сердца.
Шейн вошел в дом и повесил куртку в шкаф. Обувь поставил под нее. Он заехал домой, чтобы переодеться из костюма, в котором уезжал с арены, и теперь был одет в модную шелковую футболку — подарок Роуз — и темные джинсы. В гостиной он посмотрелся в полноразмерное зеркало и немного поправил волосы.
Дожидаться Илью предстояло еще как минимум час. Шейн решил устроиться поудобнее на диване, включил телевизор и перелистал каналы, остановившись на матче по регби. Играли команды из Австралии, поэтому, возможно, велась прямая трансляция. Он почти не разбирался в регби, но парни выглядели достаточно горячими, чтобы не заснуть перед телевизором, пока Илья не вернется домой.
— Шейн. — Он услышал свое имя, но не смог понять, откуда оно доносилось. — Холландер.
Его толкнули в плечо. Он открыл глаза. Это означало, что он все-таки заснул на диване Ильи. Тот стоял над ним в деловом костюме и ласково улыбался.
— Черт, — сонно сказал Шейн, возвращаясь в сидячее положение. — Прости.
— Ничего страшного.
Илья присел рядом. На голове у него творился беспорядок. Вероятно, он надел шапку прямо на влажные после душа волосы перед тем, как поехать в аэропорт Виннипега. В тусклом свете ночника его зелено-карие глаза казались почти золотыми.
— Привет, — сказал Шейн.
— Привет. — Он бросился к Илье в объятия. Знакомое чувство облегчения накрыло с головой, когда они поцеловались впервые за две недели. — Я соскучился по тебе, — добавил Илья, как будто Шейн мог испытывать в этом хоть малейшие сомнения.
— Да.
Довольно долго они просто обнимали друг друга. Шейн уткнулся носом в изгиб его шеи и глубоко вдохнул, наслаждаясь уже родным запахом и ощущением твердых мышц.
— Приятная на ощупь футболка.
— Из шелка.
— Круто.
Шейн отстранился и посмотрел ему в лицо.
— Ты выглядишь уставшим.
— Ну, я же не поспал на диване.
Шейн нахмурился, как и всегда, когда спрашивал серьезно, а Илья отшучивался или отвечал с сарказмом.
— Тяжелая выдалась командировка?
Илья посмотрел на подушки дивана.
— Ты же знаешь, что все прошло хреново.
Да, Шейн знал, что Оттава проиграла все четыре выездных матча, но он имел в виду не это.
— С тобой все в порядке?
— Я плохо спал, — признался Илья.
— Тогда пойдем спать.
Шейн встал и протянул руку. Вместе они поднялись наверх. В спальне он вместо верхнего света включил одну из прикроватных ламп. Илья стоял у изножья кровати и смотрел на него. Он продолжал просто смотреть, когда Шейн принялся раздевать его. Его веки были полуопущены, но Шейн подозревал, что скорее от усталости, чем от возбуждения.
— Вы выиграли сегодня, — сказал Илья, когда Шейн снял с него темно-серый пиджак.
— У Буффало, — почти извиняющимся тоном ответил Шейн. — Нечем хвастаться.
— Буффало победили нас в последнем матче, — заметил Илья.
Шейн не знал, что на это сказать, поэтому молча ослабил галстук, снял и положил на банкетку у изножья кровати, поверх пиджака. Когда он расстегнул половину пуговиц на рубашке, Илья остановил его, взяв за руку. Шейн поднял глаза. Илья странно смотрел на него, будто хотел сказать что-то важное.
— Что? — спросил Шейн, так и не дождавшись ничего от Ильи.
— На сколько ты можешь остаться?
— До утра пятницы. У нас тренировка, потом мы улетаем в Даллас.
Илья сжал его руку.
— А когда получится в следующий раз?
— После этой поездки я буду дома почти две недели. А ты?
— Когда ты вернешься, я буду в отъезде.
— О. — Шейн заставил себя говорить весело. — Но мы будем вместе на Рождество.
Всем игрокам НХЛ предоставлялось несколько дней отдыха на Рождество. Последние годы Шейн с Ильей проводили его в Оттаве, в компании родителей Шейна. Для Ильи Рождество не имело большого значения, но он в принципе любил вкусную еду и подарки, поэтому, казалось, всегда наслаждался этим праздником.
Илья улыбнулся, но улыбка выглядела натянутой.
— Да. Будет здорово.
Шейн понимал, как тот себя чувствовал. Разрозненные дни и ночи вместе во время хоккейного сезона… их никогда не было достаточно. Он положил ладонь, которую не сжимал яростно Илья, ему на щеку.
— Эй, — тихо сказал он. — Я здесь, сейчас.
Напряженная улыбка Ильи сменилась более искренней.
— Да, — согласился тот и наклонился для поцелуя.
Шейн не мог представить, чтобы кто-то во всем мире целовался лучше Ильи. Властно и нежно одновременно, почти развратно, но заставляя Шейна чувствовать себя любимым и желанным. Сам Шейн всегда просто пытался не отставать.
Илья отпустил его руку и переместил свою ему на затылок, запустил пальцы в волосы и осторожно потянул.
— Обожаю эти длинные волосы, — произнес он низким вибрирующим голосом, от которого у Шейна поджались пальцы на ногах.
Шейн в ответ радостно застонал, погладил Илью по спине, ощущая гладкую ткань рубашки, и обхватил за затылок. Член Шейна, который до сих пор оставался удивительно спокойным, подал признаки жизни при контакте с бедром Ильи. Шейн попытался немного отодвинуться, чтобы это не было так очевидно — Илья больше нуждался во сне, чем в сексе, — но тот усмехнулся ему в губы и прижался плотнее.
— Рад меня видеть, — прошептал он.
— Всегда. Но ты можешь проигнорировать... это.
— Это? — спросил Илья, опустив руку и сжав член Шейна через джинсы.
Тот закрыл глаза и тихонько хмыкнул.
— Да. Тебе нужно поспать. Нам обоим нужно.
— Секс помогает мне заснуть, — возразил Илья.
Шейн рассмеялся, оттолкнул его руку и продолжил расстегивать рубашку. Он почти раздел Илью, на том остались лишь боксеры и носки.
— Я позволю тебе самому снять носки, — сказал Шейн.
— А с трусами поможешь? — спросил Илья, улыбаясь своей кривой, сексуальной улыбкой.
— Может быть.
Шейн разделся сам, а Илья тем временем забрался в постель. Шейн пошел в ванную почистить зубы, а когда вернулся, тот уже спал. Шейн улыбнулся и лег рядом, обняв его за грудь и прижавшись к нему.
— Спокойной ночи, секс-машина, — прошептал Шейн.
Илья не ответил. Он просто повернул голову, зарылся носом в его волосы, и вздохнул.
Глава двадцатая
— Вот ты где.
Услышав голос Ильи, Шейн чуть не свалился с фитбола, на котором балансировал.
— Боже.
Он сгруппировался и сумел удержать равновесие, оставшись стоять
