о том, чтобы пережить это испытание спокойно, хотя все мое тело, кажется, забывает, как нормально функционировать в его присутствии. Даже при том, что этот человек мог бы написать книгу о том, как он постоянно меня отвергает.
Сегодня вечером Диана, Орион и Актеон будут ужинать вместе.
Звучит как начало какой-то ироничной или плохой шутки. Будем надеяться, что для меня это не обернется кошмаром, ведь у этой семьи, кажется, гораздо больше тайн, чем я предполагала изначально. А загвоздка в том, что тайны…
Они обладают силой пугать, ранить и разрушать.
Пусть боги сегодня бросят жребий.
И пусть удача, как всегда, будет на стороне Артемиды.
Глава 11
«Нужно быть осторожным, когда копаешься в чьём-то прошлом.
Ведь даже сам дьявол когда-то был ангелом».
Диана
Диана
— Ты не прикоснешься к еде, пока не подадут ужин.
Суровый голос Матильды встречает нас, едва мы переступаем порог дома и видим, как Актеон стаскивает виноградину с фруктовой тарелки и отправляет ее в рот.
— У тебя нет манер. Вечно ты как…
— Еще хоть раз назовешь этого ублюдка моим отцом, Матильда, и я сотворю с тобой что-нибудь очень нехорошее. Просто предупреждаю.
Он выдвигает ближайший стул, пока экономка поджимает губы, метая в него грозные взгляды.
Служанки быстро все расставляют, стараясь даже не смотреть на Актеона или Ориона, в то время как Леон вдалеке пыхтит, разливая виски по бокалам, но бросая на нас любопытные взгляды.
По крайней мере, в его глазах нет враждебности. В отличие от Матильды, он не винит парней за то, что совершил их отец.
Ужасно раздражает, что я почти ничего не знаю об истории их семьи. Поскольку здесь никто ничем не делится, а Орион отказывается говорить, мой единственный источник — это интернет, от которого мало толку. Райты, должно быть, очень заботятся о своей репутации, потому что о них нет ни скандалов, ни слухов. Мой брак с Орионом и брак Рафаэля — это максимум, что мне удалось найти о них за последние два десятилетия.
— Актеон.
Предупреждения Ориона достаточно, чтобы его брат снова закатил глаза и рухнул на свой стул.
— Ты надолго здесь?
— Ненадолго. Драконша может отравить меня, если я злоупотреблю ее гостеприимством. Хотя, если подумать, я бы хотел посмотреть на ее попытку. — Он подмигивает Матильде и постукивает указательным пальцем по своей тарелке. — Я не притронусь к еде, пока мой брат ее не попробует. Береженого бог бережет.
Матильда визжит на него:
— Я же просила не называть меня так!
— Да неужели? Должно быть, я забыл.
Он хватает еще одну виноградину и бросает ее в рот прямо перед ее кипящим от ярости лицом.
— Может, у тебя память сдавать начала, Матильда. К сожалению, старение — штука не из веселых.
— Ах ты, маленький… — Она делает глубокий вдох и закрывает глаза, после чего резко распахивает их и, кажется, берет себя в руки, поскольку ее голос звучит спокойно. При всем при этом невозможно не заметить сочащуюся из него холодность. — В один прекрасный день твои выходки тебе аукнутся.
Уголок рта Актеона дергается, он откидывается на спинку стула, на его правой щеке проступает ямочка, а в глазах появляется еще больше веселья.
— Матильда, это сейчас был подкол?
— Актеон, перестань вести себя как избалованный сопляк и прояви хоть немного уважения к Матильде.
Суровый голос Леона заставляет мои брови поползти вверх, а челюсть отвисает при виде того, как краснеет лицо Матильды. Они что, вместе? Это бы многое объяснило.
Леон поворачивается ко мне:
— Пожалуйста, миссис Райт.
Он берется за мой стул и отодвигает его, жестом приглашая меня присесть, и я сажусь в тот же момент, когда Орион делает то же самое. В итоге я оказываюсь на стуле напротив Актеона, но справа от своего мужа.
— Ну надо же, надо же. — Мой деверь щелкает языком и указывает на Леона. — Вы только посмотрите на…
— Актеон, заткнись, иначе твой зад вылетит отсюда в то же мгновение. Мое терпение не безгранично, и ты уже достаточно его испытал.
Они обмениваются долгим взглядом, и, к моему изумлению, Актеон кивает, отчего Леон с облегчением выдыхает.
Матильда качает головой, прежде чем направиться на кухню.
— Леон, нет необходимости нас обслуживать. Оставь нас одних, пожалуйста.
— Как пожелаете, сэр.
Он кладет руку мне на плечо и ободряюще похлопывает.
— Я поставил свежие розы в вашу комнату, миссис Райт.
Поскольку у меня не хватает духу сказать ему, что меня уже начинает от них тошнить, я просто улыбаюсь:
— Спасибо, Леон. Я ценю это.
— Просто позовите меня, если вам что-нибудь понадобится.
Затем он выходит из столовой, и Актеон тут же заполняет тишину.
— Так как вы двое познакомились?
Он спрашивает это, поднимая вилку с ножом и отрезая кусок от своего стейка прожарки medium-rare. Я подавляю подступившую тошноту. Я никогда не могла выносить полусырую еду. Если я вижу кровь, то не стану єто есть.
— Мне правда любопытно, потому что вы не похожи на людей с общими интересами.
Я беру свой стакан с водой и делаю большой глоток, ожидая ответа его брата, так как понятия не имею, что именно он хочет рассказать Актеону.
И я никогда не умела лгать. Еще одна причина, почему я предпочитаю отсиживаться в своем крыле. Я не хочу выходить наружу, наткнуться на репортера и случайно сболтнуть то, чего не следовало бы.
— Я решил купить компанию ее отца. Так мы и познакомились. Можешь назвать это одержимостью с первого взгляда.
От этих слов мои глаза округляются, и я подавляюсь водой, заставляя Ориона посмотреть на меня. Интенсивность его взгляда прошибает мое тело электрическими разрядами.
Он сказал это с такой уверенностью и убежденностью, что на секунду я чуть не поверила, что это правда.
Какая же я идиотка. Он игнорировал меня почти месяц, и одного взгляда достаточно, чтобы я растаяла? Мои чувства к нему пора бы изучить ученым. Или, может быть, это то, что люди называют похотью, и мое изголодавшееся по ласке и плотским утехам тело видит в этом зеленый свет, чтобы наконец поддаться всем этим желаниям, которые сводят меня с ума по ночам.
Я сбилась с счета, сколько раз просыпалась посреди ночи в холодном поту после того, как Орион во сне играл с моим телом, словно самый искусный мастер.
В любом случае, для моего сердца это обернется катастрофой, так что мне следовало бы запереть их все в метафорический мешок и выбросить. Вот только
