грустную улыбку. – Передавай привет папе и Настёне. Пока.
- Пока, милая.
Отключаю телефон, и по-прежнему смотрю в окно, на моросящий осенний дождь и ветер, что срывает желтые и оранжевые листья с деревьев. На работу я сейчас не хожу, попросила небольшой отпуск, посещаю только медакадемию, чтобы не пропускать лекции и не вылететь в последний год своего обучения. Я, что зря пахала столько лет? Чтобы из-за мужика все бросить? Беру плед и чашку горячего шоколада и устраиваюсь на широком подоконнике в своей спальне, без статуи в комнате стало просторно и одиноко, что ли? Совсем ничего не хочется делать и даже шевелиться. Так и сижу до вечера, наблюдая как стекают по стеклу холодные капли дождя.
Если бы он пришел! Сказал бы, что верит мне, и кроме меня ему никто не нужен, я была бы самой счастливой на свете. Почему он так жесток? Меня же ломает без него! Как он может так поступать с нами? Моя совесть чиста, я ни в чём не виновата перед ним. Но из-за какой-то подлой дряни, все полетело к чертям! И первое, что я сделаю, когда выйду из отпуска, будет увольнение этой дряни! Больше она не сможет работать в этой больнице, да и ещё где-нибудь. Она получит своё по полной, давно напрашивается. Придя к решению, я сползаю с подоконника и перемещаюсь на кровать, укутываясь в одеяло и засыпаю. С беременностью меня постоянно клонит в сон, надеюсь дальше будет чуть проще? Хорошо ещё, что тошнит через раз, и унитаз видит моё лицо реже, чем другое место.
Ярослав.
Блядь! Гребанная неделя, без нее. Дома почти не появляюсь, там все напоминает о ней. Практически живу в офисе, мучаю сам себя, когда подключаюсь к камерам в ее квартире и смотрю, желая прикоснуться. Да как же так? Как она могла? Или это я полный идиот? Поверил какой-то лахудре, и я ее вспомнил, та медсестра, что предлагала мне отсосать во вторую нашу встречу с принцессой.
Глеб пытался меня вытащить в клуб развеяться, но меня не вставляло, пить и смотреть на телок, что будут тереться рядом. Хочу ее, одну маленькую занозу, что воткнула свои шипы мне в самую душу и никак ее оттуда не вытащить. Хожу по кабинету, не зная куда себя деть, хочется кому-нибудь вмазать, или чтобы мне вмазали и поставили мозги на место. Подхожу к окну и смотрю на лежащий у моих ног город – серое небо, из которого на землю падает холодный дождь, образуя лужи, в которых отражается серое небо. Вот и моя жизнь сейчас похожа на эту серость.
Отвлекает меня стук в дверь, кому там еще хорошо живется? Кто посмел беспокоить медведя в его берлоге?
- Да! – рявкаю и поворачиваюсь, засовывая руки в карманы брюк.
- Ярослав Михайлович, - чуть ли не заикаясь всовывает голову в мою дверь, говорит секретарша, - К вам пришли.
- Кто?
- Я. – девчонку сдвигают в сторону и в кабинет входит брат моей занозы. И настроен он решительно, вот с кем можно почесать кулаки.
- Марк. Что – то случилось? – не ожидал его увидеть у себя в офисе точно.
— Это ты мне скажи? Почему я узнаю, что ты обидел мою сестру? Ты в курсе, что за нее я тебя порву? – играет мускулами.
- С чего ты взял? – хмурюсь.
- Мать моей жене проболталась, Ксюшка просила ее не ездить к твоим родителям, сказала, что вы расстались? Так может объяснишь в чем причина? – складывает руки на груди, от него так и веет угрозой.
- Может мы сами разберемся? – делаю последнюю попытку все замять.
- Хм, нет. Моя сестра сама не своя, такой грустной я ее лет пятнадцать не видел, с тех пор как какой-то урод задавил ее кота и с тех пор она больше не завела ни одну живность. Я слушаю.
- Ладно, сам посмотри! – толкаю к нему телефон с видео и фото.
Марк смотрит и хмурится, кидает на меня взгляд полный непонимания.
- И из-за этого ты бросил мою сестру? Это не доказательство, в койке ты ее не поймал, а верить какому-то видео, это не повод бросать ее. Ты сам-то ее спрашивал?
- Да, она сказала, что это было не по ее желанию, а после бросила мне кольцо и ушла.
- И ты вот так просто ее отпустил? – удивляется Марк, - Ты кретин! И мне хочется начистить твою смазливую рожу! – сжимает кулаки, и идет на меня.
Сбрасываю пиджак, становлюсь в стойку, вот оно, я этого хочу. Хочу, подраться и понять для себя чего я хочу.
Марк размахивается и впечатывает мне кулак в челюсть, каюсь не успел увернуться! Размахиваюсь и даю сдачи, попадая ему по скуле. Сшибаем столик, стулья разлетаются по кабинету, стоит грохот, а мы лупим друг друга, со всей дури. В дверь заглядывает секретарша и ойкает, убегая. Вскоре прибегает охрана и пытаются нас разнять, скручивают руки мне и Марку.
- Всё! Хватит, отпустите! – командую, - И его отпустите.
- Но, Ярослав Михайлович…?
- Я сказал, отпустите! Это было по взаимному согласию. – стираю с губы кровь.
Марк стряхивает руки охранников, прикладывает пальцы к скуле. Охрана уходит, закрывая за собой дверь.
- Хороший удар. – морщится от боли.
- У тебя тоже.
Подхожу к холодильнику и достаю лед, ссыпая в две салфетки, одну передаю Марку, тот прикладывает ее к скуле, как и я. Падаем на диван, оба придерживая лед.
- Она бы никогда тебя не предала! Ты сам-то пробовал проверить инфу? Это произошло на парковке у больницы. Там камеры везде понатыканы, делов на пять минут, а ты мою сестру мурыжишь уже неделю!
- Поехали! – что-то щелкает в мозгах, и почему я такой кретин? Мог и сам уже давно все проверить.
Натягиваю пиджак, и мы выходим с Марком в приемную.
- Анастасия, распорядись прибрать в кабинете и заменить мебель, и я сегодня не вернусь, все важное к Владу на стол!
- Хорошо, Ярослав Михайлович. – блеет секретарша.
На стоянке, каждый садится в свою тачку, через полчаса мы уже на у больницы, идем в комнату охраны, где стоят экраны и ведется запись с камер.
- Свали. – командую молодому парню, и тот, чуть не свалившись со стула, отскакивает.
- Вам нельзя тут находится. – пищит и
