мы сделали, не пожалею. Но я не могу заставить себя признаться ему в этом. Не сейчас.
— Ты знаешь, что я хочу. — он приподнимает мою голову. Я знаю это, и он не позволяет мне убежать. Не позволяет мне замкнуться в себе. — Моя прекрасная девочка. Ты знаешь это. И посмотри на себя. Ты только что так хорошо справилась.
— Да, справилась, не так ли?
— Да. — он скользит руками вниз и поднимает меня. Я обвиваю руками его шею, чтобы не опрокинуться. — Пойдем наверх. День был долгим.
Я держусь за него, пока он ведет нас через библиотеку и к лестнице.
— Спасибо, что оставался со мной последние несколько ночей. Если ты предпочел бы перебраться в свою комнату, я понимаю.
Он не отвечает. Я закрываю глаза, прижавшись к его плечу, и думаю, так ли это. Воспользуется ли он этим моментом, чтобы отступить обратно в свое крыло. Создать пространство между нами.
— Я останусь, — говорит он.
Глава 38
НОРА
Я просыпаюсь от резкого стука в дверь.
Я крепче зажмуриваюсь и зарываюсь глубже в тепло рядом со мной.
Снова стук. Подушка, в которую я уткнулась, вибрирует от стона.
Грудь Веста. Рука, переброшенная через мою талию, шевелится.
— Тебя обычно так будят?
От него так хорошо пахнет.
— Нет.
Звук возвращается, на этот раз более мощный. Пять резких, настойчивых ударов. Звучит как кто-то, кто делал это много раз прежде.
— Это Эрнест. — Вест стонет, и его рука скользит вниз, чтобы похлопать меня по бедру. — Мы проспали.
— Он раньше никогда не стучал.
— Должно быть, что-то случилось.
Хрипота в голосе Веста становится острее, и он выскальзывает из моих объятий и из кровати. Я смотрю, как он пересекает мою спальню. На нем спортивные штаны, но на этот раз без футболки. Я подтягиваю одеяло до подбородка и наблюдаю за ним, при дневном свете, идущим через мою гостиную.
Я смотрю на время. Мы и правда проспали.
Вест открывает дверь. Я не вижу, что за ней, но я вижу его, его профиль и взъерошенные от сна волосы. Он спит в моей кровати четвертую ночь подряд. С той самой ночи, со сталкером…
И я спала на удивление хорошо каждую ночь.
Я раньше задумывалась об этом. Каково это — делить кровать. Но он сделал это легким. Ночь за ночью я чувствую все более комфортно его телом рядом с моим. Изучаю маленькие шероховатые места, которых нет у меня, нахожу нежную кожу у основания его горла, ощущаю, какими на ощупь являются волосы на его груди под моими пальцами.
— Да? — спрашивает Вест.
— Сэр. — это голос Эрнеста, достойный и сдержанный. — Я предполагал, что вы будете здесь.
Если была какая-то надежда сохранить это в тайне… Я натягиваю одеяло до шеи.
— Что случилось?
— Мистер Монклер здесь.
Моя улыбка застывает на месте.
— Раф? Где?
— На данный момент он на кухне, где Мелисса и я отвлекаем его едой. — короткая, напряженная пауза. — Когда я сообщил ему, что вы еще не начали свой день, он захотел подняться наверх.
— Бьюсь об заклад, захотел, ублюдок, — бормочет Вест. — Держи его на кухне. Я сейчас спущусь.
— Он спрашивает свою сестру.
— Она тоже спустится.
Черт. Я слышу, как дверь закрывается, и выскакиваю из кровати. Раф здесь?
— Он не говорил мне, что приезжает, — кричу я Весту. Он прислонился к дверному проему моей спальни.
Его челюсть сжата.
— И мне тоже не говорил.
— Что нам делать?
— Не торопись, — говорит он мне. — Я спущусь первым.
— Хорошо. Спасибо.
Вест разворачивается и уходит, и я жду звука открывания и закрывания моей двери, прежде чем прыгнуть в душ. Я торопливо совершаю все необходимые действия, пропускаю мытье головы и переодеваюсь в джинсы и топ.
Классический Рафаэль. Он появится, улыбнется и скажет нам своим гладким, изысканным голосом, который он любит использовать, разве мы не рады его видеть?
Я провожу расческой через взъерошенные от сна волосы и распускаю их вокруг плеч. Быстрый взгляд в зеркало говорит, что я нормально выгляжу. Я вставляю ноги в мюли и прохожу мимо кота, который растянулся в алькове с видом на океан, выглядя таким же безмятежным, как я хотела бы чувствовать себя сейчас. У него до сих пор нет имени.
Я слышу их голоса на полпути к кухне и делаю глубокий вдох, прежде чем завернуть за угол.
Раф прислонился к кухонной стойке, где я обычно провожу свои утра. Его взгляд встречается с моим, и его красивое лицо озаряется улыбкой.
— Эй. Не по тебе просыпать.
Я пересекаю пространство, чтобы обнять его. Мой брат ростом шесть футов два дюйма, такого же роста, как Вест, но с растрепанными черными волосами, унаследованными от нашего отца.
— Зато по тебе приезжать вот так, — говорю я и целую его в щеку. — Почему ты не предупредил нас, что приезжаешь?
— Я хотел сделать сюрприз. — его рука ложится на мое плечо, и он смотрит на меня суженными зелеными глазами. — У тебя все хорошо?
— Да.
— Вест о тебе заботится?
Я не могу смотреть на мужчину, стоящего рядом с нами. Стараюсь не думать о его лице между моих ног, о всех способах, которыми он обо мне заботится.
— Да, заботится.
— Умно оставаться здесь, — говорит он. — Сталкер подбирается… ближе. Но это хорошо.
— Мы хотим, чтобы он переиграл, — говорит Вест. Он наливает себе чашку кофе, его волосы влажные, а рукава рубашки небрежно закатаны до предплечий. Он выглядит картиной спортивной непринужденности. Расслабленный. Нечего скрывать.
— Та ночь была странной, — говорю я им обоим. — Такого никогда не случалось до моего переезда сюда.
Раф проводит рукой по щетине на своей челюсти.
— Я нанял профилировщиков, чтобы проанализировать модель поведения сталкера. Но этот парень… он не подходит под многие установленные архетипы.
— Отлично, — говорю я. — Мне достался странный сталкер.
Раф с удивлением усмехается.
— Ага. Чтобы усложнить мне жизнь.
— Да. — я закатываю глаза. — Потому что это твою жизнь перевернули с ног на голову, да?
— Ты сегодня проснулась с коготками, — говорит он. В его голосе удивление. Я редко с ним так разговариваю.
— Я их оттачивала. — я подхожу к кофемашине и к Весту, который стоит прямо рядом с ней. Он не двигается, и моя рука всего в дюйме от касания с его.
Я никогда не была так осознана относительно дюйма.
— Не пойми это неправильно, — говорю я Рафу. — Но зачем ты в Нью-Йорке?
Он вздыхает.
— И такой прием я получаю от дорогой, дорогой семьи.
— Я знаю, что ты занят переговорами по
