– И позволь мне поговорить с Бобби. Если хочешь, в твоем присутствии. Я считаю, что смогу рассказать Бобби историю, которая поможет ему кое-что понять.
– Я не могу согласиться на это, пока не узнаю, что ты собираешься рассказать ему.
Нэсти протянул ей руку. Полли вложила в нее свою, и он крепко сжал ее.
– Я собираюсь рассказать ему о том, как я получил прозвище Нэсти.
– Ну, расскажи сначала мне, – попросила Полли.
Нэсти едва заметно улыбнулся, глядя в ветровое стекло «порше».
Полли уткнулась подбородком ему в плечо, и он взглянул на нее.
– Расскажи, почему тебя так прозвали. Ты же собирался поговорить с Бобби.
Нэсти, жевавший резинку, ненадолго задумался. Наконец сказал:
– Да, ты права, я собираюсь поговорить с Бобби, но попозже. Сможешь потерпеть недельку?
– Ты сказал, что мы уедем только на несколько дней.
– Да, верно. – Нэсти остановился у обочины перед домом Полли. – Но может случиться, что мы решим оставить вас там и на более длительный срок, чтобы у нас была возможность маневра.
– Устраните обузу, чтобы развязать себе руки? Не пытайся говорить со мной свысока, Нэсти.
Нэсти вытащил ключ из замка зажигания и повернулся к Полли:
– Неужели это плохо – стремиться сберечь тех, кто дорог тебе? Ты действительно так считаешь? В таком случае, где еще есть безопасное место?
Полли взялась за ручку дверцы.
– Ты все сказал?
– Что ты имеешь в виду?
– Ты скова разговариваешь со мной свысока.
– Потому что спрашиваю, что ты имеешь в виду?
«Карильон-Пойнт», отель и жилой комплекс, расположенный в соседнем квартале, мерцал огнями, отражавшимися в водах озера. Полли прищурилась, и мерцание исчезло.
– Я же просила тебя ничего от меня не скрывать, – сказала она.
Нэсти долго молчал, потом произнес:
– Нет, подождем, я решил быть осторожным. Отложим этот разговор до сборов.
Руки Полли покрылись мурашками.
– Хорошо. – Она решила не соглашаться на предложения Нэсти до тех пор, пока он не станет с ней откровенным. – Я забегу кое-что возьму, а потом хочу поехать обратно к Бобби.
– Я пойду с тобой.
Сказать Нэсти, что она не хочет оставаться с ним наедине, а затем отвечать на его неизбежный вопрос «почему?». Нет, после этого разговора она еще больше на него обидится. Полли вылезла из машины. «Если я полюбила мужчину, то почему он непременно должен оказаться бродягой-донкихотом со стальными нервами? – спрашивала она себя. – Почему Ксавье Феррито должен иметь дело с ружьями и ножами, когда другие мужчины имеют дело с отвертками? Почему он должен быть на ты со смертью?»
От этих мыслей у Полли перехватило дыхание.
Нэсти шагнул на тротуар и взял у нее из рук ключи.
В этот момент они услышали чьи-то шаги и одновременно повернулись.
Полли почувствовала неуловимое движение Нэсти и поняла, что он приготовился использовать какое-то оружие, которое носил при себе.
– Тебя совсем не просто найти, малышка, – сказал Сэм Додж, выходя из тени. – Я ждал тебя несколько часов.
– Сэм, только не сейчас! – воскликнула Полли.
Сэм оказался крупным мужчиной, правда, не таким высоким, как Нэсти. К тому же его тело выглядело довольно дряблым.
– Извини за вторжение, – произнес он, как всегда, изобразив дежурную улыбку. – Твой друг тебя поймет, если ты скажешь ему, что нам надо обсудить одно важное дело.
Полли напряглась, ожидая, что ответит Нэсти. Но тот так ничего и не сказал. Сердце у Полли учащенно забилось.
– Я думаю, ты хочешь извиниться за то, что напугал меня, забрав Бобби сегодня днем. Принимаю твои извинения.
Сэм достал пачку «Кэмела» из внутреннего кармана светлой льняной куртки. Затем вытащил сигарету и принялся искать в карманах темных шелковых брюк зажигалку.
В этот момент звякнули ключи, подброшенные Нэсти на ладони.
Вспыхнул яркий огонек зажигалки, осветивший одутловатое лицо Сэма. Он посмотрел своими карими глазами в глаза Полли:
– Мы можем поговорить? – Ключи звякнули еще раз. – Это очень важно, малышка.
Если бы Полли сказала Сэму, что она ударит его, если он еще раз назовет ее малышкой, то у Нэсти появился бы повод вмешаться. Полли не хотела давать ему этот повод.
– Бобби, – произнес Сэм и затянулся сигаретой.
Его волосы были такими же черными и кудрявыми, как и раньше, когда Полли была еще подростком.
– Мы должны поговорить о Бобби.
И тут снова зазвенели ключи.
– Не могли бы мы войти в дом? – спросил Сэм. – Не будем же мы обсуждать дела нашего сына на улице, правда?
Полли быстро приняла решение и сказала:
– Хорошо, но у меня в запасе только несколько минут.
– Почему? – Сэм вел себя так, словно она была одна. – Ты опаздываешь на поезд?
– Давай покончим с этим поскорее. – Полли подошла к Нэсти, чтобы взять ключи.
Но он уже сам отпер и распахнул дверь и теперь стоял, пристально вглядываясь в небо.
Сэм и Полли прошли в дом. Сэм остановился в фойе. Он стряхнул пепел на темно-красный ковер и растер его носком лакированного ботинка.
– Мы ведь не будем решать нашу семейную проблему в присутствии посторонних, не так ли, малышка?
Полли стиснула зубы.
– Мы с тобой не семья. Это Ксавье Феррито, мой друг, и он поднимется вместе с нами. – С этими словами она вошла в открытый лифт и нажала кнопку своего этажа.
Нэсти, по-прежнему невозмутимый, присоединился к Полли. Сэм распахнул свою куртку и просунул большой палец в петлю для ремня на поясе брюк. Затем он медленно вошел в лифт и повернулся лицом к закрывающимся дверям.
Оказавшись у Полли в квартире, Сэм попытался скрыть свое любопытство. Он осмотрелся. Потрогав небольшую бронзовую фигурку зебры, перевернул ее, очевидно, рассчитывая увидеть ярлык с ценой.
Нэсти, уперев руки в бока, наблюдал за происходящим. Джинсовая куртка прекрасно смотрелась на его широких плечах. Полли взглянула на левую сторону груди Нэсти и удивилась, не заметив там пистолета. Из-под расстегнутого воротника его белой рубашки виднелась загорелая шея. Подвернутые манжеты куртки плотно облегали запястья Нэсти.
«Сама беззаботность, – подумала Полли. – Обманчивая беззаботность».
Полли было любопытно: что должен сделать Сэм, чтобы дать Нэсти повод перейти к активным действиям?
– Здесь душно, – сказал Нэсти, впервые заговоривший с тех пор, как явился Сэм. – Я, пожалуй, выйду на балкон, немного подышу воздухом, ты не возражаешь?
– Конечно, – сказал Сэм, прежде чем Полли успела открыть рот.
Если даже у Нэсти в это время возникло какое-нибудь чувство, оно никак не отразилось на его лице. Он вышел и сел на стул, упершись ногами в решетку балкона.
