схватил его за рубашку и на адреналине приподнял с кресла.
— Дмитрий Александрович, не нужно. — Катя испуганно смотрела на эту картину, крепко схватившись за руку, которая ее поддерживала. — Пожалуйста.
Ему ничего не оставалось, как ослабить хватку и дать ему свалиться обратно. Мужчина с облегчением выдохнул, так как почти полностью был уверен, что наказания ему не избежать.
— Ничтожество, — тихо сказал Дима и вывел своих студентов из квартиры, громко хлопнув дверью напоследок.
— Где я буду жить? Зачем вы приехали? Я же не смогу туда больше вернуться. — Катин голос дрожал, как и она сама.
— Поедешь ко мне. — сказал Дэн и, сняв с себя кожаную крутку, накинул на ее плечи и также обнял. — Туда ты больше не вернешься.
Они спустились к машине, и Дэн с Катей сели на заднее сидение. Машина выехала со двора.
— Катя, ты напишешь заявление в полицию? — спросила Дима, поглядывая в зеркало заднего вида.
— Не знаю, — честно ответила она. — Пока ничего не знаю.
Дэн крепче ее обнял и поймал в зеркале взгляд преподавателя. Они молча все поняли и оставшуюся дорогу ничего у нее не спрашивали. Дмитрий Александрович узнал адрес своего студента и довез их до дома. Катя больше не произнесла ни слова. Лишь еще раз поблагодарила Дмитрия Александровича и отошла в сторону, пока они о чем-то переговаривались.
— Спасибо, что помогли. А насчет заявления я поговорю с ней, нельзя все так оставлять, — сказал Дэн.
— Только не дави на нее. Пусть сначала отдохнет нормально, и обработай раны.
— Обязательно. — Они пожали друг другу руки, и Дмитрий Александрович уехал.
Дэн подошел к Кате, которая, опустив голову, стояла, укутавшись в его куртку. Они зашли в дом.
— Останешься пока здесь, мы приготовим тебе комнату для гостей. Не переживай, пожалуйста, Кать. Все будет хорошо. — Дэн давно не чувствовал себя настолько испуганным и беспомощным.
— Денис, пришел наконец. Что случилось? — Валентина Степановна остановилась в проходе, когда их увидела.
— Валентина Степановна, приготовьте, пожалуйста, комнату на втором этаже, я пока схожу за аптечкой.
— Конечно, конечно. Уже бегу. — Домоправительница вмиг испарилась, а Дэн отвел Катю в ванную, чтобы она умыла лицо и хоть немного согрела руки в горячей воде.
Пока девушка скрылась за дверью, Дэн достал со шкафа аптечку и проверил, есть там все необходимое. Он вынул перекись, спирт, ватные диски. Катя вышла через десять минут с легким румянцем на щеках. Она села на диван, аккуратно сняла с плеч куртку и положила ее на подлокотник. Дэн устроился рядом и быстрыми, но чуть неловкими движениями стал выливать на диск перекись. Когда все было готово, он замер. Держал руку навесу и боялся прикоснуться к нежной израненной коже.
— Хочешь, я сама? — спросила Катя, на что он покачал головой и медленно приложил к губе ватный диск.
— Прости, сейчас немного пощиплет. — Девушка зажмурилась, а ее дыхание стало глубже. Дэн понял, что даже такое мельчайшее возникновение боли для нее тяжело. Свободной рукой сжал ее опять ставшие холодными пальцы и легонько подул на место удара. — Готово.
Катя открыла глаза и постаралась улыбнуться.
— Спасибо тебе. Но я не могу здесь остаться, Дэн.
— Я тебя не спрашиваю, Катя. Тебе нельзя возвращаться, ты сама это знаешь.
— Но я же не могу у тебя поселиться. Сколько я буду здесь? День, два, неделю…
— Столько, сколько нужно. Потом, если не захочешь оставаться, снимем квартиру, мы что-нибудь придумаем.
— Когда появились «мы»? — Катя провела пальцем по его руке. — Я все понимаю и не хочу пользоваться твоей добротой.
— Во-первых, ты мой друг. И, бросив тебя в такой ситуации, я был бы полным козлом. Извини, но назвать себя таковым я не могу. Поэтому снимай джемпер.
— Что? Зачем? — у нее округлились глаза.
— Синяки видел на плече. Кремом обработаю. — Дэн по-доброму улыбнулся и достал из аптечки то, что было нужно.
Катя выдохнула и разделась, оставшись в майке с широкими лямками. Увидев, в чем ее руки практически до кистей, она опустила голову, будто это сделала она сама. Будто это она должна была испытывать стыд за то, что с ней произошло. Дэн заметил, как по ее щекам потекли слезы, но он не стал акцентировать на этом внимание, а просто молча начал наносить крем на места ударов. От этой картины у него сжималось сердце. Она была такой маленькой, хрупкой. Совершенно не умеющей за себя постоять. И как можно было бить с такой силой, чтобы оставить на этом теле столько ссадин и синеющих пятен. Дэну было даже дотронуться до нее страшно, чтобы лишний раз не сделать больно. И если бы она не держала его за руку, то он бы вернулся. Вернулся бы в ту квартиру и избил мерзавца, которого даже человеком назвать сложно.
Спустя некоторое время он наконец закончил с процедурами и, сложив все в аптечку, убрал ее на место. Валентина Степановна спустилась со второго этажа и быстро направилась на кухню.
— Ребята, идите сюда. Денис, пригласи свою гостью за стол, — сказала она, когда вернулась в гостиную. — Меня зовут Валентина Степановна. — Женщина искренне улыбнулась девушке.
— Я Катя. Извините, пожалуйста, что я так, без приглашения.
— Брось, девочка. Все хорошо. Между прочим, Денис первый раз приводит сюда девушку. Так что чувствуй себя как дома. А насчет его отца не переживай, он очень хороший человек.
— Спасибо.
— Ну, проходите скорее. Небось голодные.
Дэн с Катей сели за стол, а Валентина Степановна продолжала хлопотать на кухне. То чай сделает, то хлеба дорежет. Ребята тихо переговаривались на совершенно отвлеченные темы. И Катя, казалось, забыла о том, что еще пару часов назад чувствовала себя как в клетке. Сейчас ей было спокойно. Если бы она могла, она бы никогда не уходила из этого места. Потому что как бы странно это ни звучало, она чувствовала себя здесь как дома.
Глава 29
— Ты чего такая дерганая, Насть? — Егор зашел в гостиную, когда я нарезала круги по комнате.
— Я не дерганая.
— И какой по счету круг ты уже прошла? — спросил брат, усевшись на диван. Вот только его расспросов мне сейчас не хватало.
— Все хорошо. Можешь меня ни о чем не спрашивать, пожалуйста? — я безумно переживала за Диму и за Дэна, которые отправились непонятно куда, без дополнительной помощи. А если их там побьют? А если что-то произойдет?
— Насть, остановись. У меня уже голова кружится.
Я села на диван и достала телефон, гипнотизируя экран. Дима как будто почувствовал. От него пришло сообщение.
«Все хорошо. Еду
