на октаву. — Нынешний не сочетается со шторами. И, может быть, освежите все эти шахматные фигуры в вашем кабинете.
Удовлетворенная улыбка появилась на губах дона.
— Какие отличные предложения. Нашему дому не помешает небольшой ремонт.
— Вам придется сжечь весь этот чертов дом, и он все равно будет отвратительным, — пробормотал я, глядя в свой бокал.
Бреннан подавился кусочком своего редкого стейка. Вулф поймал мой взгляд и ухмыльнулся.
— А ты, Тирнан? — Президент раздвинул пальцы по белоснежной скатерти. — Как тебе семейная жизнь?
— Бывало и хуже.
— Какая восторженная оценка, — ухмыльнулся Китон. — Знаешь, все не так плохо, если поддаться своим эмоциям.
Когда я улыбнулся, Лила повернулась ко мне спиной, проводя рукой по своим роскошным волосам.
— О, я не люблю надоедливые чувства. Моя жена — в лучшем случае безобидное хобби.
Вилка Кьяры громко зазвенела о тарелку.
Ее стул заскрежетал по полу.
Велло дотронулся до ее плеча, давая ей знак остаться на месте. Она откинулась на спинку стула, бросив на него убийственный взгляд.
Я задался вопросом, когда же она нажмет на курок и наконец-то отравит его.
Я надеялся, что это произойдет сегодня вечером. Ужин в честь дня рождения не помешало бы немного развлечь.
На стол поспешили поставить еще еды. Все были в праздничном настроении. Но не я. Я был полностью сосредоточен на Лиле, которая все еще терлась об меня, доводя до безумия. Решив не дать ей посмеяться последней, я притворился, что мне все равно, ел, пил и вел скучную беседу с Сэмом, Ахиллом и Китоном.
Проблема началась, когда Лила нашла ритм, который дразнил мой член и головку настолько, что имитировал секс, быстро доводя меня до кульминации.
То, как она терлась бедрами о мой член, делало невозможным не кончить в штаны. Я сжал челюсти, с трудом сдерживая стон.
На кончике члена собралась смазка, и по нему пробежала волна жара. Блядь.
— Извините. — Я осторожно поднял жену и усадил ее на свое место.
Я прошелся в ванную, изображая невозмутимого козла. Я обошел кабинку возле столовой и выбрал туалет на другом конце первого этажа. Я уже собирался захлопнуть за собой дверь и спустить штаны в унитаз, когда к ней прижалась маленькая рука.
Моя жена.
Она весело улыбнулась.
— Нравится ужин?
Я втянул ее внутрь и запер дверь за нами, а затем набросился на ее губы, как на воду в пустыне. Она отстранилась и посмотрела мне прямо в глаза.
— Боюсь, я не могу тебе этого позволить, пока ты не пообещаешь мне две вещи.
В этот момент я бы пообещал ей яйца президента на десерт, только бы получить поцелуй.
Тем не менее, я не моргнул. Не дрогнул. Только спокойно отступил на шаг назад, показывая ей, что я могу — и действительно буду — сопротивляться ей.
— Это мило, когда ты так делаешь.
— Что делаю?
— Ведешь себя, как будто у тебя есть власть в этом браке.
Любая другая женщина в этот момент бросила бы в меня острыми предметами. Но не Лила. Она научилась играть в эту игру. И, хотя ей досталась скромная карта, она все равно извлекла из нее максимум.
— Не позволяй своему эго помешать хорошему оргазму, Тирнан.
Я собирался пойти на эту глупость, потому что это она меня достала.
— Каковы твои условия?
— Первое — никогда не используй секс как оружие против меня, — показала она жестами. — Ты не обязан всегда меня трогать, но если трогаешь, не оставляй меня намеренно в напряжении. Это отвратительно и незрело.
Меня учила восемнадцатилетняя девчонка. Та, которая сегодня вечером дала мне по заднице и преподала урок.
Хуже всего было то, что я хотел быть любимчиком своей учительницы.
— Приемлемо, — лаконично ответил я. — Какое у тебя другое требование?
— Всегда рассказывай мне о своих планах. Куда ты идешь. С кем ты.
Это было проблемой, так как я иногда бывал в опасных местах. Я не хотел, чтобы она попадала туда.
Но я не был готов к тому, чтобы все между нами закончилось.
Что бы это ни было.
— Хорошо, — прохрипел я.
Она удовлетворенно кивнула, а затем, как бешеный барсук, бросилась на меня, покрывая мое лицо дикими поцелуями, пока не поняла, что я совершенно неподвижен. Я ждал. Она отступила. Глядела на меня с гордой обидой, которую может испытывать только прекрасная женщина, впервые столкнувшаяся с отказом. Бедная Лила.
— Что не так?
— У меня есть свои требования.
— Хорошо.
Люди, наверное, гадали, чем мы занимались вдали от стола, и это была не игра в шахматы с подслушивающими устройствами Велло.
— Никогда больше не оставляй меня в напряжении.
Она кивнула.
— И никогда, ни за что не ходи туда, где я нахожусь, если только это не место, которое ты знаешь, что для тебя безопасно — Ферманаг, твои родители, твои братья и так далее.
— Чтобы ты мог меня обманывать? — Она сердито нахмурилась.
Я чуть не рассмеялся. К сожалению, у меня не было на это сил, так как вся моя кровь сейчас была в члене.
Я сократил расстояние между нами на полшага, подняв ее лицо к своему.
— Скажи, что ты ревнуешь, и я обещаю, что больше никогда не прикоснусь к другой женщине. Это будет первый раз, когда я сдержу свое слово, но ради тебя я сделаю это. — Мой взгляд упал на ее пухлые розовые губы.
Я никого не трогал. С той ночи с Бекки. Но мне нужно было, чтобы она признала, что не только я здесь с ума схожу.
Она подняла подбородок, рассматривая меня из-под опущенных век.
— Ты заставляешь меня ревновать. — Ее горло сглотнуло. — Ты заставляешь меня так сильно ревновать, что я едва могу терпеть, когда ты разговариваешь с другими людьми. Я ревную к одежде, которую ты носишь. К мылу, которое ты используешь. К воздуху, которым ты дышишь. Я так сильно ненавижу то, что ты мне нравишься. Но, правда в том, что... ты мне нравишься.
Верная себе, она не была осторожной и сдержанной в своих высказываниях.
Она была бесстрашной, прямой и гораздо, гораздо смелее меня. По крайней мере, в этом отношении.
И я все равно закончил разговор.
Мои губы жестко прижались к ее губам, а моя рука инстинктивно сжала ее волосы сзади. Ее руки обхватили мою
