ты можешь идти.
С моей стороны было глупо не выйти за его дверь сразу, но я этого не сделала. Я позволила ему повернуть меня к себе. Он взял мое лицо в ладони и накрыл мой рот своим. Я держалась за лацканы его пиджака, хныча ему в рот.
Он крепко поцеловал меня, прижимая спиной к двери. В тот своенравный момент меня даже не волновало, что Рената, должно быть, услышала, как я ударилась о нее. Уэстон заставил мой рот открыться и погрузил свой язык внутрь.
Его поцелуи были глубокими, облизывающими, а руки уверенно блуждали по моей груди, моей заднице, поглаживали мою киску, прежде чем снова вернуться к моей груди. Он мял их, щипал меня за соски, покачивал бедрами напротив меня. Это не было грязным, хотя должно было быть, учитывая местоположение и то, кем мы были друг для друга.
То, что происходило между нами, было не чем иным, как отчаянным желанием. По крайней мере, теперь я могла быть уверена, что не одинока в этих чувствах. Уэстон, должно быть, испытывал то же влечение, на которое мы не могли повлиять.
У нас было это. Эти несколько минут, чтобы попробовать друг друга на вкус, прикоснуться и обнять, но это было все. Это действительно должно было быть.
Уэстон потянулся вниз, собирая в кулак мою юбку, пока не обнажил трусики. Его пальцы скользнули по атласному материалу к эластичной стороне, зацепившись изнутри. Мозолистые кончики пальцев коснулись моей влажной щели. Наши стоны слились воедино, низкие и прерывистые от удивления. Я расширила свои ноги, впуская его. Это действительно происходило. Он трогал мою киску в своем кабинете. Мой Уэстон скользнул пальцами между моими нижними губами, обнаружив, что мой клитор набух и пульсирует.
Что он со мной делал?
Это не было похоже на прощание.
Это было похоже на начало чего-то непослушного и вышедшего из-под контроля.
Меньше чем за минуту я была так близка к оргазму, что забыла, как дышать. Он продолжал, потирая меня большим пальцем, а другими пальцами исследуя мой скользкий жар.
— Позволь мне это, детка, — прошептал он мне в губы. — Подари мне это один раз.
Он почти умолял меня, но ему не нужно было этого делать. Все, что ему нужно было сделать, это прикоснуться ко мне вот так, посмотреть на меня, как он это делал, и я доставлю ему удовольствие.
— Дай это мне, — потребовал он.
Я была не в силах отказать ему в этом. Мой оргазм захлестнул меня с силой каждой фантазии и унции тоски, которую я носила с собой по Уэстону в течение многих лет. Я дергалась и стонала в его облизывающий рот, и он удерживал меня все это время, поглаживая мои волосы и продолжая поглаживать мой клитор.
— Моя девочка, — похвалил он. — Ты такая красивая, когда кончаешь.
Когда последняя дрожь утихла, он позволил моей юбке упасть, и его рот накрыл мой, на этот раз медленно целуя. Прощание на его языке было горько-сладким.
Мы растянули его томными, мрачными поцелуями и медленным исследованием тех мест друг на друге, к которым больше никогда не прикоснемся. Каждая прошедшая секунда поколебала мою решимость. Отказаться от этого теперь, когда я знала, что он чувствовал и каким нежным он мог быть на самом деле, было трудно.
Но это необходимо.
Нас вернул к реальности тихий стук с другой стороны двери, к которой я была прижата. Уэстон поднял голову, его глаза были стеклянными, но широко раскрытыми. Мои груди были в его руках. Мои руки были сзади у него в штанах.
Он откашлялся.
— Да?
— Твоя встреча в десять утра, Уэстон. Пора, — сказала Рената.
— Хорошо. Две минуты.
Долгая пауза, затем его взгляд встретился с моим.
— Черт.
— Да.
Я вытащила руки из его штанов, и он посмотрел вниз, туда, где держал меня, на морщинку между бровями. Я думала, что он отпустит меня, но вместо этого он опустил голову. Я ахнула от первого прикосновения его губ к верхнему изгибу моей груди. Он осыпал поцелуями мою грудь, уделяя особое внимание исчезающим синякам, которые оставил два дня назад.
Закончив со мной, он осторожно высвободил руки и поправил мой лифчик, затем блузку, аккуратно расправив юбку на бедрах. Он оглядел меня, а когда добрался до моих волос, то расчесал их пальцами, пока не остался доволен.
— Идеально, — прошептал он.
— Спасибо, — прошептала я в ответ.
— У меня сейчас встреча. Я бы хотел, чтобы ты ушла, чтобы мне не пришлось входить в конференц-зал с эрекцией.
Я рассмеялась, несмотря на пустоту в животе.
— Хорошо, — я посмотрела вниз на палатку в его безукоризненно сшитых брюках. — Удачи с этим.
Я выбежала из его кабинета, избегая зрительного контакта с Ренатой. У меня было чувство, что она прекрасно представляла, что произошло. К счастью, я сомневалась, что буду проводить больше времени на руководящем этаже. Мне не придется снова встречаться с ней, и это было хорошо.
Моя странность… что бы это ни было, с этим покончено. Мое сердце болело, но поскольку оно уже было разбито, невозможно было сказать, сколько всего пришло от Уэстона.
С другой стороны, все было кончено, так что это все равно не имело особого значения.
ГЛАВА 15
Я летала первым классом ровно один раз, и это было с Эллиотом, когда я покидала Чикаго.
Излишне говорить, что возможность полететь первым классом в деловую поездку не приходила мне в голову, поэтому я была удивлена, узнав, что это так, когда регистрировалась. Мне также сказали, что у меня есть доступ в зал ожидания первого класса, и хотя мне было любопытно, что там происходит, я решила потусоваться в зоне посадки.
Пассажиры в аэропортах были непревзойденными. Я бы ни за что не променяла это на шикарный зал ожидания. Кроме того, мне нужно было разобраться с деликатным обменом текстовыми сообщениями.
Подводить Томаса Джентли было не
