браке. Вначале родители-католики Дэвида не одобряли атеистические убеждения Амелии. Прошло несколько лет, прежде чем они прониклись к ней симпатией, и теперь они даже приглашают ее на ужин. Они прекрасная пара, как снаружи, так и внутри. Я никогда не встречала более искреннего человека, чем Дэвид. Не мешает и то, что он похож на дровосека из эротических романов, которые я тайком читала в библиотеке, когда была маленькой девочкой. Наверное, это работает, учитывая, что Амелия выглядит так, будто вышла из журнала Vogue, несмотря на свой малый рост.
Я пожимаю плечами. — Честно говоря, они такие родители, что, наверное, полюбят любого, лишь бы он не был сатанопоклонником или кем-то в этом роде. Они довольно спокойные люди.
Амелия махнула рукой. — Какова бы ни была причина, я рада. Вы трахались в его детской постели? - спрашивает она, многозначительно покачивая бровями. Сейчас она похожа на лепрекона, заманивающего маленького ребенка съесть талисман.
Я хихикаю. — На этот раз ничего подобного.
Она издает звук отвращения. — Ты меня разочаровываешь.
Мы направляемся в местное кафе-мороженое, где продается лучшее мороженое в радиусе пятидесяти миль. Это просто маленькая лачуга со скамейками на улице. Это позволяет ощутить всю полноту вкуса - вы не едите мороженое по-настоящему, если не гонитесь за солнцем и не пытаетесь съесть его до того, как оно растает у вас на руках.
— У него есть брат. Я даже не знала об этом, пока не приехала, - небрежно упоминаю я. Когда Амелия останавливается и хмуро смотрит на меня, я прикусываю губу. — Это странно, не так ли?
— Как, никогда, никогда не упоминал о нем? Никогда?
— Никогда. Он вообще-то специально сказал, что он единственный ребенок.
Ее хмурый взгляд становится все глубже, вместе с зубами, впивающимися в мою губу. Я останавливаюсь только тогда, когда начинаю чувствовать вкус меди. Ее светлые волосы развеваются на ветру, когда она разворачивается и идет назад, пряди прилипают к ее лицу, когда она, кажется, размышляет об этом. Ее непринужденная красота вызывает у меня желание размазать ее косметику или что-то в этом роде. Я просто жду, когда она споткнется, но она никогда не спотыкается.
Грациозная сучка.
— Ты уверена, что он действительно их сын?
Я пожимаю плечами. — Его мама говорила об этом несколько раз.
— Хм, - говорит она. — Интересно, почему.
Я фыркнула. — Ну, это стало немного понятно, когда я увидела их вместе. Они ненавидят друг друга.
— Может быть, у них какое-то странное соперничество между собой, - небрежно говорит она.
Мы приехали в кафе-мороженое, и меню привлекло ее внимание. Я решаю оставить все как есть. Я слышала, что братья и сестры ненавидят друг друга. Такое бывает. Обычно они не ведут себя так, будто брата или сестры не существует, если только не происходит что-то серьезное.
Что ты скрываешь, милый Райан?
— Привет, - раздается голос у меня за спиной. От этого звука мое сердце замирает. Я поворачиваюсь и вижу своего заклятого врага. Бывшую девушку Райана.
Амелия поворачивается, и ее лицо опускается. Ей никогда не представляли Эллисон официально, но она прекрасно знает, кто она такая. И она также знает, что эта стерва пыталась сорвать мои отношения.
Светло-каштановые волосы, ореховые глаза, которые меняют цвет в зависимости от освещения, и тело-бомба. Она прекрасна, и я ненавидела ее с первого взгляда. Еще больше я возненавидела ее, когда заговорила с ней.
— Привет, Эллисон, - холодно отвечаю я. Она имеет наглость выглядеть нервной.
— Извини, если я тебя беспокою. Я просто хотела узнать, как у тебя дела?
Я стараюсь не краснеть, но все равно краснею. Брови Амелии в замешательстве сдвигаются. Я прочищаю горло.
— Я в порядке.
Ее плечи опускаются, а вместе с ними и голос: — Мне бы очень хотелось, чтобы ты меня выслушала.
Гнев сжимает мои внутренности так сильно, что у меня запершило в горле. Амелия знает, что она пыталась саботировать мои отношения, но я никогда не говорила ей, как именно. И я не собираюсь посвящать ее в это.
— Сейчас не время и не место, - шиплю я на одном дыхании, чтобы слышала только она.
Пухлые, лживые губы Эллисон сжимаются в жесткую линию. На ее щеках появляются ямочки, и я ненавижу ее за это. Мои ямочки спрятаны в морщинах смеха. Ее ямочки милее.
Наконец, она кивает головой. Она бросает взгляд на Амелию, а затем проходит мимо меня. Ее рука коротко касается моего локтя, и она шепчет: — Будь осторожна.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не вырвать свою руку из ее хватки. Вместо этого я смотрю прямо перед собой и пропускаю ее вперед.
Амелия медленно протягивает мне мороженое, растерянно глядя на то место, откуда исчезла Эллисон.
— Она была... милой, - нерешительно заканчивает она.
— Она - змея.
Амелия не выглядит убежденной. И это немного разбивает мне сердце.
— Что она сказала?
— Ничего такого, чего бы я уже не слышала. Она ревнует и хочет, чтобы я ушла от него.
Я не делюсь причинами. Об этом я должна подумать сама.
На лице Амелии появляется гримаса отвращения. — Ну и стерва.
Она такая и есть, не так ли? Я размышляю об этом, облизывая свое мятное мороженое с шоколадной крошкой.
— Где ты была? - спрашивает Райан, как только я переступаю порог. Я делаю паузу, и, черт возьми, это заставило меня выглядеть виноватой. Он сидит на диване, положив одну ногу на колено, и смотрит ESPN. В доме все чисто, а наш кот Билби дремлет на подголовнике за его спиной.
— После занятий я ела мороженое с Амелией.
— Да, я не сомневаюсь, - ехидно говорит он, ни на секунду не отрываясь от экрана. — Она ведет себя как шлюха, так что я уверен, что там были и парни.
Я тихонько вздыхаю. — Малыш, это были только мы двое, я клянусь. Никаких парней. И она счастлива в браке с Дэвидом.
Он катает язык во рту. Он излучает гнев. В воздухе пахнет его плохим настроением. — Тогда дай мне посмотреть твой телефон. - Я колеблюсь. Зачем ему мой телефон?
Он выжидающе протягивает руку. С неохотой я отдаю его. Не потому, что мне есть что скрывать, а потому, что он мне не доверяет, и я хочу это исправить. Райан - мои первые отношения, так что
