она придает легкость композиции. Вот и я должна была ощутить легкость, избавившись от давления синдиката. Полностью я от него не избавилась, конечно, все-таки прошлая связь с Доном сказывается, да и поселил он меня на своей территории. Я сначала было собралась переехать, а потом осознала, что Доменико прав. И Орсон прав, что остановил меня. Как сказал Карло, этот мир контролируют те, в чьих руках деньги и сила, а в синдикате они или нет, не имеет значения. Безопаснее оставаться на территории, где тебя смогут защитить. А с этим у меня проблем нет. Орсон заверил, что в этом прибрежном раю у Доменико свои люди и меня в обиду не дадут.
Да меня и не пытаются обижать. Живу я на берегу океана, в маленьком домике, прощальном подарке бывшего мужа. Само собой, я долго отказывалась от подарка, но Орсон меня вразумил, объяснив, что это не столько подарок, сколько вклад в мою безопасность, потому что здесь все соседи «свои» люди. А пока я спрятана, меня не могут использовать как рычаг давления на Дона.
Не совсем понятно, какое дело Дону, если меня обидят, но Орсон пояснил, что Доменико всегда заботится о безопасности своих бывших женщин. Ну не прелесть ли наш Дон? Золотой души человек, чтоб его…
Деньги я не взяла, наотрез отказалась. Работу нашла быстро, не зря нас в академии обучали разным навыкам, в том числе флористике. Как бы Орсон ни кривился насчет «копания в сорняках», но работа мне нравится: творческая, да еще и с людьми общаюсь. Потихоньку познаю себя, ту самую обычную Аду, которой мне таки удалось стать.
Орсон так и сказал, когда мы прибыли на новое место.
– Только ты знаешь себя саму. Учителя готовили тебя стать женой Дона. А к чему готовилась ты?
– К побегу! – ответила я тогда, а потом задумалась. Вспомнила, что мне нравилось в академии, чем увлекалась…
Кто бы догадался, что Орсон способен давать неглупые советы? Да и помог мне, три дня оставался неподалеку, пока разбирался с охраной и прочим.
С тех пор я одна.
Рядом с цветочным магазином дом престарелых, и постояльцы нередко заходят к нам, то купить недорогой букет, то посмотреть, как я работаю, то просто поговорить. Многие так же одиноки, как и я, с ними приятно пообщаться. Так случилось, что постепенно они стали обращаться ко мне с просьбами. Сначала по мелочам: кому помочь с новым телефоном, кому прочитать и объяснить письмо от врача или юриста, кому найти что-то в сети. Я никому не отказывала. Голодная до человеческого общения, радовалась, что могу помочь. Да и владелец магазина не возражал, ему только прибыль, потому что, приходя за моей помощью, люди обычно что-то покупали.
То ли я слишком хорошо помогала, то ли еще что, но постепенно просьбы изменились. Кого-то достают родные, требуя денег в счет наследства, у кого-то дочь разводится, и ее муж грозит забрать детей, а у кого-то пропадают ценные вещи из комнаты. Просят у меня всего лишь совет и поддержку, а я сижу и думаю: как же хочется иметь волшебную палочку, чтобы раз! – и решить проблему. Так, как я смогла бы, если бы…
Да уж, Ада, проиграла ты свою волшебную палочку, добровольно отдала ее подруге. Уж Нария не ошибется, не разочарует Доменико. Она всегда мечтала о семье. Создаст для Дона надежный тыл и станет замечательной матерью для Рени.
А я…
Не то, чтобы я была несчастлива в моей новой жизни, но… разве можно быть счастливой, если твое сердце осталось в другом месте? В красивом городе, где тени небоскребов купаются в заливе.
Каждую ночь я умираю от тоски по дивному малышу и его невыносимому брату. От необъяснимой, нелогичной тоски – ведь сколько боли Доменико мне причинил? Сколько раз обманул? А потом избавился от меня за ненадобностью. Однако сердце упрямый орган. Больно ему и тоскливо.
Каждое утро я обещаю себе, что не буду искать новости в сети. О Доменико писали несколько раз: то он открыл ресторан, то пожертвовал деньги на что-то важное. А о его личной жизни ни слова. Они с Нарией уже наверняка помолвлены, а свадьбу она захочет пышную, традиционную, так что подготовка займет время.
Каждый вечер я сижу на берегу океана, рисую сердечки на теплом песке и обещаю себе, что больше не буду тосковать. Излечусь от моей болезни мужчинами Романи.
Вот и сейчас сижу на берегу и думаю о невозможном, когда мое привычное одиночество нарушает неожиданная гостья. Нария Рунелли, в скором будущем Романи, словно плывет по песку, грациозная и красивая, как всегда. Хочу ненавидеть ее идеальность, но не могу, она хороший человек. Нари знала, что я мечтаю о свободе, поэтому не воспротивилась браку с Доменико. Не могу ее за это ненавидеть, но… как же хочется!
Нари подходит ближе, замедляет шаг. Смотрит на меня с тревогой в глазах.
– Ада, что с тобой?
– Так плохо выгляжу? – усмехаюсь.
– Нет, ты выглядишь… несчастной. И сильно похудела. Мы можем поговорить?
– Как ты меня нашла?
Нари морщится, оглядывается по сторонам.
– Меня привез Карло. Он такой грубый!
– Да, есть немного. – Улыбаюсь, вспоминая нашу последнюю встречу с Карло. – Зачем вы приехали?
– Мы можем поговорить… в доме?
Нари всегда была моей лучшей подругой, но если она станет рассказывать об их с Доменико отношениях, то я, как минимум, сойду с ума.
Мы заходим в дом, и я сразу направляюсь к бару. Некоторые темы лучше воспринимаются после бокала вина.
Нари стоит посреди гостиной, сцепив руки в замок.
– Ада, меня преследует чувство, что я совершила ужасную ошибку. Я не знаю, что делать и как ее исправить.
Она так сильно нервничает, что хочется заранее простить все ее грехи. Усаживаю ее на диван и заставляю сделать глоток вина.
– Рассказывай, что ты учудила!
– Ты знаешь, что мой отец обещал позволить мне самой выбрать мужа. После его смерти мой брат поклялся, что не станет принуждать меня к замужеству. Однако ситуация Сальво хуже некуда. Дон Агати обещал сделать его своим капо, но до сих пор водит за нос. Поэтому Сальво решил переметнуться к Доменико. Только умоляю, никому не говори, а то нам обоим конец! Доменико согласился помочь Сальво и даже, возможно, сделать его своим капо, но взамен попросил об услуге.
Прикрыв глаза, задерживаю дыхание. Силы стремительно покидают меня, отставляя напоследок горькое отчаяние. Если Нари скажет, что Доменико потребовал ее в обмен на должность капо для Сальво… если Нари
