Эмили.
— Эш, это как раз тот мужчина, которого я искала. Следуйте за мной.
Она разворачивается на каблуках и идет по коридору. Этот дом — просто лабиринт из проходов и комнат. Как кто-то вообще запоминает, куда идти, понятия не имею. Мне всегда удается заблудиться.
— А, Эмили, куда мы идём? — спрашиваю я.
— Увидишь. — Как только она открывает дверь, я колеблюсь. Она ведёт меня в какой-то чёртов тир. — Входи и закрой дверь.
Я сглатываю. Лучше бы здесь был Джош, чем Эмили. Я всё равно делаю, как она говорит, и закрываю за собой дверь.
— Тебе нужно научиться лучше стрелять, и тебе нужно постоянно носить с собой оружие… если собираешься проводить время с Бри. Ты знал, что она каждый раз сбегает от своих телохранителей, когда она с тобой?
— У Бри есть телохранители? — спрашиваю я, как идиот. Конечно, есть.
— У неё всегда были телохранители. Быть МакКинли — это большой риск, Эш. Люди готовы на ужасные вещи, чтобы навредить Джошу или выманить у него деньги. Это не секрет. А Бреанна, как ни странно, — его самая большая слабость.
— Я… чёрт, она в опасности? — Мое сердце колотится, и мне ничего не хочется, кроме как бежать наверх, приковать ее к себе наручниками и никогда не выпускать ее из виду.
— Мы всегда в опасности, мы всегда должны быть готовы. В этом доме она в безопасности. Можешь расслабиться.
— Ну, это было бы проще… если ты только что не сказал мне, что единственное, что я люблю больше всего на свете, находится под угрозой, чёрт возьми, похищения. — Как только эти слова слетают с моих губ, я понимаю, что был слишком резок. — Прости. Мне не следовало говорить с тобой так.
— Да, следовало. Ты заботишься о ней, это видно по всему, что ты для неё делаешь. А теперь начнём твой первый урок.
* * *
К тому времени, как я расстаюсь с Эмили и нахожу Бри на веранде, я уже совершенно измотан. Она сидит на качелях и смотрит на загоны.
— Где ты был? — спрашивает она, когда я сажусь рядом.
Я притягиваю её к себе, обнимаю за плечи, и мне чертовски нравится, как она тут же кладёт голову мне на плечо. Как будто мы всегда так делали. Может, она права.
Может, мы были любовниками в каждой прошлой жизни. С ней всегда так комфортно.
— Твоя мать думала, что мне нужно уметь стрелять из пистолета. — Я улыбаюсь ей.
— Ох, Боже, она этого не делала? — Бри съеживается. — Мне так жаль, Эш. Я поговорю с ней и скажу, чтобы она поумерила свой пыл.
— Не надо. Она просто беспокоится о твоей безопасности. Почему ты не сказала мне, что тебя могут похитить? Или ещё хуже?
— Всё не так плохо, как они говорят. Я не хочу, чтобы ты волновался. И я не хочу, чтобы ты решил, что быть со мной — это слишком тяжело.
— Детка, быть с тобой — лучшее, что я могу сделать. Не скрывай от меня ничего. А теперь расскажи мне об этих телохранителях, от которых ты постоянно сбегаешь, — прошу я её.
— Пожалуйста, я от них не сбегаю. Они слишком боятся моего отца, чтобы выпускать меня из виду. Я просто слежу за тем, чтобы их никто не замечал. И это лишь отчасти докладывается моим родителям. Это своего рода баланс между страхом за свою работу… и за свою жизнь. — Я пожимаю плечами.
— Мне не нравится мысль о том, что с тобой что-то случится. — Я обнимаю её крепче и целую в макушку.
— Не волнуйся, я гораздо сильне, чем кажусь. — Она улыбается.
— Да, ты такая. — Я смотрю на загоны, полные лошадей. — Кто из них твой?
— Вот чёрный — это Хантер. Он уже слишком стар для меня, чтобы ездить верхом, но он всё ещё мой любимчик. — Она указывает на огромного, чёрт возьми, коня.
— Ладно, начнём вечеринку! — кричит Хоуп, входя через заднюю дверь с подносом напитков. За ней следуют Аксель, Доминик, Ава, Лили и Алекс. Я не ожидал увидеть Лили и Алекса — думаю, ему конец, если он пойдёт за Лил.
— Да, давай. Пойдём, Эш. Постарайся не отставать. — Бри смеётся, догоняя Хоуп, они направляются к домику на дереве. Я помню, когда мы были подростками, мы с близнецами прятались там от младших детей.
— Ты же знаешь, что ещё только одиннадцать утра, Хоуп? — кричу я им вслед.
— Уже где-то пять часов, Эш. Вытащи палку из задницы и расслабься хоть раз в жизни, — кричит в ответ Хоуп.
— Хоуп, с Эшем очень весело. Оставьте его в покое. Он не виноват, что он намного старше нас, — говорит Бри так, чтобы все слышали.
— Ах, почему меня называют старым? Этот чёртов Алекс старше меня. — Я не успеваю увернуться от удара Лили. Она попадает мне прямо в челюсть.
— Блядь, Лил, какого хрена это было?
— Не называй моего парня старым, Эш. Он хотя бы умеет веселиться. Хочешь, я расскажу тебе, как мы сегодня утром в душе веселились? — Она ухмыляется.
— Не надо, если хочешь, чтобы он продолжал дышать. — Я смотрю на неё в ответ.
— Ладно, перемирие, — говорит она, поднимая руки в знак капитуляции.
Но вот в чём фишка этих близнецов: они играют грязно. И они всегда на одной волне — словно могут общаться телепатически. Хоуп оборачивается.
— Знаешь, Эш, прошлой ночью я сбежала и встретилась с Чейзом. Что этот парень вытворяет языком… — Она замолкает на полуслове, и я достаю телефон, набирая номер Чейза. Он тут же отвечает.
— Эш, чем могу помочь? Ты же знаешь, что сегодня День подарков?
— Что ты, блядь, сделал с моей кузиной?
— С какой? — спрашивает этот ублюдок.
— Что ты имеешь в виду, с какой? С Хоуп, чёрт возьми, что ты сделал? — кричу я в трубку.
Лили и Хоуп смеются во весь голос. Я смотрю на Бри, которая смотрит на близнецов своим убийственным взглядом МакКинли.
— Я не видел Хоуп уже несколько дней. Почему? Что случилось? С ней всё в порядке?
Тревога в его голосе заставляет меня на мгновение замереть.
— Ничего. Мне пора. — Я вешаю трубку и сердито смотрю на Хоуп.
— Извини, я забыла упомянуть, что после того, как он вытворил то с языком, я проснулась ужасно возбуждённой. Это был очень реалистичный сон. Интересно, будет ли в реальности так же хорошо?
— Я тебя убью, блядь, — рычу я, подходя к ней.
Алекс собирается встать передо мной, но Лили тянет его назад.
— Не волнуйся, он не причинит ей вреда.
