сейчас что-то инородное, неправильное, не должное быть там. Оно небольшое, имеет края, чуть шершавое и вмято в кожу. А ведь он сидел в тюрьме. А ведь он сидел за изнасилование. Она никогда не задумывалась, что пришлось пережить ему там, но вот сейчас, ощущая под пальцами непонятное нечто, она вспоминает все страшилки, ходящие в народе, и понимает, что там, под ее рукой, может быть что угодно вплоть до венерических заболеваний. И ей бы руку убрать, испугаться… Да только чувствует она, что если сейчас выдаст свой страх, то Макса потеряет.
— Не бойся, это не заразно, — ответил Макс на немой ее вопрос. Он видит ее растерянность, но не понимает, почему до сих пор ее рука покоится на злополучной метке. — Это просто шрам. От сигареты…
— От чего?! — еле слышно переспросила Лика, и он почувствовал, как палец ее прошелся по искореженной вмятинке, проверяя услышанное.
И в жилах стынет кровь от предположений. Откуда ТАМ шрам от сигареты?! Его пытали? Его… Все вопросы так красноречиво поочередно отражаются на ее лице…
— Тебя…
Она побоялась произнести это слово. А услышать положительный ответ еще страшнее.
— Нет, меня не насиловали. Я боксом раньше занимался — оказалось очень кстати. А за шрам спасибо твоему отцу.
— Что?!
— Ничего, Лик, закрыли тему. И раз уж ты залезла ко мне в штаны, просто закончи начатое — обхвати его покрепче, не бойся…
Глядя на растерявшуюся, опешившую от неприятного открытия Лику, Макс понимал, что сейчас так и останется он до края доведенным и неудовлетворенным. И тогда он сам накрыл ее руку своей ладонью, направляя. Понадобилось совсем немного — всего лишь несколько раз этой робкой, явно неопытной ладошкой провести туда-сюда, и все, он уже готов; Макс дернулся, и через пару секунд горячая, вязкая субстанцию выплеснулась Лике на руку.
Отборная брань Влада обрушилась на их бедные головы. А как тут не заматериться? Вместо того, чтоб бежать отсюда, сверкая пятками, один стоит с приспущенными штанами, другая жмется к нему — им что, больше негде понежиться? Потерпеть никак нельзя? Там невесту вовсю уже ищут — вот-вот сюда нагрянут! А уж если Горский сюда доберется, да Макса увидит, да дочь свою голую в его объятьях… Нет, эти двое — самоубийцы, не иначе!
— Не, ребят, я, конечно, все понимаю, но вам не кажется, что вы выбрали не то место и не то время?!
— А тебя стучаться не учили? — Макс едва успел прикрыть собой Лику от взгляда мальчишки.
— Вот сейчас Горский сюда придет и постучится! Ох как постучится! — возмутился Влад, вручную вырубая подачу воды. — Ребят, я серьезно, вы чего ждете? Он там с ума сходит, ищет тебя, Лик! Давайте уж как-то определяйтесь…
Определяться, конечно, пора, и валить отсюда надо, пока не поздно. Поправляя штаны, Макс внимательно посмотрел на Лику:
— Лик, я не буду на тебя давить, решать только тебе…
— Я уже все решила, — встряхнула Лика головой, гоня от себя навязчивые мысли о шраме. — Давай не будем больше к этому возвращаться. Мне только надо маму как-то предупредить…
— Тогда одевайся. Мама твоя в курсе уже. Беги, Лик, нам, правда, пора уходить. Владик, ты бы отвернулся хоть…
Влад отвернулся, и Лика тут же убежала в раздевалку. Осталась, правда, еще одна маленькая такая, деликатная проблемка… Как-то все очень спонтанно получилось с этим душем, как-то не по плану все пошло… Но разве виноват Макс, что на свадебные платья у него, оказывается, аллергия — так и хочется стянуть их, разорвать в клочья и развеять по ветру! А когда стянешь, да увидишь тельце под ним, да представишь вдруг, как какие-то крендели зализанные это тело лапали… В общем, повезло Лике, что рядом оказалась душевая, а не речка — утопил бы еще чего доброго сгоряча! Но вот теперь Макс насквозь мокрый — и что делать?
Ох не понравился Владу этот задумчивый, скользнувший по нему взгляд!
— Макс, а ты чего так смотришь на меня? — насторожился парень.
— Раздевайся.
— Чего?!
— Говорю, штанишки снимай.
— А больше ничего тебе не снять? Так, вот вам ключи от дома, вот — от машины, — Влад выудил из карманов ключи и протянул Максу. — А это доверенность на машину. Штаны не дам, и не надо так на меня смотреть. Жди, я тебе принесу сейчас что-нибудь.
Вот только Макс ждать и рисковать не собирался — забрал ключи, бумажку и обошел парня, отрезая путь к двери.
— Нет времени, Владик. Ты же не хочешь, чтоб Горский нашел нас с Ликой здесь? Нет? А чтоб я твою машину замочил? Давай-давай, снимай, — требовал Макс, кивая на такие же беленькие, какие и у него были еще недавно, штаны.
— Власов, да иди ты…
— Пойду, — кивнул Макс. — Только штанишки дай мне. Ты все равно провинился сегодня — вот Горский придет сюда, а ты, вон, душевую драишь, наказание отбываешь… Зачем тебе штанишки? Давай, Владик, не тяни время!
— Власов, ты… Ты знаешь кто?
— Знаю. Влад, не заставляй меня самому снимать, а? А я ведь сниму… Или ты еще не понял? Вот умница! И футболку давай. Мы ж не хотим привлечь ко мне внимание, да?
Лика выскочила из раздевалки и невольно заулыбалась, глядя на возмущенного друга, оставшегося в одних трусах, и довольного Макса, «раздобывшего» сухую одежду.
— Лик, ну ты с кем связалась, а? — заныл Влад. — Бандит! Грабитель! Дикий человек!
— Еще маньяк и похититель невест, — подсказал Макс, раскладывая по карманам своего приобретения ключи от Владиковой машины, ключи от Владикова дома…
— Владик, ты прелесть! — подлетела Лика к парню и чмокнула в щеку. — Настоящий друг! Спасибо тебе за все. Скажу маме, чтоб повысила тебе зарплату!
— Да бегите уж, — отмахнулся Влад, глядя на улыбающуюся Лику, прильнувшую к Максу — главное, что дело сделано, и эти двое, что еще сегодня утром были мрачнее тучи, наконец, заулыбались.
***
— Ой-ё-ё-ё, что щас бу-у-удет! — протянула Арина, сидя за столом в своем кабинете.
Она уже знает, что Лика
