от бешенства. Я слышала, что они очень болезненные.
Доктор Сапра подавила смешок.
— Так и есть.
Я повернулся к Ридли и нахмурился, но меня охватило облегчение. Если она препиралась со мной, значит, все не так уж плохо.
— Что нам нужно, чтобы выбраться отсюда, Док?
Она взглянула на Ридли.
— Вы готовы идти с Кольтом?
Ридли кивнул.
— Он лучше, чем альтернатива.
— Ну спасибо, — пробормотал я. И меня настигла еще одна волна облегчения.
— Вы не против, если я поделюсь с ним медицинской информацией? — спросила доктор Сапра.
— Конечно, — ответила Ридли, но слово прозвучало натянуто.
Она была такой чертовски сильной. Не хотела, чтобы я видел хоть малейшие признаки слабости. Но это была не ее слабость. Это была слабость кого-то другого, того, кого я найду и заставлю пожалеть о том, что он вообще к ней прикоснулся.
— Хорошо. — Доктор Сапра повернулся ко мне. — Мы не обнаружили никаких признаков черепно-мозговой травмы, но это не значит, что ее нет. Если у Ридли появятся признаки спутанности сознания, рвота, помутнения зрения или трудности со стоянием и ходьбой, я хочу, чтобы вы немедленно привезли ее обратно.
Я тяжело сглотнул. Черт. Как сильно она пострадала? От меня не ускользнуло, что доктор уклонилась от ответа на этот вопрос. Но в какой-то момент Ридли придется мне рассказать.
Доктор Сапра подошла к кровати Ридли со шприцем.
— Это обезболивающее. Оно поможет вам уснуть, а также облегчит боль в шее, горле и вдоль ребер. Я хочу, чтобы Кольт будил вас каждые три часа в течение следующих двадцати четырех, просто в качестве меры предосторожности.
— Спасибо, — прошептала Ридли, когда врач ввела иглу в ее капельницу.
Голос Ридли всегда притягивал к себе, в нем чувствовалась музыкальность, но приземленность, которую невозможно было подделать. Сейчас же он был хриплым, как будто ее голосовые связки были разорваны. Эта разница и заявление доктора Сапры заставили меня обратить внимание на горло Ридли.
Когда мой взгляд остановился на обычно золотистой коже, во мне вспыхнула ярость, настолько сильная, что обожгла меня изнутри. На ее горле были следы пальцев. Они еще не потемнели до пурпурно-синего цвета, но я знал, что так и будет. Сейчас же они были красными, лопнувшие кровеносные сосуды усеивали ее кожу.
Это должно было быть первым, что я заметил, когда вошел, но я был слишком отвлечен на этого засранца-продюсера. Но когда мой взгляд снова остановился на поврежденной коже, жестокость нападения стала слишком очевидной.
Кто-то душил Ридли. Возможно, даже пытался убить ее.
Девушка словно уловила мои эмоции, ее взгляд метнулся ко мне.
— Законник, — осторожно начала она. — Ты в порядке?
— Кто. Черт. Возьми. Сделал. Это. С. Тобой?
ГЛАВА 26
РИДЛИ
Я чувствовала ярость, исходящую от Кольта волнами, как будто это было живое, дышащее существо. После всего, что пережила сегодня, это должно было бы меня напугать. Но нет. Это успокаивало. Потому что ему было не все равно.
Грудь Кольта вздымалась от неровного дыхания.
— Кто? — потребовал он.
— О нет, не сегодня, — сказала доктор Сапра, встав между моей кроватью и разъяренным шерифом. — Все вопросы завтра.
— Мне нужно...
Доктор Сапра мгновенно прервала его.
— Что бы вам ни было нужно, это не так важно, как благополучие Ридли. Ее исцеление.
При этих словах Кольт немного успокоился. Он провел рукой по лицу, внезапно выглядя побежденным.
— Да. Вы правы.
— Я все равно его не видела, — пробормотала я. Мои слова были немного невнятны, так как болеутоляющее брало верх.
Доктор Сапра подошла к моей кровати.
— Сейчас я собираюсь вынуть капельницу. Мы пересадим вас в инвалидное кресло, чтобы вы могли отправиться домой и поспать.
— У меня нет дома, — пробормотала я.
На лице доктора Сапры возникло жалостливое выражение.
Затем чья-то рука скользнула в мою. Она была большой, с грубой кожей. Рука принадлежала человеку, который прожил жизнь и не уклонялся от нее.
— На данный момент он у тебя есть, Хаос.
— Хорошо, Законник, — согласилась я, и мой голос приобрел мечтательный оттенок.
И я почти поверила ему.
Чья-то рука коснулась моей щеки, убирая волосы с лица.
— Мы на месте.
Я несколько раз моргнула, приходя в себя в темноте внедорожника Кольта. Попыталась вспомнить события, которые привели меня сюда, и все это всплывало в памяти. Нападение. Больница. Бейкер. Кольт. Поездка на инвалидной коляске к внедорожнику, пока Татер продолжала шипеть.
— Привет, — прохрипела я.
— Привет, Хаос, — сказал Кольт, и на его губах заиграла улыбка. Но она быстро исчезла. — Как ты себя чувствуешь?
Он был близко. Так близко, что аромат бергамота и гвоздики кружился вокруг меня, дразня и искушая. Мне захотелось прильнуть к нему, сократить расстояние между нами и наконец-то узнать, каково это, когда его губы прижимаются к моим. Узнать, каков он на вкус.
Я тяжело сглотнула, горло запершило. Это все наркотики. Я была под кайфом и поэтому думала о том, чтобы поцеловать этого ворчливого засранца. Это был единственный правдоподобный ответ. Эти широкие плечи и бездонные глаза не имели никакого отношения к делу.
Брови Кольта озабоченно сошлись.
— Хаос?
— Я в порядке, — сказала я, и это утверждение прозвучало скорее как шорох, чем как реальные слова.
— Ты уверена? — спросил он.
— Обещаю, — прошептала я. — Нужно будет достать больше этой штуки, которую они мне дали.
Кольт усмехнулся и поднял маленький аптечный пакетик.
— Там, откуда это взялось, есть еще. Но не раньше завтрашнего дня.
— Уверена, если бы я выпила еще сегодня, то впала бы в коматозное состояние.
— Этого никак нельзя допустить, — сказал он. — Я помогу тебе выбраться из машины.
— Я сама могу...
Кольт прервал меня, пригвоздив пристальным взглядом.
— Я могу подождать, пока ты мне поможешь, — поправила я себя.
— Так-то лучше.
Кольт выскользнул из внедорожника, спрятав мои лекарства в карман. Я ждала в тишине, нервы напрягались с каждым мгновением. Затем задняя дверь открылась, и Татер издала обвиняющее мяуканье.
— Не волнуйся, Триножка. Я тебя возьму, — сказал Кольт.
— Я бы не...
— Ай! — вскрикнул Кольт. — Она укусила меня через чертову клетку.
— Я же говорила, что надо было сделать тебе прививку от бешенства.
Задняя дверь захлопнулась, и через секунду открылась моя дверь. Меня встретил знакомый хмурый взгляд, который почему-то возбудил меня еще больше. Со мной что-то серьезно было не так.
— Этой кошке нужен один из тех специалистов по поведению или что-то в этом роде.
— Удачи тебе, — сказала я, ухмыляясь.
Татер зашипела, и это походило на шипение гадюки.
Хмурый взгляд Кольта только усилился.
— Может, ей
