Гонит не на полную скорость. А еще этот джентльменский поступок… Или это какая-то хитрая тактика, чтобы выиграть?
Решив ни о чем не думать, я помчалась дальше. Обогнала номер восемь и вырвалась вперед. Все мои соперники остались позади — в том числе и парень на «Судзузки», который меня спас.
Глава 32. Таинственный номер три
Я финишировала первой под громкий рев зрителей. Остановилась, злая, как волчица. Впервые за долгое время я чувствовала не восторг, а злость. Пронзительно-холодную злость.
Номер три пришел вторым — я слезала с байка, когда он пересек финишную черту. И снова было ощущение пронзительного взгляда, от которого стало не по себе.
Отовсюду были слышны выкрики:
— Рысь, ты крутая!
— Детка, так держать!
— Ты офигенная!
А я пыталась восстановить дыхание и пульс. Будто не ехала на мотоцикле, а бежала.
К парню на «Судзуки» подошли один из оргов и его помощник. И по разговорам я поняла, что его собираются дисквалифицировать. Злость тотчас переросла в гнев.
Сняв шлем, я подошла к ним.
— Какого черта происходит? — хмуро поинтересовалась я.
— Номер три выбывает, Рысь, — коротко пояснил орг. — Гремлин так решил.
Я выругалась, резко развернулась и пошла к нему. Разбираться.
Зрители продолжали кричать, но мне было все равно.
Но мне было все равно, что они кричат. Я была в ярости из-за того, что номер пять решил слить меня, нарушив правила. А в итоге дисквалифицировали не его, а номера три.
Того, кто меня спас.
Крепко сжимая шлем, я подошла к Гремлину, который со своими помощниками стоял в палатке чуть поодаль от остальных.
— Поздравляю, Рысь, — расплылся в улыбке Гремлин. — Я в тебе не сомневался.
— Как это понимать? — резко спросила я. — Номер пять выбивал меня с трассы. Дисквалифицируйте этого придурка.
Конечно же, они все видели по камерам. И были в курсе всего, что происходило на треке.
— Но не сделал этого. А вот номер три его выбил. Был физический контакт. Так что, Рысь, придется дисквалифицировать его. Мне жаль, но… — Гремлин развел руками, словно говоря, что ничего не может поделать.
— Вот как? — изогнула я бровь. — Когда в следующий раз я получу приглашение участвовать в гонках, придется ответить так же. Мне очень жаль, но…
— Полина, милая, — мягко улыбнулся Гремлин, но глаза его были жесткими. — Давай не будем делать поспешных выводов. Номер пять реально нарушил правила. Он дисквалифицирован. В ближайшее время участвовать не будет. А ты завтра катаешь с победителем второго заезда.
— А номер три?
— А с номером три нам придется попрощаться, — притворно вздохнул Гремлин. — Но ненадолго. Интересный. Напоминает мне кое-кого. А тебе?
Я нахмурилась.
— К чему клонишь?
— К тому, что он тоже напомнил тебе Барса. Поэтому ты побежала его защищать.
На мгновение мне пришлось прикрыть глаза. Чтобы успокоиться и не дать ярости выйти наружу.
— Он меня спас на треке, — тихо, но твердо сказала я. — От придурка, которого вы не собираетесь дисквалифицировать.
— Мы посмотрим, что можно сделать с ним. Мы ведь тоже заинтересованы в интересных гонщиках, — растянул губы в улыбке Гремлин.
Нет, вы заинтересованы в деньгах. Это все, что вам нужно.
Я развернулась и пошла обратно. Хотела поговорить с номером три. Поблагодарить. Мне действительно было жаль, что так вышло.
В это время готовились к заезду другие гонщики, и внимание зрителей, которые пьянели все больше — то ли от алкоголя, то ли от азарта, — переключилось на них. Я попыталась отыскать номера три, но нигде не могла найти. Мне чудом повезло заметить его в стороне ото всех — парень сидел на своем «Судзуки». Еще мгновение — и заведет мотор.
Нас отделяло метров пять, не больше.
— Подожди! — крикнула я, вдруг испугавшись, что он уедет. — Пожалуйста!
Он резко обернулся. Снова в шлеме. Я так и не увидела его лица.
— Спасибо за помощь! Мне жаль, что так вышло!
Парень молчал, а меня пробрали мурашки. И я сама не понимала, почему.
— Скажи мне свой телефон! Я отправлю тебе часть выигрыша, — продолжала я, чувствуя, как дрожат пальцы и крепче вцепилась ими в шлем.
Он покачал головой. Ему как будто бы было плевать. И на деньги, и на меня.
Я нахмурилась. Почему это так меня задевает?
— Не отказывайся! Без твоей помощи я бы не выиграла. Скажи телефон! Серьезно!
Снова качает головой. Нет.
— Они вернут тебя. Ты им понравился.
Мне показалось, что он рассмеялся. Я направилась к нему, потому что привыкла говорить с глазу на глаз, а не кричать, а он… Он вдруг просто стартанул. И умчался вдаль, оставив меня одну.
Я зябко потерла пальцы. Почему они так замерзли? И почему в душе так стыло? Будто и не летняя ночь, а зимняя?
Ответа не было.
Я получила свой выигрыш и уехала. На душе было тяжело.
Завтра я снова буду участвовать в гонках. Но, думаю, это будет последний раз. Нужно учиться чувствовать жизнь вне атмосферы скорости и драйва.
Я приехала домой усталая, будто весь день носила тяжести. Посидела во дворе, глядя на круглую луну, и, наконец, пошла домой. Свет в окнах Дилариной квартиры не горел.
Во время гонок я кайфовала, но после меня накрывало. Адреналин отступал, тело казалось слабым, а голова начинала болеть. Мне срочно нужно было лечь спать.
Я аккуратно вошла в квартиру, боясь разбудить подругу. Разулась, не включая электричество, и на цыпочках прошла к гостиную.
И замерла от неожиданности.
На диване сидели Дилара и Леха. Они целовались, и мягкий теплый свет настенного бра освещал их лица.
Леха нежно обнимал Дилару за талию, а подруга доверчиво сложила руки на его широких плечах.
Глаза обоих были закрыты.
Глава 33. Ты все такая же — сама нежность
Дилара выпорхнула из дома утром, пока Полина спала. Она спешила на курсы по ботоксу ресниц, которые вел очень крутой мастер.
Собиралась Дилара долго — хотела выглядеть на все сто, потому что собиралась понравиться одному парню. Это был Саша, администратор в салоне красоты, в котором проходили курсы. Веселый, позитивный, с теплыми глазами, да еще и стильный — такие парни были в ее вкусе. Да и она ему, кажется, понравилась…
Перед выходом из квартиры Дилара посмотрела на себя
