усмехнулся. — Но я рассчитывал, что мы успеем хотя бы поесть до того, как устроим разбор полетов.
Кажется, кое-кто все-таки болтун.
— А смысл? — сцепив руки между собой, остановила свой взгляд на его губах. И зачем я его поцеловала? Теперь не могу перестать думать, чтобы не сделать это снова. — Ты сказал, что взрослый мужчина и не хочешь терять время. А я уже взрослая девочка, Рома. Чего ты от меня хочешь?
— Я сказал, что ты мне понравилась, но ты, как и любая женщина, ищешь подводные камни.
А если эти мужики их вечно разбрасывают и вместо мягкого песочка, под ногами каменистое дно?
— И чем я тебе понравилась?
— Ты настоящая. Умная, знаешь, чего хочешь. На других не похожа.
На других?
Прогнав ревнивую истеричку подальше, попыталась сразу не впасть в кому после такого количества сладких комплиментов. Женщины любят ушами.
О дааа…
И нет, моя жопа не слипнется.
— Однако из клуба ты ушел с Соней, — тихо отозвалась я, убирая за ухо выбившуюся из прически прядь.
— А как ты себе это представляла? — он рассмеялся, отчего на его щеках появились самые милые на свете ямочки. — Я вообще не ожидал увидеть там тебя. Ты подруга дочери моего друга, Ира. И было бы фатальной ошибкой, если бы мы начали углубленное знакомство именно таким способом. Надеюсь, теперь ты понимаешь, что в качестве содержанки ты меня не интересуешь?
Более чем.
— Да.
— Тогда поехали?
— Поехали.
* * *
В ресторан мы все-таки опоздали к назначенным двенадцати часам.
Но милая хостес с бейджиком «Леся» все-таки разместила нас за уединенным столиком у панорамного окна с видом на Финский залив.
Полагаю, она не устояла перед обаянием Кирьянова. И я ее очень хорошо понимаю…
— Давно ты преподаешь? — спросила я, пока мы ждали блюда и напитки.
Я заказала ежевичный чай с мятой, венские вафли с манго и молочным шоколадом, итальянский омлет с зеленью и пармезаном. Рома выбрал блинчики с лососем, теплый салат с баклажанами и индейкой, раф со вкусом кокоса и соленой карамели.
Что ж, мы оба любим поесть. Это очевидно. Еда сближает…
— Поговорим про работу? — переспросил мой Рома-Рома-Роман, откидываясь на бархатные подушки уютного ротангового кресла-кокона.
— Почему нет? Мы вроде как пытаемся познакомиться поближе.
— Разочаровался службой в органах и, как когда-то мечтали родители, пошел по их стопам в адвокатуру. Университет для души. Приятель предложил прочитать курс лекций в его ВУЗе и вот почти полгода, как я преподаватель права и криминалистики. Ну а ты?
— Я? — удивленно распахнула глаза.
Неловкость сгладила подошедшая официантка.
Мы одновременно замолчали, наблюдая за тем, как девушка сервирует стол и выставляет перед нами напитки. После чего она сообщила о готовности остальных блюд в течении ближайших десяти-пятнадцати минут и удалилась.
— Давно ты в эскорте? — как бы между делом поинтересовался Рома, делая глоток кофе.
Ох…
Неудобные вопросы посыпались.
— Прилично, — я обхватила горячую кружку с чаем двумя руками, словно пыталась согреться. — Еще с университета. Начала на втором курсе.
— А сейчас тебе, прости?
Ай-ай.
Взрослый мальчик, а до сих пор не знает, что спрашивать девушку про ее возраст неприлично.
— Мне весной двадцать восемь будет. И раз пошла такая пьянка, сколько тебе лет?
— Сорок три.
Не сдержавшись, я удивленно ахнула. А могла и присвистнуть, между прочим. От шока!
Нет, у меня, само собой, были клиенты плюс-минус того же возраста, но я почему-то думала, что Роме лет так тридцать пять.
— Хорошо сохранился? — усмехнулся он.
— Ничего, — расплылась в улыбке. — Начинаю думать, что тебя обратил какой-нибудь Эдвард Каллен.
Рома широко улыбнулся, обнажая чуть заостренные передние клыки. Действительно, как у вампира…
— Не бойся, днем я не кусаюсь, — прошептал он, наклоняясь ко мне через весь стол.
Наши губы так близко. Контролировать внутреннего суккуба становится все сложнее.
— Это тебе надо бояться, — прошептала ему в ответ. — Я возьму тебя в плен и не отпущу, пока не получу бессмертие.
Нам пришлось отстраниться друг от друга. К большому сожалению.
И, кажется, Рома тоже расстроился.
Вернувшаяся официантка выставила на столешницу наши блюда, пожелала приятного аппетита и, развернувшись на каблуках, направилась к следующему столику, расположенному в конце зала.
— Что ж, — вооружившись вилкой и ножом, я пододвинула к себе тарелку с омлетом. — Приятного аппетита.
— Приятного аппетита.
Давайте я не буду рассказывать о том, как трудно дался мне этот завтрак во время обеда, хорошо?
Дико сложно!
Смотреть на красавца мужчину перед собой, словно на модель, сошедшую с подиума или ожившую рекламу парфюма именитого бренда. Как напрягаются его вены, когда он режет блинчики, как облизывает губы, по которым стекают капельки масла, как он поднимает голову и полирует меня своим темным, огненным взглядом.
Чистый секс во плоти.
Начинаю всерьез ревновать своего Рому к толпе студенток. Не удивлюсь, если по криминалистике все до одной девушки круглые отличницы.
Хоооотя… я завалила бы его экзамен намеренно, чтобы он позвал меня на пересдачу.
— О чем задумалась? — вдруг раздался его голос.
«О тебе. На моей кухне. Голым» — чуть было не ответила я, но вовремя сказала себе: «ТПРУ!»
— Ты женат? — неосознанно вырвалось у меня.
Смущаться было поздно, как и поворачивать назад. Так что я просто врубила режим Ждуна, ковыряясь вилкой в своих вафельках.
Что вы так смотрите на меня?
Ему сорок три, черт возьми.
У мужиков в этом возрасте обычно уже по несколько бывших жен и дети есть. Как минимум один спиногрыз от прошлого брака.
— В разводе.
Зато честно. Мне это нравится.
— Дети есть?
— Нет, — он поджал губы, будто тема разговора стала для него крайне неприятной. — Моя жена была озабочена собственной карьерой, детей она не хотела.
— А ты?
Боже, что я несу? На первом свидании говорят про погоду и любимые фильмы, а не про маленьких человечков.
— Я раньше не задумывался. А сейчас, наверное, не против.
— Ясно, — я отправила в рот кусочек вафли, тщательно его прожевывая.
— А у тебя как с серьезными отношениями?
— Замужем не была. Да и ничего сложнее коротких интрижек я не заводила. С моим образом…
— Весьма затруднительно, я понимаю.
Сердце колотится с такой силой, что вот-вот и проломит грудную клетку. Мне кажется, что половина ребер сломаны. При первой возможности надо рентген сделать.
Почему с ним так сложно и легко быть откровенной?
Вонзив вилку в несчастный кусок вафли, я до неприятного визга проехалась зубчиками по тарелке.
Рома накрыл мою руку своей и сжал, пуская по коже разряды тока.
— Все нормально?
— Думаю, у нас не получится.
— Закончить завтрак? — улыбнулся он.
— Ничего
