приезжает даже быстрее. Минут через сорок. Он заносит в дом огромную кипу пакетов. Больших и маленьких. Зарубин стоит рядом, смотрит, но не трогает. Мы с Юлей с интересом поглядываем на это всё.
— Аня, это тебе, — коротко бросает босс, поворачиваясь ко мне.
Я смотрю на эти брендовые пакеты, не понимая, что происходит.
— Что это?
— Открой.
Юля уже залезает носом в один из пакетов.
— Ой! Красиво! — восторженно ахает девочка.
Я подхожу ближе, тоже заглядываю внутрь. И у меня челюсть падает на пол. Там одежда. Точнее там очень много одежды. Я смотрю пакет за пакетом. Там платья, блузки, юбки. Перевожу взгляд дальше. Коробки с обувью.
И ещё несколько пакетов с коробками поменьше. Я открываю одну и вижу часы. Изящные, с бриллиантами на циферблате. Наверняка, они стоят целое состояние. Но это не может быть мне. Зачем?
Дрожащими пальцами поднимаю крышечку другой коробки, и моё сердце ускоряет свой бег. Там украшения. Серьги с изумрудами, тонкая цепочка, браслет. Что-то невозможно красивое и стильное.
Да у меня в жизни ничего подобного не было. Только серёжки золотые. Обычные гвоздики. А здесь столько всего!
— Максим Эдуардович... — шепчу я в шоке и поднимаю на него глаза. — Это...
— Это тебе, — повторяет он спокойно и, мне кажется, будто он внимательно отслеживает мою реакцию. — Нужно одеваться соответственно статусу. Моя невеста не может ходить в том, что Рита купила на скорую руку.
Статус? Или... подкуп? Плата за поцелуй? Компенсация за то, что он позволил себе вчера лишнего?
Внутри всё сжимается от этой мысли.
— Но это слишком дорого... — пытаюсь возразить я.
— Это не обсуждается, Анна, — отрезает он. — Ты моя невеста. Ты носишь то, что я считаю нужным.
Юля радостно прыгает вокруг пакетов.
— Папа заботится о тебе! — визжит она. — Папа заботится о своей невесте!
Я беру один из пакетов, достаю шёлковое платье. Нежно-голубое, струящееся, невероятно красивое. Провожу пальцами по ткани. А потом мой взгляд натыкается на купальник. Я знаю, что в доме Зарубина есть бассейн. Но я как-то не думала туда ходить. Я всё время с Юлей.
Беру в руки купальник. Открытый, чёрный. Но всё равно не могу представить себя в нём.
— Кстати, — говорит Зарубин, подходя ближе. Он оказывается почти у меня за спиной, и по телу невольно пробегает дрожь. — На выходные мы едем за город.
Я поворачиваюсь к нему. Юлька уже встаёт в мои новые туфли и пытается ходить по залу. Смешная такая. Вот только мне не до смеха. У меня внутри всё сжимается, переворачивается. И когда я вижу его губы перед глазами, мне совсем плохо становится.
Его запах, его близость сводят меня с ума. Хочется шагнуть ближе, хочется снова ощутить себя беспомощной в его руках, быть полностью в его власти. Но я, естественно, стою на месте.
Только лихорадочно соображаю, что он мне говорит.
— Куда? — выдыхаю я, пытаясь выйти из ступора.
— В загородный дом. Встреча с моими друзьями, — поясняет он. — Там будет неформальная обстановка. Купальник тебе пригодится.
— Друзьями? — переспрашиваю я, не веря своим ушам. — У вас есть друзья?
Он едва заметно усмехается.
— Есть пара человек, которым я доверяю. Они хотят познакомиться с моей невестой.
— Но... — я запинаюсь. — Я же не настоящая...
— Для них — настоящая, — перебивает он. — Ты должна быть, как моя невеста. Держаться за руку, улыбаться, выглядеть счастливой. Это важно.
— Хорошо, — киваю я, опуская глаза. — Я постараюсь.
— Ты не должна стараться, Аня, — говорит он и заправляет прядь моих волос за ухо. От этого прикосновения по коже танцуют волнующие мурашки. — Ты должна просто быть собой. Этого достаточно.
Глава 32. Скользкий момент
Огни вечерней столицы давно сменились глухим подмосковным лесом, вековыми соснами и загородным шоссе, уходящим куда-то в темноту.
Я то и дело кошусь на суровый, словно высеченный из цельного куска гранита профиль Зарубина, который уверенно держит руль одной ладонью. Его длинные пальцы расслаблены, но я-то слишком хорошо знаю, какая сила скрывается за этой показной безмятежностью. Мои губы до сих пор покалывает обжигающим напоминанием о недавнем безумии в «Метрополе», а в ушах всё ещё эхом стоит его откровенное признание.
Юля, убаюканная мерным движением, сладко сопит в своём вип-кресле на задней сидушке, обнимая плюшевого единорога.
Что удивительно, сегодня она вела себя на удивление спокойно во время сборов. Своим маленьким детским умишком она переварила известие о том, что я теперь официальная невеста её отца, и её отношение к моим гипотетическим отлучкам кардинально переменилось. Малышка где-то в мультиках уже видела эту схему: папе и маме нужно почаще быть вместе, у них свои взрослые дела, свидания и секреты. И теперь, если я нахожусь рядом с Зарубиным, Юля готова отпускать меня гораздо охотнее. Раз с папой — значит, всё правильно, значит, так надо. Девочка искренне поверила, что мы строим наше общее «навсегда», и от этого осознания мне становится одновременно тепло и невыносимо жутко. Я ведь фактически соучастница грандиозного обмана...
Машина мягко тормозит у массивных кованых ворот закрытого элитного комплекса.
За забором раскинулся уединенный поселок из домов с огромными панорамными окнами, идеально вписанными в дикий лесной ландшафт. Стоит Зарубину заглушить мотор, как к нам навстречу из дверей центрального дома выходят сразу две супружеские пары.
У меня внутри всё сжимается от лёгкой паники предстоящего общения. Внутренний социофобушек мгновенно пакует чемоданы и требует немедленно эвакуироваться обратно в подвал.
— Приехали, — негромко произносит Зарубин, поворачиваясь ко мне. Его серый взгляд на секунду задерживается на моих губах, отчего я поспешно отворачиваюсь к окну, чувствуя, как щёки обдает привычным жаром. — Это мои близкие друзья. Помни об условиях контракта, Аня. Держись естественно.
— Естественно — это как? — бормочу я. — Сделать вид, что я не хочу упасть в обморок от количества миллионеров на один квадратный метр?
— Просто держи меня за руку, — Зарубин едва заметно усмехается, и эта его короткая человечная реакция странным образом возвращает мне способность дышать. — Этого будет достаточно.
Он обходит машину и открывает мою дверь, подавая ладонь, а я вкладываю свои пальцы в его руку. Снаружи нас тут же берут в оборот — вальяжный банкир Олег, университетский друг Максима, и его ухоженная жена Марина, а также суровый начальник безопасности крупного холдинга Игорь, похожий на Волкова, вместе с супругой Натальей.
Атмосфера вроде бы неформальная — уличная веранда пахнет сочным шашлыком, на столе стоит дорогая выпивка, а вокруг шумят вековые сосны. Но каждой клеточкой своего тела я чувствую, как меня прямо-таки сканируют жёны зарубинских друзей.
