мобильный и сообщи мне, как дела у Дрона. Мы будем ждать.
— Хорошо.
Я уже направляюсь к машине, когда Роко меня окликает.
— Мигель?
— Да?
— Узнай у неё, что случилось с ней. Пусть она тебе всё расскажет, это поможет тебе понять, откуда растут ноги её проблем. Тебе она расскажет. Вытащи оттуда всё, там куча мрака и боли, Мигель. Но никогда не верь тому, что лежит на поверхности. Наш мир — это слоёный пирог из дерьма, и придётся утонуть в этом, чтобы выжить.
Роко входит в больницу, а я сажусь за руль.
Да, сейчас мне бы не помешал бокал вина.
Утыкаюсь лбом в руль и жмурюсь.
— Господи, и что мне теперь делать? Что делать дальше? Нужно ли мне всё это? Готов ли я?
Понятия не имею. Кажется, что я так устал, что готов просто сложить руки. Я морально выжат и едва держусь, чтобы не сорваться. Я никогда не хотел сложных отношений, выбирал лёгкие. Но видимо, теперь лёгкая жизнь для меня забыта.
Что мне делать дальше?
Глава 32
Рэй
Бояться это опасно для жизни. Бояться, значит показать свою слабость, а ей могут воспользоваться. Именно нашими слабостями манипулируют и уничтожают нас через них. Это как грёбаная нора. Подкоп. По капельке крови разрушая землю. Так и меня разрушали. По капле чёртовой крови. Каждая капля осталась в моей памяти громким всплеском ярости, агонии, отчаяния, боли, ужаса, страданий. И эти дыры ничем не заткнуть. Теперь они будут всегда во мне и показывают глубину моего страха.
От неожиданного толчка я распахиваю глаза и моргаю, чтобы привыкнуть к яркому и слепящему солнцу. Меня бросает в дрожь от холода, пока я сажусь ровнее на сиденье в машине.
— Мигель? — хриплю я, озираясь по сторонам. — Куда мы едем?
— Проснулась, соня, — улыбнувшись, он бросает на меня взгляд, а затем снова смотрит на дорогу. — Всё в порядке, детка.
Детка? Какого хрена?
— Мигель, куда мы едем? — настойчивее спрашиваю его.
Вонь… вонь алкоголя и сигарет так мне знакома. Вонь едкая и отравляющая всё вокруг.
— Не беспокойся, детка, мы скоро будем в безопасности. Я везу тебя в безопасное место, — заверяет он меня.
— В безопасности? А мы были в опасности?
— Конечно, ты же знаешь, кто твой отец, детка. Не переживай, я о тебе позабочусь, — отвечает Мигель, дёргая головой, и крепче обхватывает руль машины.
Но это не его машина. Я помню, какая фирма у его машины, и это точно не его машина. Что происходит?
— Мигель, ты можешь остановить машину и сказать мне, что случилось? — напряжённо спрашиваю его.
— Я же обещал, что ты всегда будешь со мной в безопасности, Раэлия. Я выполняю своё обещание. Мы улетим.
— Мы… что? — шокировано шепчу.
— Я уже подготовил для нас новые документы. Нам нужно попасть в другой штат, оттуда мы вылетим в Европу. Куда ты хочешь, детка? Где бы ты хотела жить? Мы можем жить везде, — улыбаясь, произносит он.
Его улыбка странная, широкая и пугающая меня. Глаза блестят, словно у психопата.
Что случилось, пока я спала? Что произошло? Дрон умер? Роко идёт за мной? Да что, мать его, случилось?
— В Европу? Ты совсем с ума сошёл? Мы не можем лететь в Европу. Останови машину, Мигель. Останови чёртову машину! — требовательно кричу я.
— Ты ещё маленькая, и не понимаешь, что тебе грозит. Но я-то знаю, Раэлия. Я знаю, что тебя ждёт с ним. Думаешь, он тебя любит? Нет. Тебя он не любит и никогда не полюбит, потому что ты моя и принадлежишь мне. Ты им не нужна, понимаешь, Раэлия? Ты им никогда не была нужна, потому что ты девочка, а не мальчик.
Моя кровь леденеет от страха. Я уже это слышала однажды. Я слышала похожие слова.
— Мигель, давай остановимся и… просто немного подышим воздухом, хорошо? Меня тошнит, — шепчу я.
— Нам нельзя останавливаться, — говорит он, отрицательно качая головой, и хватает маленькую бутылочку водки. Он открывает её одной рукой и быстро опрокидывает в себя.
— Мигель, ты же не пьёшь алкоголь. Что с тобой? Мигель! — Я толкаю его в плечо, но он не реагирует на меня.
— Мы должны ехать, Раэлия. Мы с тобой начнём новую жизнь. Тебе понравится, детка, я обещаю. Тебе понравится. Я заберу тебя у него. Я заберу, — смеётся он, действительно, вызывая дурноту внутри меня.
— Мигель, останови, твою мать, машину! Остановись! Мигель! Ты пьян! Мигель! — кричу я и бью его кулаком в плечо.
Мне страшно. Мне сложно дышать от этого страха. Я хочу домой. Хочу обратно в кровать, где всё хорошо. Туда, где Мигель был нормальным, а не этим…
Он резко хватает меня за горло и с силой толкает к двери.
— Закрой рот, Раэлия! Закрой свой поганый рот и слушай меня! Ты больше не пикнешь, поняла меня? Мне придётся вывезти тебя в Европу и там спрятать от него, ты не помешаешь мне! Мы уедем. Ты и я. Я обещал тебе, что буду защищать тебя, и делаю это. Что ещё ты от меня хочешь?
— Мигель… пожалуйста, мне страшно, Мигель, — мямлю я, с ужасом наблюдая за ним.
Передо мной словно другой человек. Я не знаю этого мужчину. Он чудовище из моих кошмаров.
— Страшно? А тебе не было страшно рядом с ним, с твоим отцом? Не было с ним страшно?
— Мигель…
— Ты ему не нужна! Ты никому не нужна! Только мне и нужна! Только я заботился о тебе, защищал тебя, давал тебе всё, что ты хотела! Я, а не они! Только я! Поэтому заткнись, Раэлия, и сиди тихо. У нас всё будет хорошо. Мы станем свободными с тобой. Начнём новую жизнь. У нас всё получится. Да? — улыбается он, бросая на меня взгляд. — Правда, же, Раэлия? Нам будет хорошо вместе. Мы сможем. Никто нас не найдёт. Никогда не… вот же чёрт.
Мигель внезапно выкручивает руль, и я хватаюсь за бардачок, чтобы не упасть вперёд.
— Ты ему сказала про нас? Сука! — орёт он, нажимая на педаль газа, и снова поворачивает.
Смотрю в зеркало заднего вида и замечаю несколько машин, несущихся за нами.
— Ты ему сказала? Отвечай! Ты сдала нас! Тварь, надо было тебя бросить! — Мигель ударяет меня кулаком по голове, и я всхлипываю от боли.
— Пожалуйста… остановись… прошу тебя. Мигель, остановись.
Из-за удара в моей голове шумит, а на глазах выступают слёзы. Но Мигель не слышит меня. Он крутит руль, машину заносит на дороге. Нас окружают другие машины, вынуждая остановиться. Дверь со стороны Мигеля открывается, и его вытаскивают за волосы, бросая на землю.
— Мигель! Нет! Не трогайте его! — воплю я, но меня дёргают назад.
Я больно бьюсь всем телом о шершавую дорогу. Озноб сотрясает моё тело с огромной силой. Меня поднимают на ноги и толкают вперёд.
— Не трогай его! Мигель! Не трогай его! Отвали, блять, от него! — Я выгибаюсь, а меня удерживает несколько человек. Я вижу, как Мигеля избивают. Его бьют по лицу, животу, рёбрам, ногам. Он катается по земле, сплёвывая кровь.
— Мигель! Нет! Не трогайте его! Прошу… Мигель! — ору я, дрыгаясь, чтобы освободиться. Я дерусь ногами, но это бесполезно.
— Нет… нет… — шепчу я от ужаса.
Незнакомый мужчина в чёрной маске протягивает ему окровавленный нож, которым убили Дрона. Я помню его. Этот нож вчера валялся в крови рядом с Дроном.
Мигель поднимается и берёт его. Он смотрит на него, а потом на меня.
— Ты знаешь, что должен сделать, — произносит хрипловатый и насмешливый голос, и я вздрагиваю, когда слышу его.
— Мама, — сипло шепчу.
К Мигелю подходит моя мама, касаясь рукой его плеча.
— Какой хорошенький. Ты, Раэлия, всегда умела выбирать своих жертв, как и я. Хоть что-то в тебе есть от меня, — произносит она, улыбаясь и царапая кожу щеки Мигеля до крови своим ногтем, а он даже не двигается.
— Ты нереальна. Ты мертва, — бормочу я.
— Ты знаешь, что с этим делать, Мигель, — не обращая на меня внимания, говорит она.
Но зато привлекает внимание Мигеля.
— Не слушай её… Мигель, не слушай.
— Тебя она тоже разочаровала, как и меня. Она предала тебя. Она выбрала его, а не тебя. А сколько всего ты для неё сделал, Мигель? Сколько всего ты пережил из-за неё? Сколько ты уже вынес, а дальше всё равно умрёшь. Ты знаешь, что умрёшь. Он никогда не позволит тебе быть с ней, потому что она выбрала его. Доминик не оставит тебя в покое,
