отец твоего ребенка. Что это может быть и Егор, и… — я пристально посмотрела на Кирилла. Он молчал.
— Я соврала, — призналась Настя. — Я уже сказала Кириллу, что соврала. Отец — Егор! Это сто процентов.
— Но… как? И зачем? — у меня слова от растерянности разбежались.
— Зачем соврала? Да не знаю я! — махнула пухлой ладошкой Настя и ее губы снова задрожали. — Может, захотелось бывшему нервы немножко потрепать. А что? Не так уж приятно, что ты сразу после развода мне замену нашел!.. — она обернулась к Кириллу.
— Так ведь ты первая мне замену нашла, причем еще в браке, — суховато сказал Кирилл. — Но какая теперь разница? Всё уже решено. У меня есть Арина.
— А вот у него… — Настя положила ладонь на живот, обтянутый зеленой водолазкой. — У него должен быть отец! Я как об аварии узнала, меня как током ударило. Отец-то, что бы я вам ночью ни наплела, — Егор! Признает он ребенка, не признает — а все равно ведь папа! Родная кровь! Я не хочу, чтобы он умер… Нет, нет! Я не хочу!
«…А хочу, чтобы он платил будущему ребенку алименты!» — мелькнула у меня непрошеная ехидная мысль. Но я тут же осадила себя. Настя, похоже, действительно волнуется за Егора. Искренне за него переживает.
— А почему ты теперь уверена, что отец — Егор? — осторожно поинтересовалась я. — Если ты… ну, с двоими?
— Да потому что… — она запнулась, посмотрела на меня, на Кирилла, но все-таки закончила. — Потому что сроки! По срокам я обманула. Я ведь знаю, когда мы с тобой… — она снова быстро глянула на Кирилла. — Ну, когда мы с тобой окончательно разъехались! А с Егором мы еще и потом встречались. И не раз. И не два. И не… В общем, много раз. И домой он ко мне приезжал, и… Извини, Арина. Мне неприятно об этом говорить, но надо же расставить все точки.
Я усмехнулась. Если это правда и Егор много раз изменял мне с этой смешной, толстой, лохматой, болтливой девицей, то где были мои глаза? Я всегда чувствовала, что он мне неверен, но не думала, что он заинтересуется такой необычной девушкой, как Настя.
Я прислушалась к себе: больно ли мне от этого? И поняла — нет, не больно. Будто я включила телевизор и смотрю сериал, где разворачиваются турецкие страсти вокруг главного героя — этакого мускулистого, красивого, небритого мачо. Волнительно немного, что там будет с персонажами. Но меня-то это никак не касается!
Я мысленно поставила рядом Настю и Миледи. Трудно представить двух женщин, которые настолько бы друг от друга отличались. Небо и земля!
То, что Егор влюблен в стильную, ослепительную, богатую, самоуверенную Миледи — неудивительно.
Даже то, что он спал со стройной, яркой, опасной стервой-брюнеткой Жанной, можно понять. Мужчинам нравятся такие коварные красотки.
Но что он нашел в смешной, одетой, как попугай, пухленькой неформалке Насте?
Однако ведь и Кирилл в свое время что-то в ней нашел…
Настя перехватила мой взгляд, понимающе хмыкнула:
— Думаешь, почему Егор ко мне прилип? А я знаю! Он говорил, надоели ему эти тощие красотки с богатым внутренним миром. Так и говорил, да. А со мной ему хорошо, легко и просто! Вот так.
Я посмотрела на Кирилла. Не царапают ли его откровения бывшей жены? Но почувствовала, что он ощущает то же, что и я. Всё, что было, — в прошлом. Может быть, он испытывает облегчение, что Настин ребенок — не его. Вот и всё.
— Настя, ты, главное, не волнуйся, — сказала я, поглядев на ее живот. — Тебе в твоем состоянии нельзя волноваться. Я бы посоветовала тебе поехать домой.
Я вдруг подумала, что если Настя не лжет, то у моего Андрюши будет маленький брат или сестра… И как же всё это странно…
— Нет, я хочу зайти к Егору! — капризно возразила Настя.
— Тебя туда не пустят. Даже мать пока не пускают, — объяснила я. — И еще… — я тоже решила расставить все точки. — Ты уверена, что Егор тебе обрадуется? Врач сказал, что он даже в бреду говорил только о Миле!
Настя на секунду сникла, а потом вскинула мокрое лицо:
— Ну и что? Миледи не будет за ним смотреть! Ты тоже не будешь! А я — да! Он отец моего будущего сына!
— Настя, в твоем положении тебе в первую очередь нужно смотреть за собой, — порекомендовал Кирилл.
— А я сильная и справлюсь, — сказала Настя. — И я люблю Егора! — сказала она, бросив короткий взгляд на бывшего мужа.
— Ну, и люби себе на здоровье, — спокойно отозвался Кирилл и крепко взял меня за руку. — Твоя жизнь, твой выбор.
— Да! Мой выбор! И мы будем вместе, я это чувствую. А Миледи… Да пусть идет лесом эта Миледи! Жанка говорит, что Миледи уже за границу намылилась.
— К своему Карлу? Карлсону? Или как его там…
— Нееет… — протянула Настя и вдруг внимательно посмотрела сначала на меня, а потом на Кирилла. — Ой, да вас ведь утром в Москве не было! Вы и не знаете ничего!
— А что мы еще должны знать? — нахмурился Кирилл.
— Так отчего авария-то случилась? Вы не знаете, а мне Жанка всё рассказала! В офис ведь следователь приходил...
* * *
Буду очень рада комментариям и подпискам!
С любовью, ваш автор Лина Черникина.
Эпилог
Красивые листья, желтые, оранжевые и красные, плавно падали под ноги, таинственно шуршали на асфальте. Мы всей семьей выбрались на прогулку в парк — сентябрьская суббота порадовала теплым солнышком и голубым небом.
Я медленно шагала по чистой сухой дорожке, восхищалась осенней красотой, не отцветшими еще петуньями, космеями и золотыми шарами. А еще больше любовалась своими мужчинами, которые, заговорившись о каких-то своих делах, держась за руки, ушли немного вперед.
Кирилл и Андрюша шагали рядом и вдохновенно говорили про кометы, астероиды и возможность полета человека на Венеру.
А я смотрела на них и улыбалась.
Муж и сын. Наш дорогой сын.
Да, родной отец Андрюши — Егор, и они видятся иногда, я не ставлю палки в колеса. Но Егор давно не проявляет инициативы и не настаивает на частых встречах, а Андрюша уже не просит отвезти его к папе. Тот всегда сердитый, придирчивый, раздраженный. Андрюше и с дядей Кириллом хорошо.
У Елены Ивановны мой сынок бывает почаще, я не возражаю. Всё-таки она бабушка — как я могу быть против? Но моя бывшая свекровь всё чаще сердится на подрастающего внука. Всё ей не так — и
