Пенн мочился со смеху.
— Пенн? — Я снял рубашку с вешалки и просунул руки в рукава. — Раф?
Дебилы явно не могли использовать технологии и вместо этого отрезали себя. Я вышел из ванной и остановился, моргая, глядя на открывающийся передо мной вид. Вид, в котором мой член почти заполз внутрь меня.
Я снова повернулся к ванной. Откуда, черт возьми, она только что взялась и как долго я был там? Дверь моего офиса была закрыта, и как, черт возьми, она прошла мимо Джоан?
В самом деле, где, черт возьми, была Джоан?
Зеленый сок все еще стекал со стола на деревянный пол. Трудно было поверить, что она не заметила, что сидит в луже жидких овощей, ведь на ней были только лифчик и трусики, а плащ упал на пол.
— Твои друзья слишком много говорят. — Палец Даши убрался с кнопки завершения вызова.
Мне потребовалось несколько секунд, но я, наконец, вырвался из шока. — Какого хрена ты здесь делаешь? Не говоря уже о том, чтобы убраться нахер, пока я не арестовал тебя за нарушение границ.
Если ее и беспокоила какая-то часть моей угрозы, она этого не показывала. — Я пришла сказать тебе, что прощаю тебя. Вчера вечером я видела твою фотографию с твоей экономкой…
Моя чертова домработница? Прошлой ночью я был на гала-вечере с… температура моей крови подскочила, как ртуть в градуснике.
— И ьы высказал свою точку зрения, но теперь я напоминаю тебе, каково это быть с настоящей женщиной.
— Даша, оденься, черт возьми, и убирайся нахер.
Я направился к двери, и наши головы резко повернулись, когда она открылась. Второй раз за почти столько же месяцев мой мир взорвался в замедленном темпе. Кит стояла в дверях, и если бы я уже не был в шоке, я бы гордился отвращением, написанным на ее лице, наряду с рычанием, которое произвело бы впечатление на Барклая.
— Что. А. Клише, — обратилась она к Даше, но тут рычание повернулось ко мне, приняв во внимание отсутствие подходящего платья, расстегнутую рубашку и расстегнутые штаны. — Я бы попросила Джоан продезинфицировать твой стол вместе с теми, что она приносит чистящие средства.
— Кит… — я потянулся, потом понял, что все еще держу свои штаны, и, как кинжал в сердце, слезы наполнили ее пронизанные гневом глаза, но не вылились, прежде чем она повернулась и ушла, не совсем бегая, но и не ходьба либо.
Хлопок двери вызвал высвобождение того, что удерживало меня в ступоре в дверях ванной.
Я ткнул пальцем в сторону Даши. — Одевайся, черт возьми, и держись подальше от моей семьи.
— Семья? Она и ребенок, которого бросили на тебя? Мы можем начать все сначала и создать настоящую семью.
Я проигнорировал ее и побежал за единственной женщиной, которую я когда-либо встречал, с которой я действительно хотел создать настоящую семью.
Была уже настоящей семьей с ней.
21
Кит
Я попятилась из комнаты, слезы застряли у меня в горле, жгучие глаза, пока они не пролились через край, неуверенный, но также ни в малейшей степени не удивленный тем, что я только что видела. После того, как Пэйтон захлопнула дверь у нее перед носом, у меня было чувство, что я увижу ее не в последний раз.
Я тяжело опустилась на кушетку возле его офиса, зажав руки между бедрами, чтобы остановить дрожь. Джоан появилась из ниоткуда с чистящим оборудованием. Ее не было за своим столом, что, должно быть, помогло Даше дозвониться.
Менее чем через десять секунд Мюррей выбежал, все еще застегивая штаны, и врезался прямо в Джоан.
— Где ты, черт возьми, была? — прорычал он. — Позвоните в полицию!
— Не говори с ней так, — прорычал я в ответ с такой же, если не большей, яростью.
Он обернулся, его лицо было написано виной и раскаянием. — Кит! — Он почти скользнул по полу, когда упал на колени передо мной, наши глаза были на одном уровне с тем, как низко стояла кушетка, его горестное сияние добавляло значительный вес моему сердцу. — Я так виноват! Я знаю, как это выглядело, но ничего не произошло… Я вышел из ванной… пролился зеленый сок… Я переодевался. Блядь! — Его руки пробежались по его волосам, прежде чем он схватил меня за бедра,
— Выглядело не очень. — Я смахнула еще одну слезу, прежде чем она упала. — Я не думаю, что что-то случилось.
Его плечи глубоко опустились от облегчения. Откровенно говоря, если бы у него хватило сил, не говоря уже о времени, заняться сексом с другой женщиной после прошлой ночи и еще раз с утра, которое у нас было, тогда честная игра с ним. Но я не собиралась этого говорить.
— Вставай, Мюррей. — Он встал, помогая мне подняться с дивана, взял меня за щеки и вытер еще одну слезу. — Я собираюсь пойти в кофейню на углу. Разберись со всем, что тебе нужно там сделать, а затем, пожалуйста, приходи и встретиться со мной.
Он сделал шаг назад, пытаясь оценить мое настроение, но, как будто не в силах оголить расстояние между нами, быстро притянул меня обратно к своей твердой груди. Его сердце колотилось у меня в ухе, когда я прижималась к нему. Или, может быть, это было мое сердце колотилось, моя кровь мчалась, как бушующий поток.
— Спасибо, — пробормотал он мне в волосы, глубоко дыша, его тело расслабилось, хотя мое оставалось напряженным. — Буду через тридцать минут.
Я отстранилась и собрала свою сумку, которую уронила у двери. — Хорошо.
Я не хотела оборачиваться, так как знала, что он смотрит, как я ухожу, вместо этого я слабо улыбнуло Джоан, когда я уходила, заработав подмигивание, когда я прошла и вызвала лифт, направляясь к выходу из здания.
Я села на кожаные сиденья кофейни, остывшие от ненужного кондиционера. Я сидела, скрестив и раздвинув ноги, выстраивая кубики сахара из миски перед собой, складывая пакеты сахара… все, что я могла сделать, чтобы ускорить время или замедлить время или сделать что-нибудь, чтобы остановить его. Я думаю о том, чему я только что была свидетелем, или об эмоциональной битве, происходящей между моим мозгом и моим сердцем.
Прошлой ночью он сказал мне, что любит меня, а я люблю его.
Я знала, что обе эти вещи истинны и неоспоримы.
За исключением того, что менее чем через двенадцать часов я обнаружила голую женщину на его столе, и мои мышцы свело так же быстро, как если бы меня бросили в промышленную глубокую заморозку, мой мозг кричал на
