, пьянила сознание. Сердце пустилось в предательский галоп.
— Я в магазин, ты — на кухню! Скоро вернусь! — и, дерзко украв еще один поцелуй, Матвей наспех натянул куртку и вылетел
