Смотрят вежливо вроде бы и улыбаются, но их оценивающие взгляды пробивают похлеще рентгена. Уверена, они пытаются понять, чем эта зажатая девчонка зацепила Зарубина.
С Юлей друзья Максима ведут себя невероятно мягко. Они явно уже в курсе всей ситуации, потому что Марина, жена Олега, присаживается перед Юлькой на корточки и показывает огромную коробку с новой настольной игрой.
— Юленька, привет! А мы тут с ребятами как раз собирались построить самый большой замок для принцессы на детской площадке. Пойдёшь с нами? Там и няня есть, она отличные блинчики печёт.
Юля настороженно переводит взгляд на меня, потом на Зарубина. Её маленькие пальчики крепко сжимают мою ладонь, но в глазах уже горит чистое детское любопытство.
— Аня пойдет? — тихо спрашивает она, заглядывая мне в лицо.
— Аня побудет со мной, Юль, — Зарубин делает шаг вперёд и мягко опускает ладонь мне на плечо. Прикосновение обжигает даже сквозь ткань блузки, заставляя меня внутренне подтянуться. — Нам с твоей будущей мамой нужно немного поговорить. Взрослые дела, понимаешь?
Юля вдруг забавно шмыгает носом и важно кивает своим мыслям. Я даже знаю, каким. Про мультики, в которых папе и маме положено гулять почаще вдвоем, чтобы стать настоящей семьёй.
— Ладно, — соглашается она, легко отпуская мою руку, что ещё несколько дней назад казалось абсолютно невозможным. — Только недолго. Стройте свои дела.
Она резво убегает с Мариной в сторону игровой зоны, под присмотр охраны и профессиональной няни, а я провожаю её взглядом и наконец облегченно выдыхаю.
Но расслабиться не получается. Мы остаёмся на веранде с мужчинами и Натальей. Олег тут же протягивает Зарубину стакан с напитком.
— Ну что, Макс, удивил так удивил, — банкир понимающе подмигивает, бросая на меня быстрый взгляд. — Вся Москва гудит после мероприятия в «Метрополе». Крушинский, говорят, до сих пор ходит с дёргающимся глазом.
— Крушинский слишком много на себя берёт, — Зарубин делает короткий глоток, его лицо снова превращается в непроницаемую маску. — Я просто напомнил ему о границах дозволенного.
— Ты его чуть не обнулил, — усмехается Игорь и кивает мне довольно дружелюбно: — Давно хотел с вами познакомиться, Анна. Нам Волков много про вас рассказывал. Смелый поступок в архиве. Даже не каждый мужик сообразит так быстро прыгнуть под стеллаж.
— Спасибо... — я неловко улыбаюсь, чувствуя, как под прицелом этих людей у меня начинают подрагивать ноги. — Я просто не думала ни о чём в тот момент. Там ведь Юля была.
Зарубин переводит на меня нечитаемо пристальный взгляд.
— Вот именно поэтому ты сейчас здесь.
От его тона у меня внутри всё переворачивается. Он говорит это так спокойно, словно моё присутствие в его жизни — аксиома, не требующая доказательств.
Наталья мягко улыбается мне, пытаясь разрядить обстановку. Она явно заметила уже, как я судорожно сжимаю пальцами край своей сумочки.
— Анна, вы, наверное, устали с дороги? У нас тут чудесная спа-зона в левом крыле, всё подготовлено. Если хотите, можете пойти отдохнуть, пока мужчины занимаются своим любимым делом — обсуждают контракты и мясо.
Я хватаюсь за это предложение как утопающий за спасательный круг. Энергия после пары часов игры в счастливую невесту на веранде находится на абсолютном нуле.
— Да, спасибо большое, — я перевожу умоляющий взгляд на Зарубина. — Максим Э… то есть, Максим. Можно я отойду? Мне нужно… просто перевести дух...
Зарубин внимательно вглядывается в моё бледное лицо и коротко кивает:
— Иди, Ань. Спа-комплекс полностью в твоём распоряжении. Охрана на периметре, Юля под присмотром. Отдыхай.
— Спасибо, — выдыхаю я и сбегаю с веранды, чувствуя, как подтягиваются мышцы спины, освобождённые от необходимости держать идеальную осанку перед его статусными друзьями.
Изолированная спа-зона загородного комплекса встречает меня благословенно гулкой тишиной и пряным ароматом разогретого дерева. Здесь действительно никого нет — друзья Зарубина со своими разговорами о миллионных контрактах и субподрядах остались на улице, и это крыло здания полностью предоставлено мне. Хоть какая-то передышка за этот сумасшедший день.
В раздевалке я со вздохом невероятного облегчения сбрасываю с себя сковывающие джинсы и новую блузку. Но стоит мне достать из пакета открытый чёрный купальник, купленный Зарубиным, как вся моя куцая уверенность в себе испаряется, помахав на прощание ручкой. Я натягиваю его перед огромным зеркалом во весь рост и издаю тихий стон подступающего стыда.
Ну и куда я в этом высунусь?
Тонкие, чисто символические бретельки и трусики с высокой посадкой безжалостно подчеркивают каждый изгиб и округлость. Моя кожа на фоне этого чёрного итальянского шёлка кажется бледной, как у какой-нибудь викторианской утопленницы из готического романа. Никакого холёного золотистого загара светских львиц, к которому, наверное, привык Зарубин, у меня не имеется. Я выгляжу в этом дизайнерском великолепии как полное недоразумение из подвала, которое случайно пробралось в замок и нацепило чужую вещь.
Пытаясь спасти остатки девичьего достоинства и унять панику, я судорожно хватаю с вешалки гигантское махровое полотенце и закутываюсь в него, как в спасательный бронежилет, завязав надёжный узел на груди, и в таком виде — напоминая самой себе индийское божество в глубокой депрессии, — выхожу к бассейну.
Мраморный пол вокруг чаши с бурлящей водой сверкает чистотой, но от высокой влажности он становится коварным, как мартовский каток. Мои резиновые шлепанцы, купленные ещё в древние времена, предательски скользят на первом же шаге.
Мир резко и нелепо кренится вбок.
— Ой! — вскрикиваю панически и взмахиваю руками.
Махровый халат распахивается и съезжает с плеча, а правая шлёпка со свистом улетает куда-то в сторону. Но за долю секунды до неминуемой катастрофы чьи-то сильные пальцы железной хваткой перехватывают меня за локоть и предплечье, рывком возвращая в вертикальное положение.
Я испуганно распахиваю глаза и утыкаюсь взглядом прямо в широкую мужскую грудь с литыми мускулами.
Зарубин!
Он уже переоделся в плавательные шорты, и от вида его обнажённого торса у меня в голове окончательно закорачивает все контакты, а остатки связных мыслей разлетаются испуганными воробьями. Мне хочется зажмуриться, но серые глаза босса удерживают меня на месте.
— Осторожнее, Аня. Здесь скользко.
Глава 33. Жар сауны
Судорожно перехватываю края сползающего халата и пытаюсь отступить назад на одной уцелевшей тапке. Выглядит это, наверное, неописуемо глупо и нелепо.
— Я… контролирую ситуацию, Максим Эдуардович, — выдаю беспомощную браваду.
— Заметно, — коротко роняет он, косясь на мою улетевшую обувь. — Хватит притворяться, Аня. Мы здесь одни. Друзья сюда не зайдут, они заняты ужином.
— Я и не притворяюсь, — бурчу я, пытаясь высвободить руку.
— Да ну? — Зарубин не отпускает мой локоть, а его пальцы с провокационным нажимом медленно скользят по моей обнаженной коже
