Ознакомительная версия. Доступно 34 страниц из 222
– Здравствуйте, – сказала я, собираясь представиться, но женщина опередила меня.
– Анастасия Мельникова, практикант с филологического факультета, пятый курс, – произнесла она благосклонно. – Верно?
– Все правильно, – подтвердила я.
– Я вас ждала. К сожалению, директор сейчас очень занят, и вами займусь я. – Она бросила быстрый взгляд на дверь, ведущую в кабинет директора, за которой были слышны какие-то неясные голоса.
– Раздевайтесь и присаживайтесь, – кивнула Галина Алексеевна на шкаф, а после на кожаный белый диванчик, предназначенный, видимо, для посетителей. – Я закончу с вашими бумагами, а после того, как прозвенит звонок, – она посмотрела на свои наручные часы, – это будет через двадцать пять минут, отведу вас к вашему куратору. У нее как раз начнется урок в одиннадцатом классе, в котором вы будете проходить практику по, – она заглянула в какие-то бумаги, лежащие перед ней на столе, – по литературе, так?
– Да, – подтвердила я, присаживаясь на диван, оказавшийся мягким, но каким-то низким, а потому не сильно удобным.
– Кстати, ваше имя я знаю, а я вам не представилась. Галина Алексеевна, секретарь директора.
– Приятно познакомиться, – улыбнулась я вежливо, но, кажется, довольно сдержанно. Мне Дан говорит, что я не умею в нужный момент улыбаться тепло и искренне, но я его не совсем понимаю. Если я не чувствую теплоты, как я могу заставить свою улыбку стать дружелюбной и мягкой? Мне трудно это сделать.
– Взаимно. Подождите немного, скоро я закончу.
В ожидании я достала телефон и прочитала два сообщения – от Алены и Алсу. Еще когда я ехала в автобусе, я написала обеим подругам, которые сегодня в других школах тоже вынуждены были приступить к педпрактике. В прошлом году перед тем, как начать вести уроки – их нужно было провести восемь или десять, не помню, мы целую неделю таскались следом за учениками и сидели вместе с ними почти на всех занятиях, заполняя особые дневники по практике, где писали выводы чуть ли не о каждом уроке, а затем просили учителей поставить свои росписи в специальных графах – как подтверждение того, что мы действительно работали. Правда, в прошлом году была та еще халява – как я уже говорила, практику я проходила у пятиклассников, да не одна, а вдвоем с Аленой. К тому же мы быстро смекнули, что посещать уроки не обязательно, можно написать какую-нибудь ерунду вместо вывода и подделать подпись учителя – все равно нас никто не контролирует. Правда, уроки мы отвели вполне честно, и я лично готовилась к каждому из них по полвечера, находя в учебниках и в Интернете задания, которые казались мне полезными и интересными. В этом году из-за Дианы халявы ждать не приходилось – она сообщила, что лично будет контролировать каждого студента. И она же не разрешила двум практикантам быть в одном классе. Правда, в этом году и на уроках сидеть не надо было – главное, проведи нужное количество занятий и свободен. Условие – проведи качественно.
Интересно, как пройдет моя практика в этой школе, считающейся элитной? В сообщениях и Алсу, и Алена желали мне удачи на практике в 8-й школе, и я сама себе желала удачи, хотя, если честно, не очень-то и боялась.
Зачем-то коснувшись гвоздика в носу, я написала Алене, вспомнив ее небольшую истерику после вызова духа:
«Ты как, в порядке после вчерашнего?»
«В полном. Просто вчера что-то на меня нашло… И так все глупо вышло, что даже стыдно:(Я глупая, да?»
Наверное, глупая, – раз связалась с моим любимым дядей. Наверняка это из-за него у Аленки такое нервное состояние. Надо все-таки сегодня провернуть то, что я хотела сделать вчера. Не знаю, правда, какие последствия будут, но я обязана это сделать.
Мои мысли прервал робкий стук в дверь.
– Извините, – заглянула в кабинет та самая женщина, которую я видела около входа, – можно?
Галина Алексеевна, вновь сдвинув очки на кончик носа, пристально вгляделась во вновь пришедшую.
– Вы мама Колесникова? – уточнила она.
– Да, – кивнула женщина.
– Вас уже ждут, – сухо сообщила секретарь. Женщина перешагнула порог, обернулась и тихо позвала кого-то по имени. Следом за ней в приемную вошел среднего роста парень-старшеклассник с коротким ежиком волос, ссадиной на скуле, заклеенной пластырем, и в форме – черных брюках, темно-синем жилете с эмблемой школы на груди, почти на сердце, и в белой рубашке с закатанными до локтя рукавами. Руки у него были засунуты в карманы, а взгляд был исподлобья, как у ощерившегося нашкодившего щенка, который что-то натворил и боялся, что его повторно накажут.
Ученик, не глядя на секретаря и, тем более, на меня, негромко буркнул слова приветствия. Кажется, чувствовал он себя не очень комфортно. Интересно, что мальчишка натворил?
– Руки из карманов вытащи, – шепнула ему мать. Видно было, что она очень расстроена – уголки не накрашенных губ опущены, плечи поникли, в глазах – сожаление и, кажется, некоторая робость.
Галина Алексеевна кивнула старшекласснику в знак приветствия, встала со своего места и, взглядом пригласив посетительницу идти за собой, открыла дверь, ведущую, видимо, в кабинет директора, пропуская туда вновь пришедших. Я не могла видеть со своего места тех, кто находился внутри, но зато отлично могла слышать голоса – за собой дверь Галина Алексеевна прикрыла неплотно. Единственным персонажем, кого я успела заметить, была сидевшая ко мне боком очень молодящаяся женщина лет пятидесяти с тонким аристократическим носом и белоснежными кудрями, рассыпавшимися по меху тонкой дорогой шубки из натурального меха, которую она расстегнула, но не удосужилась снять. Холеное лицо блондинки было хоть и симпатичным, но не самым приятным – темно-морковные губы бантиком и выражение лица «Мне все обязаны».
– Здравствуйте, – поздоровалась с опаской женщина в пуховике. Парень вслед за матерью повторил слова приветствия, но вновь сделал это тихо, почти не слышно и крайне недовольно. Им тут же ответили два голоса: один мужской, спокойный, даже размеренный, который пригласил их присесть, чтобы во всем разобраться, а второй женский, громкий, высокий и неприятный, заявивший с пренебрежением после короткого скупого приветствия:
– А вот и главное действующее лицо. У меня очень мало времени, а проблема очень серьезная. Было бы очень хорошо, если бы вы не опаздывали.
– Мы же всего на пять минут, – возразила растерянно женщина.
– А пять минут что, не время? Из пяти минут в количестве двенадцати штук складывается целый час, знаете ли.
– Уважаемые родители, – легонько постучал по чему-то твердому, скорее всего, по столу, мужчина, который был – я уверена на сто процентов – директором. – Давайте приступим к нашей беседе, чтобы понять, что произошло.
Ознакомительная версия. Доступно 34 страниц из 222
