За то, что не доверял тебе, когда ты никогда не давала мне повода для этого. За упрямство. За эгоизм. За то, что не любил тебя так, как ты заслуживаешь, когда у меня был шанс. Больше всего мне жаль, что я отпустил тебя. Мне жаль, что мне понадобилось шесть лет, чтобы понять, что я потерял.
Она обнимает себя руками.
— Все в порядке. Прошло шесть лет.
Разговор становится неловким, поэтому я быстро спрашиваю:
— Как ты?
Легкая улыбка трогает ее губы.
— Вообще-то, никогда не было лучше.
Страшась ответа, я все равно спрашиваю:
— Ты кого-нибудь встретила?
Она усмехается, но это резкий звук.
— Какая разница? Зачем ты это делаешь, Ретт? Ты в Лос-Анджелесе уже больше года. Почему решил связаться со мной именно сейчас?
— Потому что я боялся до чертиков. — Эти жестоко честные слова срываются с моих губ раньше, чем успеваю их обдумать. — Я думал о тебе каждый день с тех пор, как ты уехала. Смотреть, как ты уезжаешь, — это вырвало мне сердце. Я продолжал отталкивать тебя, потому что хотел уберечь себя от такой боли, но в итоге это все равно случилось.
— Мне жаль, — шепчет она.
— Может, у меня больше не будет такой возможности, так что была не была. Ты знаешь, что я не доверяю легко, — добавляю я, скорее для себя, чем для нее. Я все порчу. Черт. Я делаю глубокий вдох и пытаюсь снова: — После смерти родителей никто из родственников не хотел заботиться о нас с Мией. Если бы не мистер Хейс, нас могли бы разлучить или еще хуже. В ту секунду, когда они узнали, что богатый Кристофер Хейс заботится о нас, все вдруг с радостью захотели нас принять. За определенную плату, конечно. Это был мой первый урок о том, что люди видят только знаки доллара, когда смотрят на меня.
Я вижу, что достучался до Иви, и продолжаю:
— Я никогда не знал, действительно ли кто-то заботится обо мне, или его интересует только то, что можно от меня получить. Кроме того, никто никогда не оставался рядом. Мои родители умерли. Отец Джексона и Логана сбежал с матерью Картера. Отец Маркуса убил его маму и сестру. Всю мою жизнь люди причиняли друг другу боль. Девушки хотели быть со мной только потому, что это было хорошо для их социального статуса. Я никогда никому не мог доверять.
Иви смотрит на меня какое-то время, прежде чем прошептать:
— Жаль, что ты не рассказал мне все это до моего отъезда.
— Я был трусом, Иви. Было проще прятаться за своими дурацкими шутками и маской крутого парня.
Я не могу отвести от нее глаз, наблюдая, как она обдумывает все, что я только что сказал.
Я знаю, что мое время истекло. Тот, кого ждет Иви, скоро придет.
Я кладу свою визитку на ее журнальный столик.
— Я хотел бы выпить с тобой кофе, Иви. Было бы здорово пообщаться.
Она кивает и закусывает нижнюю губу, бросая взгляд на мою визитку.
— Я скучаю по тебе, — шепчу я.
Она грустно улыбается, и удивлен, когда она признается:
— Я тоже скучала по тебе.
— Когда будешь готова выпить со мной кофе, пожалуйста, позвони или напиши. Черт, можешь прислать дымовой сигнал.
Она смеется. Черт, как же я скучал по этому звуку.
Я иду к двери и в последний раз оборачиваюсь.
— Ты выглядишь счастливой, Иви. Я рад. Никто не заслуживает этого больше, чем ты.
— Спасибо, Ретт. Я свяжусь с тобой.
Бросив на нее последний взгляд, я разворачиваюсь, чтобы уйти, но вместо этого оказываюсь лицом к лицу с самым пугающим мужчиной, которого я когда-либо видел.
Я могу постоять за себя в драке, но мое чутье подсказывает, что немногие выходили против него и выжили, чтобы рассказать об этом.
— Привет, — говорит он, протягивая мне руку. — Я Хейден Коул. А вы кто?
Ох ты ж черт. Он очень серьезный.
Я пожимаю его руку и говорю:
— Ретт Дэниелс.
Иви появляется рядом с нами, и та широкая улыбка, которую я видел, когда она открыла дверь, снова на ее лице. Она встает на цыпочки, и я наблюдаю, как огромный мужчина слегка наклоняется, чтобы Иви могла дотянуться до его щеки, куда она крепко целует его.
Она хватает его за руку и вытаскивает его ладонь из моей, затем прижимает ее к своей груди.
— Доброе утро, папочка, — говорит она, и эти два слова отправляют волны шока по всему моему телу.
— Папочка? — эхом повторяю я, как идиот.
Глаза Хейдена снова устремляются на меня, и я быстро объясняю:
— Простите, когда мы с Иви разговаривали в последний раз, она не знал, кто ее родители.
— Откуда вы с Реттом знаете друг друга? — спрашивает он Иви, но не сводит с меня глаз.
Я никогда еще не был так напуган отцом девушки.
Иви прочищает горло, и ее щеки розовеют, когда она говорит:
— Это тот парень, о котором я тебе рассказывала. Ретт помог мне выбраться с улицы.
Выражение лица Хейдена меняется так быстро, что я моргаю, чтобы убедиться, что мне не показалось. Словно он щелкнул выключателем. Халк исчез, и он снова стал Брюсом Бэннером.
— Спасибо, — говорит он, высвобождая руку из мертвой хватки Иви и снова протягивая ее мне.
Я пожимаю его руку, и на этот раз он не пытается сломать мне кости.
— Спасибо, что заботился о моей дочери, когда я не мог.
У меня миллион вопросов, но сейчас точно не время их задавать.
Я киваю, потому что сказать что-то глупое вроде «пожалуйста» или «не за что» не кажется уместным.
Мои манеры не совсем меня покинули.
— Приятно было познакомиться, сэр, — говорю я.
Я улыбаюсь Иви.
— Скоро поговорим.
Не дожидаясь их ответа, я ухожу.
Черт, вот это было неожиданно. Иви нашла своего отца. Интересно, что еще изменилось в ее жизни.
