со всем разберёмся, но постепенно. Он привык к одному, я совершенно к другому, но это не значит, что мы никогда не сможем прийти к единому мнению.
Мокрый снег обычно не вызывал во мне столько положительных эмоций. Но сейчас, когда Юра держал меня за руку, в целом мире не было ничего прекраснее. В свете фонарей снежинки красиво кружились на фоне тёмного неба. А маленькая свинка Гэтсби уже успел изваляться в грязи, хотя мы гуляли не больше пятнадцати минут.
– Готов к возвращению к нормальной жизни? – спросила я, пытаясь представить, какого это будет снова жить одной.
Сначала предложение провести отпуск в моей каморке казалось смешным. Диким. Безумным. Я честно думала, что Юра сбежит. Не справится с жизнью, даже близко не напоминающей привычную.
Запрет на траты денег, передвижение своим ходом, поиск простых и дешёвых рецептов, охота за купонами и акциями: я сомневалась, что Юра ещё хоть когда-нибудь попробует окунуться в подобную жизнь, полную лишений и ограничений.
В итоге он справлялся на удивление хорошо. Ни разу серьёзно не пожаловался (только ныл и угрюмо вздыхал), стойко спал на моей старой короткой раскладушке, ел максимально простую еду и много ходил пешком. С каждым днём мы неумолимо сближались. Я боялась, что это происходило от скуки, поэтому до последнего старалась держать дистанцию, но бесконечно противостоять собственным чувствам не смогла.
Большая тёплая ладонь едва ощутимо сжала мою. Я посмотрела на него и сразу забыла, как дышать. Мы стояли прямо под фонарём, тёплый жёлтый свет подсвечивал тёмные намокшие волосы Юры. На коже горел румянец, карие глаза блестели так, что я не могла отвести взгляда.
На пальто осели снежинки. Мне хотелось стряхнуть их, но я, словно завороженная, продолжала смотреть в бездонные глаза, мечтая об очередном поцелуе. О крепких объятиях. Я хотела стать с ним ещё ближе, так, чтобы невозможно было разорвать.
Оставаясь невероятно серьёзным, Юра, словно в замедленной съёмке, поднял руку и убрал с моих губ прилипшую прядку волос. Я не понимала, как умудрилась не заметить её. Он слегка улыбнулся и наклонился ко мне. Губы и без того ныли, но мне было всё равно.
Сердце ушло в пятки. Юра действительно снова собирался меня поцеловать несмотря на то, что мы занимались этим практически все последние сутки. На улице, стоя под фонарём, игнорируя большие хлопья мокрого снега, прямо как в романтичном фильме. У меня задрожали руки, я не понимала, куда их деть. Я ведь думала именно об этом. Как оказалось, он тоже.
Губы приоткрылись сами собой. Он медленно провёл своим носом по моему и потянулся за поцелуем.
– Гэтсби! – Я вздрогнула, услышав звонкий женский голос.
Коржик завизжал, как делал только в моменты искреннего счастья. Юра отстранился, так и не поцеловав меня. Я смотрела на него, пытаясь отдышаться. Ещё не привыкла к его влиянию на мою способность дышать. Пока он сверлил кого-то взглядом за моей спиной.
– Ну, привет. – Тот же голос послышался совсем близко. Юра прищурился, поэтому я обернулась.
Передо мной стояла красивая темноволосая девушка со свежим загаром. Белоснежные зубы почти ослепляли из-за контраста с тёмной кожей. Белое пальто невероятно ей шло. Я легко приняла бы её за супермодель.
– Привет. Ты за вещами? Почему не предупредила?
– А я должна предупреждать? – Она явно удивилась. – Прилетела утром, приехала сюрпризом домой, где не нашла следов ни тебя, ни Гэтсби. На телефон ты не отвечал, ребят игнорируешь уже месяц почти. Иногда в общем чате отвечаешь. Спасибо, так хотя бы я смогла определить примерное время прогулок с Гэтсби. Как в окно увидела, вышла.
– Я тебе обо всём написал. – Юра крепче сжал мою руку, будто боясь, что я исчезну.
Но убегать я не собиралась. Напротив, захотелось остаться и послушать этот невероятно увлекательный диалог.
– Очень по-взрослому. Не находишь? Мы встречались семь лет, а ты решил меня бросить через сообщение в мессенджере? В твоей квартире мои вещи, наши родители дружат, мы обсуждали свадьбу. И тут я получаю сообщение: «Мы расстаёмся. Я понял, что отношения с тобой это не то, что мне действительно нужно. Будь счастлива». Это похоже на плохой розыгрыш, не находишь?
Встречались семь лет? Жили вместе? Её вещи всё ещё в его квартире? И он мне ничего об этом не рассказал, хотя последние сутки мы только и делали, что целовались? Я повернулась к Юре. Он не выглядел смущённым. Больше печальным, как в первые дни нашего знакомства.
– Аврора, мы уже не раз говорили об этом, ещё до твоего отъезда, просто ты никогда не воспринимала мои слова всерьёз.
Так вот, что за таинственный контакт. «А». Ситуация прояснялась слишком стремительно.
– Разумеется, не воспринимала. У тебя депрессия! Я даже подарила тебе собаку в надежде, что это поможет прийти в себя и вернуться на правильный путь. И после всего, через что мы прошли плечом к плечу, ты за месяц всё топчешь, а потом ещё и находишь мне замену?
Большие голубые глаза, полные ярости и обиды, обожгли меня. Я стойко ответила на это, потому что была ни при чём. Мне о ней никто не рассказывал. Никаких намёков о наличии девушки, кроме местами странного игнорирования звонков и сообщений, не было.
– У меня была депрессия, потому что вы все меня не слышали. Вам казалось, это ерунда. Не стоит внимания. Пытались отправить в отпуск, подарили собаку, я слышал, отец думал обновить мне машину. Но никто из вас так и не захотел меня послушать. Нет, не так. – Он посмотрел мне прямо в глаза. – Услышать.
– Потому что тебе давно пора повзрослеть, – сказала Аврора возмущённо. – В реальности никто не будет возиться с тобой и твоими чувствами. Ты обязан самостоятельно держать себя в руках и вести себя достойно. Уже давно взрослый. Помнишь, чем занимались наши отцы в твоём возрасте? Им сопли никто не подтирал!
Я потянула руку, но Юра не отпускал. Он снова посмотрел на меня и я чётко увидела в его взгляде страдание.
– Ребят, вам нужно поговорить. Думаю, лучше это сделать без свидетелей. Я пойду.
– Вот, явно взрослый и умный человек. Спасибо! – воскликнула Аврора, подхватывая Гэтсби на руки.
– Не уходи, пожалуйста, – попросил Юра.
В любой другой ситуации я бы осталась, но не сейчас. Пока он держал меня за руку, я не могла мыслить рационально. По вискам стучали воображаемые молоточки, возвращая все сомнения, забытые после нашего первого поцелуя.
– Нет. Вы долго были вместе и если всё, что я услышала, правда, вам нужно всё обсудить только вдвоём. А
