в свою комнату.
Но сон не шел. Я часами смотрел в потолок, прислушиваясь к храпу Боузера с его лежанки в углу. Именно из-за этого нелепо громкого храпа я сначала не понял, что слышу.
Звук дразнил слух, напоминая вой какого-то животного, попавшего в беду. Затем он стал громче. Хныканье. Не животное, а человек.
Не успел я подумать о том, что это разумно, как оказался на ногах и двинулся из своей комнаты в комнату Ридли. Звук становился все громче, пока воздух не пронзил крик. Я не стал стучать, а просто распахнул дверь в ее комнату.
Ридли металась и ворочалась под одеялом, словно боролась с каким-то невидимым демоном. Возможно, так оно и было. Я опустился на кровать, нежно положив руки ей на плечи.
— Ридли.
Она отшатнулась от меня, отбиваясь, словно я нападал.
— Все в порядке. Это просто я. Тебе приснился плохой сон.
Ридли не проснулась, слишком запутавшись в муках бессознательного состояния.
Я сжал ее плечи чуть сильнее.
— Ты в безопасности. Вернись ко мне, Хаос.
Ее глаза распахнулись, и она несколько раз моргнула. Как только Ридли поняла, что это я, она бросилась ко мне. Я поймал ее, и она задрожала, прижавшись ко мне всем телом.
Вслед за этим начались рыдания. В них не было ничего мягкого, каждый был сильнее предыдущего.
Выругавшись, я скользнул на кровать, не выпуская Ридли из объятий. Прижал ее к груди, укачивая. Скользил рукой вверх и вниз по ее спине.
— Выпусти это. Теперь ты в безопасности. Все хорошо.
— Н-нет. — Слово было едва различимо сквозь ее плач.
— Расскажи мне. — Это был приказ, но одновременно и мольба передать мне частичку ее боли, чтобы я мог немного облегчить ее страдание.
Ей потребовалось несколько попыток, прежде чем она смогла вымолвить слова, но наконец рыдания ослабли.
— Всегда одно и то же, — прошептала она. — Эйвери посреди озера. Я не вижу ее, но знаю, что она там. Она кричит, зовет меня. Но я застряла на мелководье. Меня словно затягивает зыбучий песок. Я борюсь и борюсь, но от этого становится только хуже.
— Черт, — прохрипел я, крепче прижимая ее к себе.
— Мне никогда не удается добраться до нее. — Слезы Ридли падали на мою голую грудь, пропитывая кожу, пока я гладил ее по спине.
— То, как сильно ты борешься, говорит о том, как сильно ты ее любишь.
Ридли слегка откинула голову назад, ее взгляд столкнулся с моим.
— Но этого никогда не бывает достаточно.
Я убрал светлые пряди с ее лица.
— Может, тебе просто нужна помощь?
Девушка нахмурилась в замешательстве.
— Немного помощи, чтобы выбраться из того зыбучего песка, выйти за пределы мелководья. Но ты должна принять протянутую руку.
Новая волна слез полилась из глаз Ридли.
— Мне страшно.
— Знаю, — прошептал я. — Но я здесь и жду.
Она не отвела взгляда, просто лежала, ее грудь поднималась и опускалась в неровных вдохах. Затем ее рука двинулась вниз по моей руке, пока пальцы не переплелись с моими. Я сжал ее руку в своей, впитывая это ощущение, этот дар, который она приняла.
Затем коснулся губами виска Ридли.
— Спи. Я здесь. И никуда не уйду.
Ее взгляд снова метнулся к моему.
— А как же правило не спать в одной кровати?
Я усмехнулся, и этот звук перешел из моей груди в ее.
— Неужели ты еще не поняла, Хаос? Ты заставляешь меня нарушать все правила с того самого дня, как я тебя встретил.
ГЛАВА 45
РИДЛИ
Я моргнула от яркого солнечного света, лучи заставили меня прищуриться. Как долго я спала? Должно быть из-за яркости солнца мне было так чертовски жарко?
И тут я почувствовала его.
Кольт. Он был повсюду. Подо мной. Надо мной. Напротив меня.
Этот аромат бергамота и гвоздики вторгся в мои чувства, как настоящая атака. И когда его бедра прижались к моей заднице, я не смогла сдержать стон, сорвавшийся с губ. Ощущение его твердости, прижатой к моему телу, было слишком сильным.
Кольт убрал волосы с моей шеи, а затем его губы оказались там, скользя по моей нежной коже.
— Хорошо спала?
Я кивнула, не доверяя своему голосу. Правда заключалась в том, что я спала лучше, чем когда-либо за последние годы. С той ночи. Кольт, как всегда, сдержал свое обещание — он остался.
Парень рукой скользнул под одеяло, пальцами провел по моему обнаженному бедру.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — прохрипела я. — Я имею в виду, хорошо.
— Хммм... — выдохнул Кольт мне в шею. — Думаешь, я смогу сделать так, чтобы стало еще лучше?
Черт.
Мне нужно было сказать «нет», чтобы оставить хоть какую-то дистанцию между нами после прошлой ночи. Он был слишком близко, во всех смыслах этого слова. А я знала, что может случиться, когда люди слишком близки. Когда я потеряю его это может уничтожить меня.
А я потеряю Кольта. Так или иначе, но в конце концов это случится.
— Кольт...
— Я занят, — сказал он, целуя мою точку пульса, пока пальцами исследовал мое бедро.
Я дышала короткими, быстрыми вздохами. Мои соски затвердели под хлопком футболки. Эти чертовы предательские сиськи. Я выгнулась в его сторону, не в силах сопротивляться.
Кольт выругался, и его вторая рука выскользнула из-под меня, обхватив мою грудь и ущипнув за сосок.
— Ты живешь, чтобы мучить меня, не так ли?
Я не смогла сдержать улыбку, которая появилась на моих губах.
— Может быть.
Он покусывал и облизывал, поднимаясь вверх по шее.
— Опасно. Смертельно.
Мое сердце заколотилось о ребра. Потому что именно таким был для меня Кольт.
Его пальцы скользнули выше по моему бедру и замерли, когда он достиг вершины.
— Скажи мне, что ты не спишь только в одной футболке.
Я прикусила губу.
— Я не сплю только в одной футболке.
Он перевернул меня на спину, нависнув надо мной.
— Ты маленькая лгунья.
Я ухмыльнулась, и хихиканье вырвалось на свободу.
Глаза Кольта потемнели.
— Моя футболка.
Я замерла. Я и забыла, что надела старую, поношенную хлопковую футболку прошлой ночью в поисках комфорта.
— Она такая мягкая, — защищаясь, сказала я, пытаясь отрицать истинную причину, по которой ее надела.
Эти темные глубины скользнули по мне.
— Мне нравится, как ты выглядишь в моей одежде.
— Кольт...
Он оборвал меня, когда дернул футболку вверх и через мою голову. Затем перекинул ее себе за спину, заставив меня инстинктивно выгнуться дугой, а мою грудь подняться выше.
— Хватайся за изголовье, Хаос.
Резко втянув воздух, моя кровь накалилась. В глазах
