к тому, что принадлежало ему.
Тем не менее, он обхватил пальцами свой член и несколько раз подрочил, наблюдая за каждым моим движением.
— Никто другой больше никогда к тебе не прикоснётся. Если они это сделают, то умрут. — Его мрачные слова были сказаны просто и откровенно. И я знала, что это правда.
— Твоя.
— Да… — он придвинулся ближе, убрал мою руку с моей киски и положил её себе на живот. Я была удивлена настолько сильным жаром, что он обжёг мне кончики пальцев.
Я снова облизала губы, воркуя и не спеша опуская их к его члену. Как только Франсуа убрал руку, я обхватила пальцами его основание. Он придвинулся ближе, предоставляя мне полный доступ.
— Пососи меня, куколка. Мне нужен твой горячий ротик на головке моего члена. — Он сжал в кулаке мои волосы, направляя мою голову вниз.
Я не нуждалась ни в каких указаниях или поощрении, влечение к нему итак было невероятным. Высунув язык, я облизала кончик, затем чувствительную щелочку, а после отодвинулась, насколько он позволил. Усмехнувшись, я просунула другую руку ему между ног, обхватив и сжав его яйца.
— Блядь. Не дразни меня, куколка. Если ты продолжишь, я не буду нежным.
Его грубые слова лишь заставили мою киску сжаться и разжаться.
— Я не хочу нежности. Хочу грубости.
— Как я тебе уже говорил. Будь осторожна с тем, о чём просишь.
— Осторожности нет в моём словарном запасе.
Его член был твёрдым, как камень, и я ничего не смогла с собой поделать, наклонилась и провела языком по его нижней части. Когда я провела им по яйцам, Франсуа запрокинул голову с громким рёвом.
— Это будет такая радость — овладеть каждой твоей дырочкой.
Я содрогнулась от этой мысли, зная, что он сдержит своё обещание. В тот момент я бы отдала ему всё. Всю себя. Всю. Без. Исключения. Я пососала одно яичко, затем другое, наслаждаясь мускусным ароматом и острым вкусом. Обхватив рукой его член и нежно двигая ей, я почувствовала, что Франсуа теряет терпение.
И всё же я наслаждалась моментом обретения контроля над ним, вероятно, единственным, который у меня будет ещё какое-то время. Я снова и снова водила языком от основания к кончику, проводя им по головке его члена. Как только я обхватила его головку, Франсуа перекатился на носочки, опуская мою голову ещё на несколько дюймов.
Я чуть не подавилась, настолько он был огромен, заполняя мой рот и растягивая мышцы челюсти. Но через несколько секунд я расслабила горло, полная решимости взять его всего. Он запустил пальцы в мои волосы, каждый мускул его тела напрягся.
— Хорошая девочка. Такая хорошая девочка.
Его похвальные слова довели меня до крайности, и в ответ на это над моей верхней губой выступили капельки пота. Я обхватила рукой основание его члена, создавая дополнительное трение. Каждое его глубокое рычание, каждый животный звук разжигали огонь, и я продолжала двигаться, позволяя ему широко раскрывать мой рот, пока головка не коснулась задней стенки моего горла.
Франсуа удерживал меня на месте, а давление на мою голову напоминало мне, что я принадлежу ему. Я двигала языком назад-вперед, пытаясь контролировать своё дыхание. Когда он, наконец, отпустил меня, я почувствовала, что он вот-вот кончит, но сомневалась, что он позволит себе кончить таким образом.
Полностью овладев собой, Франсуа обхватил ладонями моё лицо, я перевела взгляд так, чтобы видеть его глаза.
— Вот так, малышка. Твой. Горячий. Ротик. — Он трахал мой рот в течение нескольких секунд, не торопясь, проталкивая свой член внутрь и вытаскивая его наружу. Затем Франсуа полностью вышел, толкая меня за плечи, пока я не повалилась навзничь на кровать. — Не так. Пока ещё нет.
Когда он забрался на кровать, опустив глаза, он рассматривал меня всю, как делал это уже много раз, но на этот раз всё было по-другому. Невозможно описать, насколько напряжённым оказался он сам или этот момент, когда в комнате словно разрядился весь воздух. Мне было трудно дышать, я перестала сосредотачиваться. Всё, о чём я могла думать, это о его большом, толстом члене, погружённом глубоко внутрь меня.
Франсуа устроился у меня между ног, не торопясь согнул одну ногу в колене, вытащил мою ногу из-под одеяла и положил её себе на бедро. Пока он гладил меня обеими руками вверх и вниз, я не могла отвести от него глаз, кончик его члена уже блестел от капель предэякулята.
Он очень медленно опустил голову, покрывая поцелуями мою ногу, подтягивая другую, пока я не раскрылась для него пошире.
— Ты такая влажная, — пробормотал он.
— Только для тебя.
— Мм-м… Тогда, думаю, мне нужно что-то с этим сделать.
— Угу. — Он поднял мою ногу, закинул её себе на плечо, а затем провёл головкой своего прекрасного члена по моей влажности. Я положила обе руки ему на грудь, переводя взгляд туда-сюда. Франсуа подначивал меня, дразнил. Заставляя ждать этого идеального момента.
Как и прежде, он очень медленно опустился на меня, положив руки по обе стороны от меня. Я хотела податься бёдрами вперёд, вгоняя его член внутрь, но не могла противиться его контролю. Он легко поцеловал меня в губы, проводя ими назад-вперёд, прежде чем поднять голову и выпрямить руки. Улыбка на его лице была практически зловещей, недвусмысленно говорящей о том, что он собирается со мной сделать.
Когда он, наконец, вошёл в меня на всю длину, я рывком приподнялась с одеяла, хватая ртом воздух. Всхлипы и стоны срывались с моих губ, и я мотала головой туда-сюда. Если бы только этот мужчина знал, что он со мной делает.
Он вышел, снова вошел в меня, и я не смогла сдержать крик, вырвавшийся из моего горла. Я продолжала упираться руками ему в грудь, разминая его мышцы, пытаясь подавить один крик за другим. Когда он обхватил мою голову сначала одной рукой, потом другой, я поняла, что его разум переполнен пошлостью и сомнениями, он всё ещё не уверен в своём решении относительно меня.
Когда Франсуа сплёл наши пальцы, медленно двигая ими туда-сюда, его взгляд стал более пристальным. Я была загипнотизирована тем, как его глаза постоянно меняли цвет, радужки становились переливчатыми. Всё в нём привлекало и удерживало моё внимание так же, как его грубые действия с моим телом.
И на несколько драгоценных мгновений мы стали единым целым, занимаясь любовью, а не трахаясь. Почему-то у меня было чувство, что это ненадолго. Это не могло так продолжаться, учитывая то, с чем нам пришлось столкнуться. Я встречала каждое движение его
