она реальна и отчётливо мной ощущается.
Глубинное понимание. Внутреннее чутье, интуиция.
Ужасающая истина, что, если меня засосет туда, это будет финал. Конец всему.
Я выбрала неверную дверь.
Но я не хочу.
Пусть мою жизнь за последнее время и не назовешь слишком радостной, я не хочу туда. Только не туда.
Но слишком поздно, я не могу ничего с этим поделать.
Мне просто не стоило подходить к тому зеркалу и дотрагиваться до него. А сейчас я загнана в ловушку, из которой навряд ли найду выход.
Потому что из нее нет выхода.
— Нет, — восклицаю я, стараясь этим утверждением перекрыть нарастающий гул в ушах. Пытаюсь увернуться от невидимой силы, что подталкивает к краю пропасти.
Потому что за дверью я вижу пустоту. Черную и зияющую.
Я вцепляюсь в дверную ручку, но она легко выскальзывает из моих потных ладоней.
И меня затягивает все дальше, к самому краю.
Я зажмуриваюсь в страхе и готовлюсь лететь вниз, в мой первый и, по всей видимости, последний полет, как вдруг меня рывком оттаскивает назад, а дверь с силой захлопывается.
Я распахиваю глаза и встречаюсь с черными, словно смоль, мерцающими глазами Демида.
Это он захлопнул дверь, а теперь тянет меня назад, пока я вновь не оказываюсь в центре бешено вращающегося круговорота.
Только сейчас здесь все в дыму, а потому видимость просто ужасная.
Легкие мгновенно начинает печь, а глаза щиплет от едкой удушливой гари. Я тут же начинаю задыхаться, а глаза слезятся и горят.
Но вот уже меня снова вышвыривает в нормальное трехмерное пространство.
Я в бессилии падаю на кафельный пол, на этот раз не успев подставить руки и больно приложившись щекой, плечом и грудью к твердой поверхности плитки.
Легкие распирает, я приподнимаюсь на руках и начинаю откашливаться. А потом меня рывком поднимает на ноги и перед лицом снова оказывается лицо Демида.
Его разгневанное лицо.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, он очень и очень зол.
Его все еще потемневший взгляд, направленный на меня, метает гром и молнии. Дыхание тяжелое, а грудь под футболкой вздымается так, будто он только что пробежал стометровку на время.
Похоже, ему пришлось попотеть, чтобы вытащить меня оттуда.
Но сделал он это только для того, чтобы теперь убить меня лично.
Вот прямо сейчас свернет мне шею голыми руками, что не составит для него большого труда. А перед этим выскажет все, что думает обо мне. Раздавит меня той волной негатива, что так и готова сорваться сейчас с его губ.
Глава 28
Я готовлюсь к самому худшему, но вместо того, чтобы обрушить на меня поток ругательств, Демид ухватывает за плечо и подтаскивает мое обессилевшее тело к раковине.
Отпускает меня, но я слишком слаба, чтобы держаться на ногах самостоятельно, без поддержки.
Тогда я опираюсь дрожащими руками о края раковины и делаю несколько глубоких вдохов и выдохов.
Демид открывает кран и я вдруг понимаю, это то, что мне нужно сейчас.
Поспешно тянусь к прохладной воде и подставляю руки под струю, отчего сразу же испытываю ни с чем не сравнимое блаженство.
Я смываю с ладоней грязь, а потом набираю воду в пригоршню и ополаскиваю лицо. Повторяю это действие снова и снова, радуясь, что сегодня не наносила на кожу макияж.
Резь в глазах постепенно прекращается, дыхание тоже восстанавливается. Мне очень хочется пить, и я делаю большой глоток, наплевав на правило никогда не пить некипяченую воду из-под крана.
Но сейчас мне глубоко все равно как на это, так и на многое другое.
К чему какие-то правила, если в большинстве своем они совсем не работают?
Кажется, что после того, как мир почти ускользнул от меня, ничто больше не сможет меня впечатлить или напугать.
И хоть сейчас я физически чувствую себя значительно лучше, в голове моей царит настоящий хаос.
А еще сосет под ложечкой от мысли, что, похоже, Кристиан заманил меня в эту ловушку.
То есть…
Черт, я ведь полностью доверяла Кристиану и совершенно не доверяла парню, что стоит рядом. Но теперь получается, что…
Что благодаря Демиду Усманову мне удалось избежать большой и очень серьезной опасности, потому что именно он вытащил меня оттуда.
А что, если бы он не пришел за мной?
Я даже не хочу представлять.
Только неясно, откуда он узнал? Как он вообще там оказался? Макс заглянул в помещение, увидел что происходит и позвал его? Так быстро?
И тут же новая мысль пронзает меня.
А вдруг именно он подстроил все это, потому что снова проверял меня на какие-то способности?
С помощью того же Кристиана?
Раз позволил тому ошиваться рядом, значит, он доверяет ему.
А когда выяснил все, что хотел, просто вернул меня сюда.
Я кошусь на Демида.
Тот стоит и молча ждет, пока я приведу себя в порядок.
Хватаю с держателя салфетки, вытираю лицо, а потом поворачиваюсь к парню.
— Что это было? — спрашиваю у него и не узнаю своего голоса, потому что тот звучит хрипло и натужно.
Мне тяжело говорить, но необходимо выяснить все прямо сейчас.
— Что, черт возьми, происходит?
Я повышаю тон. Кажется, еще немного и у меня начнется самая настоящая истерика.
— Нет, это ты мне скажи, что происходит, — цедит Демид и его желваки напрягаются.
Я понимаю, что он все еще полон скрытой агрессии, хоть и не дает ей выйти из-под контроля.
— Какого хера ты приперлась сюда?
В его словах столько злости, будто он считает меня тупой пустоголовой курицей.
И если секунду назад я собиралась не только поблагодарить его за спасение, но и рассказать о записке Кристиана, то в одно мгновение передумываю все это делать.
— Или тебе кто-то подсказал сюда прийти? Кто именно?
Его взгляд сканирует и я снова радуюсь, что Усманов не обладает способностью читать мысли.
— Это общественное место, почему бы мне не зайти сюда просто так? — прищуриваюсь я.
— А потом полезть в это гребаное зеркало. Действительно, почему бы и нет.
— Я не лезла, а просто дотронулась!
Не отрывая от меня взгляда Демид шарахает кулаком по стене и зеркальная поверхность сейчас же покрывается сеткой мелких неровных трещин, в которых криво отражается озабоченное лицо Макса.
Оказывается, парень все это время был здесь, а я и не заметила.
— Дем, она не знала, — говорит Макс и делает шаг к нам.
Мне кажется, он пытается прийти мне на помощь.
А еще похоже на то, что Демид ничего не
