с его определений. Откуда столько самоуверенности? Один поцелуй, и все, крышу понесло.
— Очень заманчивое предложение, но я пожалуй откажусь, — улыбаюсь с фальшивой любезностью, хотя в мыслях одни непристойные слова. — Быть одной из тысячи твоих девиц — не моя мечта.
— Ты можешь стать единственной для меня.
После такой оговорки я зависаю и смотрю в глаза Хантера, лукавит ли он сейчас? Попросту очаровывает, заговаривает, или вовсе издевается? Не смотря на его открытый честный прямой взгляд, я не доверяю этому едва знакомому парню и убеждаю себя в том, что он лишь играется со мной, как и с другими.
— Будь ты хоть последним парнем на планете, я бы не согласилась стать твоей, — подключаю надменность. Больше напускную, но мне это и надо. Пусть поумерит пыл, а то разошелся.
Хантер проглатывает отказ. Внешне он непроницаем, но кажется, я вижу его насквозь. Вспыхнувшие огоньки в мужских глазах сигналят мне о том, как же он недоволен.
— Я тебя услышал, Лиза, — процеживает сквозь зубы.
Мое имя в его произношении звучит как — то иначе, нежели у всех других. Это очень странное чувство. Как будто сразу ощущаю себя особенной среди прочих сотен тысяч Лиз.
— Чудно, — дергаются вверх уголки моих губ.
Сжав челюсть, нахмуренный, он шагает мимо меня и выходит, оставляя после себя шлейф духов. Вдыхаю, и аромат оседает в легких, становится частью меня. Я дышу им, получается. Так абсурдно.
— Ну вот и всё, теперь он точно отвяжется. Как я и хотела, — вздыхаю я, оставшись наедине.
Напрочь забываю для чего я сюда приходила, мысли всмятку. Берусь за телефон, и только подсветка загорается, как на экране появляется случайная фотография. На ней я сижу на качели и позирую, а сзади он смотрит прямо в камеру со свойственным прищуром. Блин, а снимок то классный получился… Улыбаюсь, и сразу усмиряю губы. Чего это я разумилялась?
— Надо удалить, — убеждаю себя, но палец никак не нажмет на иконку корзины. Он замирает в миллиметрах от нее.
Еще раз смотрю на Хантера и спускаю вольный смешок.
Нет, не буду удалять. Не сегодня. Пусть останется на всякий случай, вдруг пригодится.
Глава 8
Уже ночью, лежа в своей кровати после душа, я залипаю в телефон. В темноте, без света. Лишь экран подсвечивает лицо, да тусклая бледная луна заглядывает в окно, которое сейчас нараспашку открыто. В спальне свежо, в ушах играет зажигательная песня Olivia Rodrigo «Brutal», так себе колыбельная перед сном. И перед глазами мелькает далеко не «спокойной ночи», я бы назвала это запретным контентом. Но таким горячим и манящим, что трудно взгляд оторвать.
Обернутая в одно тонкое полотенце, я останавливаю болтание ногами, всматриваюсь в экран и в очередной раз сглатываю.
— А он хорош…
Не моргая, пялюсь на фотку Хантера, которую нашла в его профиле в соцсети. Закусив губу, увеличиваю рельефный торс парня. Тело у него, конечно, идеальное. Выражение лица нахальное, будто он поимел весь мир.
Чувствую, что подо мной становится мокро. Простыни впитали влагу с полотенца, а подушка — с влажных волос. Снимаю с себя полотенце, вешаю его на деревянное изголовье кровати. Теперь я лежу абсолютно голая. Легкий ветер с открытого окна проходит по изгибам тела, я максимально расслабляюсь и продолжаю просматривать залайканные фотки, под которыми пестрят восторженные комменты влюбленных девчонок.
— Ну почему ты такой охренительный внешне… — практически стону я вслух. — А ведешь себя, как засранец.
Один наушник выпадает у меня из уха, и я шарю рукой по простыне.
— Потому что я сильно стараюсь, — хрипло звучит где-то рядом на мой вопрос.
Сердце падает в пятки, а я чуть не лечу с кровати со страху.
— О господи!
Меня аж перетряхивает.
Оказывается, в спальне я уже не одна. Ко мне пожаловал незваный гость. Только он так появляется — как черт из табакерки. Похоже, это его фирменный стиль.
Увидев рядом с кроватью усмехающегося Хантера, который пялится на мою голую задницу, я быстро хватаю полотенце, и как могу прикрываюсь им.
Практически задыхаюсь от эмоций.
— Ты как тут оказался?! — стреляю ошарашенными глазами на открытое окно и после таращусь на Хантера. — Какого хрена ты залез ко мне? Ночью! Без спроса!
— Ну я смотрю ты ждала меня. Так что я вовремя, — дергает бровями и склоняет голову на бок, разглядывая меня.
Его глаза горят поярче звезд в небе. Я чувствую себя крайне незащищенной, полотенце не справляется. Прижимаю его к груди, которая высоко и часто вздымается, оно еле прикрывает бедра, которые поджала вместе с ягодицами от накрывших ощущений, оказавшись наедине с парнем практически обнаженной и обезоруженной. Сумрак ночи и отсутствие света хоть как-то прикрывает мое девственное тело от пристального мужского взгляда.
Хантер наклоняется и подбирает мой телефон с пола, который улетел туда в панике. Увидев свою же фотку на экране, он подкалывает меня с усмешкой:
— Дрочишь на меня? Я думал, ты правильная девочка…
— Ты идиот, — выдыхаю я. — Отдай телефон.
— Да ну. Что взамен? — крутит телефон в пальцах, издевается. — Уверен, мы договоримся.
Хищно сканирует меня похотливым взглядом.
— С тобой — никогда. Озабоченный.
— У тебя есть интимные фотки в галерее? Сейчас глянем.
Он без спросу роется в моем телефоне, и меня это жутко злит. Встаю, чтобы отобрать собственную вещь, которая хранит в себе много личного.
— Отдай, придурок! — придерживая одной рукой полотенце, второй пытаюсь схватить телефон. Но у него слишком хорошая реакция.
Хантер выманивает меня к себе поближе, дразнит, играется.
— Оп-оп, — прячет руки за спиной, и я практически обнимаю его. — Как приятно. Давай еще.
— Да прекрати издеваться, — шлепаю его по груди, которая содрогается от смеха. — Проваливай из моей спальни!
Тут Хантер борзеет в конец и сжимает мою задницу ладонями, прижимая к себе.
— Охренел! — вспыхиваю я.
Напрочь забываю про полотенце и пытаюсь оцепить с себя его руки, которые прилипли ко мне.
От моих ерзаний полотенце мокрой тряпкой падает под ноги, открывая голое тело на обозрение парня.
— Ах!
— Ух… — расширяются мужские зрачки. Такого подарка он не ожидал.
Хочу подобрать полотенце, но парень не дает мне этого сделать. Его реакция куда быстрее моей. Наступив на полотенце ногой, Хантер двигается на меня, вынуждая пятится назад и отступать к стене. Руками прикрываю все, что могу. Сердце бьется в лихорадке, а внутренности натягиваются струной. Черт-черт-черт… Спускаю шумно дыхание, когда спиной и попой врезаюсь в прохладную стену. Дальше бежать некуда.
Звучно сглатываю, мужской кадык дергается в такт. Заглядываю в глаза Хантера и замираю. В
