Не чокаясь. Помянем, так сказать.
Естественно, на похоронах Лозицкого он не был. И всячески дистанцировался от всей нашей истории. Уже давно. Начиная с того момента, как вытащил нас из дерьма. Первый раз, и последний, как он сам сказал.
Зимин. Генерал. Не просто генерал, там ещё что-то, много чинов и званий, и большая должность. Но я привык звать его просто генерал. Так звал и Лоза.
Я знаю, что когда-то Лозицкий помог семье Зиминых. Спас отца генерала, которого ложно обвиняли в каких-то махинациях. Зимин был в долгу у Валериана. Долг он отдал. Но сказал тогда, что мы можем обратиться к нему ещё раз.
— Но вы же понимаете, что обратиться только в том случае, когда это действительно последний шанс. Надеюсь, такого больше не повторится.
Зимин был мужиком суровым. Однозначным.
Явно не привык проигрывать.
Мы выпиваем. Не закусывая.
Обжигающая жидкость дерёт глотку. В голове сразу ясность и лёгкость.
Всё сделаю.
Кристину своими руками задавлю.
Как я раньше сам не решился на это?
— Спокойно, Кирилл Дмитриевич, сиди. Ещё по одной. И закуси. Крепкое пойло.
Крепкое, однозначно.
Вторая идёт ещё лучше. тут уж Зимин даже тост произносит.
— За успех вашего предприятия.
— За то, чтобы были наказаны враги.
— Это однозначно. Что ж…
Он ставит бокал, берёт с тарелки кусок ростбифа, отправляет в рот.
— Голодный как собака, всю ночь решали вопросы. Ненавижу, когда пытаются похерить служебные обязанности. Ненавижу. Думают можно при мне спустя рукава. Нет, господа хорошие. У Зимина хрен проскочишь. Чётко и кратко всегда должно быть. Выполнить и доложить. А то, что там материала не хватило, работяги устали — это меня не должно волновать. Приказ дан. Выполнять. Так… Это лирика. Давай, Кирилл к делу.
Он садится напротив. Смотрит с прищуром. Мощный мужик. Серьёзный.
Поможет?
— Что сказать, господин Александров, — Зимин ухмыляется, — наблюдаю за вашей историей уже несколько месяцев и поражаюсь недальновидности, но я предупреждал Валериана Олеговича — я не буду лезть.
С шумом выдыхает. Наливает ещё. Снова пьем не чокаясь.
— Надо было, конечно. Но я считал — Лозицкий не маленький, справится. И так помог. Это ваша вотчина была. Сами виноваты. Но Валериана жалко.
— Я готов идти до конца.
— До конца? — снова усмехается, — это похвально. Если бы ты ещё знал, куда идти.
В точку бьет, зараза. В самую точку.
— Я готов сдаться.
— Сдаться? Мы не на фронте, батенька, чтобы сдаваться. И кому? Кому нужна ваша сдача? Власти? Так они все с вами были повязаны. Сдашь себя — клубочек за ниточкой потянется и мало не покажется.
— Мне плевать.
— Тебе плевать? Смотрю, реально совсем расклеился. Не знаешь что делать.
— Не знаю.
Зубами скриплю. Челюсти сжимаю до хруста.
— Мне бы семью только спасти. Жену… сына… дочь…
— О жене ты думал, когда эту подстилку Лозицкого трахал?
Вскидываю на него глаза. Знает?
Чёрт, а я такой наивный. Конечно же знает!
Да и все кому надо уже тоже наверняка знают.
Плевать. На карьеру уже точно плевать. Тут не отмоюсь.
То, что Лике пришлось это пережить, это, конечно, кабздец полный.
Я не должен был доводить до этого. Не должен был…
После того раза… мог бы выкрутиться. Мог бы сказать — нет. Чем бы мне это ни грозило. Защитить семью. Её защитить…
— все наши поступки, Кирилл, имеют последствия. Не мне тебя учить. Да я и не учу. Согласился помочь — значит помогу. Но в дерьме вы увязли крепко. Тащить буду — как бы голову не оторвать.
— А если оторвать?
— В смысле?
— Если… если мне просто уйти?
— Только давай не это… не стоит крайних мер. И потом — это самый простой выход. Думаешь, если ты уйдешь, кто-то поможет твоей семье? Что им тут устроят?
— Кто стоит за Кристиной?
— Интересный вопрос. Жаль, что вы задали его себе поздно, ты и Лоза. Не видели очевидного.
— Кто?
— Погоди минуту.
Зимин нажимает кнопку селектора.
— Гости прибыли?
— Ждут, Олег Янович. — отвечает сухой голос секретаря.
— Проводи.
Тут же открывается дверь.
Ростоцкий.
Сука!
Хочется бросится с кулаками, но смысл?
Усмехается, а за ним…
Лозицкий? Нет… Труп Валериана я видел. Лично видел. И в доме, когда мне позвонила взволнованная Кристина. и потом, в морге.
— Ну, Рафаэля тебе не надо представлять, а вот Альберта Олеговича ты мог и не знать.
— Как же… мы знакомы. Правда, лет много прошло. Я был помоложе, волос на голове побольше…
— Альберт Олегович.
— Брат Валериана.
— Помню, да, виделись.
— Присаживайтесь, господа. Разговор будет долгий, и неприятный.
Зимин привык приказывать. Не изменяет привычкам и в разговоре с нами. И как ни странно все его слушают. И я, и Ростоцкий, и Лозицкий.
Зимин делает паузу. Разливает коньяк. двигает всем бокалы. Сам выпивает, никого не ждёт.
— А расскажу я вам историю некоего Глины. Федора Глинского. Был он человеком широко известным в очень узких кругах. Чёрт его дернул решить выйти на новый уровень и связаться с нашим общим знакомым Лозой. Бабла ему показалось мало. Хотел стать ещё круче. Но погорел. И потянул за собой всех своих соратников. Кроме одного. Был у Федора приёмный сын. Макар.
— Макар? — поднимаю голову, смотрю на Зимина.
Не может быть так просто.
Макар…
Некоторое время он был у Лозы в охранниках. Потом открыл своё частное агентство. Лоза ему даже помогал.
Потом Макар неожиданно возвысился очень прилично. Пошёл во власть.
Но мы за ним не следили, просто… Просто у нас тогда были свои проблемы. А надо было следить.
— Кристина была любовницей Глины. И у неё были, как ни странно, прекрасные отношения с Макаром. Они были как брат и сестра. Если точнее. Вспомните…
Чёрт… да, я вспоминаю. Кристина пару раз говорила, что Макар ей как брат. Просила ему помочь.
— Он же был просто…
— Мелкая сошка, да? — качает головой Зимин. — Не стоит недооценивать противника. Никогда. У него был доступ ко всем делам Глины. Начал он с того, что пришёл к тем, кто был должен его приёмному отцу, на кого у него был компромат. Лозицкого они с Крис оставили на сладкое, как я понимаю. Всё вообще могло быть иначе, если бы… Если бы Кристина не захотела получить вас Кирилл. Да, у женщин есть свои маленькие слабости.
Горько усмехаюсь.
Кристина захотела меня. Было бы смешно, если бы не было так…
— Теперь Макар стал фигурой видной. Вы это и сами знаете. Его пост, думаю, озвучивать не стоит. Но когда Кристина говорила о том, что может помочь вам достать портфель министра,
