тебя Кэт?
— Конечно, — согласилась я, подозревая, что любые возражения будут проигнорированы.
— Где Массимо? — деловито спросила Джада. — Пардон, отец Лучиано.
Я уставилась на телефон.
— Что? — переспросила медленно.
На лице Люси отразился тот же шок. Мы еще не упоминали имя Массимо в разговоре.
Джада нетерпеливо вздохнула.
— Знаю, знаю. Сюрприз! Представьте себе, я уже в курсе части происходящего. Миры столкнулись и всё такое. Поудивляемся причудам судьбы позже… Где Массимо?
— Не знаю, — с трудом выдавила я. — В лечебнице случился пожар…
В трубке послышался быстрый стук клавиш.
— Уже вижу. Крупный. Это место разнесло к чёртовой матери. И отлично.
— Массимо вернулся внутрь, чтобы найти маленькую девочку, которая там жила, — сказала я Джаде. — Это был последний раз, когда я его видела.
— Массимо отправился кого-то спасать? — Джада усмехнулась. — Можно вытащить парня из «Коль Москин», но под всей этой психопатией он всё равно останется чёртовым героем с чересчур добрым сердцем.
Она ещё немного постучала по клавишам.
— Что ты делаешь? — спросила Люси.
— Проверяю больничные записи на предмет тех, кто умер прошлой ночью, — бесстрастно ответила Джада, а у меня в этот момент будто земля ушла из-под ног.
— На его имя ничего нет, хотя опознать тело смогли бы по армейским жетонам.
— У него их нет. — Я вытащила жетоны из кармана одолженного платья. — Они у меня.
На заднем фоне раздался тихий свист Брэна.
— О-о. Да он втрескался. Причём по-настоящему.
Джада проигнорировала мужа.
— Ладно. Похоже, среди поступивших нет никого с тяжёлыми ожогами, так что… скорее всего, с ним всё в порядке и сейчас он где-то ищет тебя.
Слава богу.
Я обхватила голову руками и уставилась на ковер. Сердце бешено колотилось. Нервы сдавали. Жетоны покачивались на платье, тускло поблескивая.
Люси погладила меня по спине.
— Что нам делать?
— Я не смогу найти Массимо, если он сам не захочет, чтобы его нашли. Этот человек — настоящий призрак. L'Ombra, — сказала Джада.
L'Ombra. Тень.
— Лучшее, что ты сейчас можешь сделать, — ждать, пока он сам тебя найдёт. А он найдёт. Более того, если он отдал тебе свои жетоны, то, скорее всего, уже знает, где ты.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— Неважно. Я попробую с ним связаться, но этот парень меняет телефоны чаще, чем носки.
— Ей также нужно добраться до матери, — добавила Люси. — Это здесь, в городе, но она боится, что люди, которые ее ищут, будут ждать ее там.
Джада долго молчала, а затем выругалась себе под нос.
— Ждите Массимо. Никуда не суйтесь, пока он не выйдет на связь. Масс со всем разберется. Люси, не вздумай пропустить экзамен. Катарина, оставайся в отеле, я пришлю еще одного охранника в помощь. В худшем случае, если Масс скоро не объявится, я пришлю тебе паспорт, и ты прилетишь сюда, в Нью-Йорк. Там и решим, что делать дальше.
— Нью-Йорк? Я не могу полететь в Америку без мамы, — быстро ответила я.
Она помедлила.
— Верно. Если Массимо найдет тебя, это и не понадобится. Он возьмет всё на себя, ясно? Просто жди, когда он за тобой придет.
Я кивнула. Люси перекинулась с ней еще парой коротких фраз на прощание и повесила трубку.
— Она... колоритная, — неуверенно произнесла я.
Люси рассмеялась.
— Она хладнокровная сука, и я ее обожаю.
— Звучит круто. Но я не понимаю, откуда она уже знает про Массимо и «Святую Обитель», — задумчиво произнесла я.
Люси пожала плечами.
— Если Джада кого-то знает, значит, она когда-то в чем-то им помогала. Она сказала, что Массимо служил в «Коль Москин», итальянском спецназе. Может, она знает его через своего старшего брата, Элио. Кажется, Элио был полковником или вроде того. Он лучший друг мужа моей сестры.
Я кивнула.
— Понятно. И все они работают в этом... не совсем обычном бизнесе, о котором ты упоминала?
Люси отвела взгляд, и меня кольнула тревога. Неужели она мне врет?
Она кивнула.
— Да, все они в этом замешаны. Моя сестра тоже. Наверное, мы все. Это семейный бизнес. — Она замялась, а затем взглянула на часы. Наступило утро. Солнце еще даже не собиралось всходить, но снегопад прекратился. — Мне нужно пораньше приехать на учебную кухню, чтобы всё подготовить. Я бы никуда не пошла, если бы не экзамен.
— Не глупи! Не вздумай пропускать свой день, чтобы просто сидеть здесь и прятаться вместе со мной. Со мной всё будет в порядке. То, что ты уже сделала — это так много.
Девушка кивнула.
— Нина не отпустит меня одну, но Джада обещала прислать кого-нибудь присматривать за дверью.
Я ободряюще кивнула.
— Как я и сказала, получить укрытие — это уже очень много. Спасибо.
— Хватит благодарить меня каждые две секунды! — Люси улыбнулась и встала, потягиваясь во все стороны.
Было неловко оттого, что на экзамене она будет такой уставшей, но исходившая от нее решительная энергетика подсказывала: она со всем прекрасно справится.
— Так, мне нужно принять человеческий вид и выдвигаться. А тебе нужно вернуться в кровать и еще поспать, — строго заявила она.
Рассмеявшись над ее тоном, я ответила:
— Да, мам.
27. Массимо
— Сэр, вы не можете просто уйти, вы ранены, — в десятый раз повторила медсестра, суетясь рядом.
Я подавил желание оторвать ей голову и заставил себя откинуться на койку. Твою мать.
— Сколько это займет? — спросил я вместо этого.
— Недолго. Врач сейчас очень занят, осматривает пострадавших при пожаре.
— А девочка, которую привезли со мной?
Нас с Татьяной разделили, когда скорая прибыла в больницу. Прошлой ночью, когда я уже добрался до выхода из горящего здания, на меня рухнула чертова балка и вырубила на несколько часов. На целую ночь. Часы, которые я не мог позволить себе потерять.
— Ей лечат отравление угарным газом. С ней всё в порядке.
Медсестра ободряюще улыбнулась и потянулась за пропитанной йодом марлей, которой обрабатывала мои ожоги.
В лучшем случае они были поверхностными. Немного на кистях и предплечьях. Тот самый минимум, на который можно рассчитывать, зайдя в здание, где сверху падают горящие балки.
Я нашел Татьяну в кухонном шкафу.
Был чертовски близок к тому, чтобы вообще ее не найти. Об этом даже думать не хотелось. Она выбежала из палаты и спряталась еще до того, как медсестры пошли ее проверять.
К моменту, когда я ее обнаружил, она уже потеряла сознание от дыма. Те обжигающие мгновения, когда я выносил ее из здания, расталкивая и отбрасывая рухнувшие перекрытия, вернули меня во времена военной службы. А потом рухнул потолок, и свет
