вернув документы, девушка машет рукой в сторону застывшего неподалёку молодого человека.
— Странная она какая-то, — уже у лифта Дмитрий шёпотом высказывает своё мнение о девушке с ресепшена.
— Не обращай внимания, Дмитрий Дмитриевич. Мы приехали сюда не на девушек смотреть, а заключать очень выгодную сделку, — отчитывает его, понизив голос, Василий Максимович.
— Одно другому не мешает, — хохочет юрист, входя за нами следом в лифт.
Дима у нас парень холостой, симпатичный. По нему половина туристического агентства сохнет. Привык, что все восхищаются им, а тут какая-то девочка администратор даже не взглянула в его сторону.
«Иногда надо спускаться с небес на землю», — думаю я, смотря на Гаврилова.
Мой номер шикарен, он восхитителен. Я в таких ещё ни разу не жила.
Гостиная поражает своими размерами. Светлая комната в бежево-золотистых тонах. На окнах прозрачные занавески. Кожаные кресла и диван молочного цвета. Большой дубовый стол, стулья с высокими спинками. Отдельно выделена бизнес-зона на несколько оттенков темнее. На полу лежит бежевый пушистый ковер с высоким ворсом.
Пройдя дальше и открыв дверь в спальню, я застываю на пороге. Огромная двуспальная кровать с белоснежным постельным бельем и золотистым покрывалом. Прикроватные тумбочки с позолоченными ручками и живые цветы.
Дальше не разглядываю и практически с разбега падаю на кровать звёздочкой. Я чувствую себя в этот момент маленькой принцессой. Меня в детстве папа именно так и называл. Немного отдохнув, решаю принять душ и спуститься в ресторан. Именно там назначена встреча с Андреем Александровичем.
Приведя себя в порядок, смотрю в зеркало. Те самые туфли, что купил мне Чернов, юбка-карандаш графитового цвета. Белая шифоновая блузка. Немного туши на ресницы и прозрачный блеск. Все. Я полностью готова.
Выйдя из номера, я буквально на секунду останавливаюсь, вспоминая, все ли предложения взяла с собой. Детский крик раздается так внезапно, что я вздрагиваю.
— Папа, пап! Идем на море, мама заняла нам лежаки, — девочка лет пяти бежит по коридору, раскинув руки. Я улыбаюсь, смотря на счастливое личико ребенка.
— Ариша, сколько раз тебе повторять, не бегай. Ты же можешь удариться, — с такой теплотой в голосе говорит мужчина.
Не сразу понимаю, что знаю этот голос. Даже повернуться в их сторону не могу. Ноги так и пристывают к полу. У моего мужа есть дочь? Как? Как такое возможно?
Он проходит мимо меня, держа на руках белокурую девочку, даже не замечает. Я смотрю и не могу поверить в увиденное. Широкий разворот плеч, любимые шорты Артёма, которые я сама складывала ему в чемодан, и футболка с логотипом его фирмы на спине.
Всё тело сковывает холод, и хочется сбежать отсюда подальше. Я лишь всхлипываю, закрываю губы руками и, сделав несколько шагов назад, плетусь в свой номер.
Сижу и раскачиваюсь на своей кровати, пока меня в таком состоянии не застаёт Василий Максимович — мой начальник.
— Любовь Семеновна, у вас номер не закрыт… Люба, что случилось? — мужчина садится передо мной на корточки и смотрит в глаза.
— Всё хорошо, Василий Максимович, — стараясь сдержать подступающую к горлу истерику, отвечаю я, пряча глаза.
— Приводите себя в порядок, и я жду вас в ресторане, обед с партнерами. Вы помните? — его голос такой мягкий и заботливый, что мне становится не по себе.
— Конечно, буду через пятнадцать минут, — мысленно дав себе оплеуху, я плетусь в ванную комнату. Чуть позже буду анализировать происходящее, сейчас у нас подписание важного контракта. Недаром я за этими партнёрами гонялась больше полугода.
В ванной комнате смотрю на своё отражение. Бледная, круги под глазами, словно панда, от потекшей туши. Белокурые волосы выбились из пучка и свисают прядями. Одним словом — красотка.
Спустившись на первый этаж элитной гостиницы на берегу Черного моря, улыбаясь, подхожу к столику. За ним уже сидит директор туристической фирмы, в которой я работаю, и наши будущие партнеры.
— Извините за опоздание, — улыбаюсь я что есть мочи.
— Любовь Семеновна, — поднимается мне навстречу генеральный директор гостиницы «Favorite beach», Андрей Александрович Чернов. — Присаживайтесь, мы с нетерпением вас ждали.
Мужчина выдвигает мне стул и помогает присесть. Я лишь слегка поворачиваю голову и встречаюсь взглядом со своим мужем. В первые секунды он смотрит на меня с изумлением. Я отворачиваюсь, чтобы не видеть лица Артёма. Не слышать счастливый смех его дочери и спутницы. Мне сейчас нужно думать о подписании контракта, а не о том, что муж имеет вторую семью.
* * *
— Поздравляю вас, Василий Максимович, у вас замечательный заместитель, — голос Андрея врывается в моё сознание, и я понимаю, что уже несколько минут сижу и не вникаю в разговор.
— Любовь Семёновна — самая лучшая, если бы не она, туры на Чёрное море с проживанием в вашем отеле были бы невозможны для «Аида тур», — заливается соловьём Носов.
— Спасибо, — когда на меня устремляются десять пар глаз, смущённо говорю я.
Хотя хочется сказать начальнику, чтобы он не преувеличивал. А больше всего — бежать отсюда. Найти предателя Артема и расцарапать ему морду. Значит, папа именно на измену намекал, а не на деньги.
— Договорились. Юристы все оформят, и мы подписываем контракт, — смотря мне в глаза, говорит Чернов. — Пока мы можем отдохнуть несколько дней. Вечером приглашаю вас, Василий Максимович, и вас, Любовь Семёновна, на прогулку по морю. Моя яхта великолепно подойдет для скромной вечеринки.
Когда я хочу уже отказаться, Носов незаметно дёргает меня за руку под столом. Гендиректор понимает, в каком я сейчас состоянии, но и отказать Чернову он не может.
— С удовольствием, Андрей Александрович, — натягиваю я на лицо самую доброжелательную улыбку.
На душе скребут кошки, и все разрывается внутри. Но отказаться — значит, быть невежливой по отношению к нашему партнёру.
Мы прощаемся, я практически бегу в свой номер. Мне хочется остаться одной и все крушить, кричать. Одновременно я желаю найти предателя мужа и высказать в лицо все, что я о нем думаю. Он решил, что я такая дурочка и во все поверю. Да, я такая и есть, не спорю. Я верила своему мужу безоговорочно, не видя дальше своего носа.
Сейчас можно ругать себя сколько угодно. Уже ничего не изменится. Дочери Артёма примерно пять лет. Долгих пять лет он меня обманывает, а возможно, и больше.
Захожу в кабину лифта и с силой сжимаю кулаки, чтобы не долбануть по панели. Делая выдох, нажимаю на кнопку нужного этажа. Двери лифта не успевают закрыться, и в него входит Андрей.
— Люба, что-то случилось? На тебе лица нет, — в его голосе слышится участие — это ещё больше меня
