Брукс сглотнул скопившуюся во рту горечь и, перекатившись на бок, осторожно встал на четвереньки, да так и остался в этой позе, опасаясь, что сейчас его вывернет наизнанку. Так оно и произошло. В этот момент в комнату вбежала Эбигейл со стаканом воды и пакетом льда в руках.
— Не смей класть эту дрянь мне на яйца, и так глаза на лоб вылезают от боли. — Он отпил из стакана воды, хотя первый глоток резанул по горлу не хуже лезвия бритвы. Однако боль стала постепенно ослабевать. — Какого черта? — снова спросил с возмущением Брукс.
— Обычный рефлекс. Прости, ты такой бледный. Ох, что я наделала! Я уснула и снова видела кошмар. Приснилось, что Илья нашел меня и… Наверное, в этот момент ты ко мне прикоснулся, а я решила, что это Илья, вот и среагировала.
— Помоги ему Господь, если он рискнет тебя домогаться. А вот у нас теперь может не быть детей.
— Незначительная травма гениталий не приводит к бесплодию, — начала Эбигейл и замолчала на полуслове, сама побледнев как смерть. — Господи, что я наделала!
— Ладно, жить буду. В следующий раз, когда захочу донести тебя до постели, надену защиту, как у боксеров. А теперь сама неси меня в спальню.
— Я помогу. — Эбигейл нежно поцеловала его в щеку.
— Вообще-то болит в другом месте, только если ты меня там поцелуешь, а я не отреагирую как полагается, это может убить меня на месте. — Брукс, отмахнувшись от Эбигейл, с трудом поднялся на ноги. — Ничего, обойдется, — поморщился он, откашливаясь.
— Я помогу подняться по лестнице.
— Сам справлюсь. Хочу кое-что проверить, так, для очистки совести.
— Ладно, я погуляю с Бертом и приду.
Вернувшись с прогулки, Эбигейл застала Брукса в одних трусах. Он стоял у монитора и изучал его.
— Ну, что? Все нормально?
— Да. Ах ты, садистка, как ловко прицелилась!
— У мужчин это самая уязвимая часть тела.
— Твоими стараниями я это прочувствовал. Потом покажешь, как работает твоя система. Как переключается и увеличивается изображение, ну и тому подобное.
— Очень просто. Хочешь, сейчас и начнем?
— Подождет до завтра. Полагаю, у тебя собрана куча материалов на Волковых и людей, которые на них работают. Хотелось бы все посмотреть.
— Конечно.
Брукс уловил в голосе Эбигейл неуверенность.
— Что еще?
— Я не все рассказала.
— Сейчас самое время закончить рассказ.
— Сначала приведу себя в порядок.
— Ну ладно. — Брукс понял, что ей требуется время собраться с мыслями.
Эбигейл вынула из ящика ночную сорочку.
— Я быстро, — пообещала она и вышла в ванную.
Прислушиваясь к шуму воды, Брукс гадал, что еще сообщит Эбигейл, но потом решил, что это бесполезная затея, и, разложив постель, выключил свет.
Вскоре пришла Эбигейл и принесла две охлажденные бутылки с водой. Предложив одну из них Бруксу, она присела на краешек кровати.
— На твоем месте я бы поинтересовалась, почему нельзя было обратиться к властям и все честно рассказать.
— Ты не знала, кому можно доверять.
— Да, правда, поначалу так и было. Я до смерти боялась. По ночам снились кошмары, случались приступы панического страха. На меня и сейчас иногда накатывает беспричинная тревога. Ну, ты сам видел. Но кроме этого, хотя и потребовалось время, чтобы понять, я считала, что следовало поступить так, как просил Джон. Он погиб, защищая меня, и все произошло так быстро и с такой невероятной жестокостью… В тот момент остались только мы вдвоем, и моя жизнь зависела от того, сумею я убежать или нет.
— Ну, если бы осталась, то тебя уже не было бы в живых. Это же ясно.
— Да, я это хорошо понимала. Первые дни и недели прошли в паническом страхе: убежать подальше, спрятаться и ничем о себе не напоминать. Если бы Волковы меня нашли, то непременно бы убили. А если бы нашли представители власти, связанные с теми же Волковыми, смерти тоже не избежать. И даже если бы они не были связаны с Волковыми, меня могли арестовать за убийство. И я бежала и пряталась, как уже тебе рассказала.
— Никому не придет в голову винить тебя за это.
— Возможно. Я была совсем юной и получила тяжелую моральную травму. В семнадцать лет даже самый одаренный человек не может быть достаточно зрелым. Но прошло некоторое время, и мысли прояснились. И тогда я поняла, что Джон и Терри не одиноки, должны быть и другие, похожие на них. А иначе кто бы мне поверил, стал слушать и прилагать все усилия, чтобы защитить? Так как можно вечно бегать и скрываться? И ничего не предпринимать, будучи единственным свидетелем убийства Джули? Только я знаю правду, как погибли Джон и Терри.
И я взломала базу данных ФБР и Службы федеральных маршалов.
— Ты и это умеешь?
— Занимаюсь постоянно. В первые годы я многому научилась у того парня, кое до чего дошла сама. Хотела узнать все про Косгроува и Кигана, а также про Линду Пески. В тот день она позвонила и сказала, что заболела. Не знаю, правда ли это или она тоже служила Волковым. Из медицинских документов следует, что ее лечили от пищевого отравления, так что…
— Ты добралась до ее медицинской карты?
— Я нарушила много законов. Ты сам сказал, что иногда другого выхода нет.
Брукс озадаченно потер лоб:
— Сказал. Давай вернемся к делу. Значит, в девятнадцать или двадцать лет ты умела взламывать правительственные сайты?
— Из меня получился бы великолепный следователь по преступлениям с применением компьютера.
— Огромная потеря для правоохранительных органов.
— Так вот, я решила и до сих пор верю, что Линда Пески не причастна к преступлению. Доказать не могу, но и доказательств обратного тоже нет. Скорее всего, она была федеральным маршалом, честно выполнявшим свой долг. Потом она вышла замуж, родила двоих детей. Теперь на пенсии. Думаю, Косгроув подмешал ей в еду какое-то средство, чтобы она заболела и не смогла выйти на работу. Но доказательств нет, а связываться с Линдой лично рискованно. Я также не сомневаюсь в честности детективов Гриффита и Райли. Но они служат в чикагской, а не федеральной полиции, а федеральная полиция часто принимает дела у местной полиции. Кроме того, я боялась подвергнуть опасности их жизни. Поэтому решила, что разумнее и безопаснее самой заняться расследованием. Мне понадобились деньги. При первом бегстве у меня было при себе пятнадцать тысяч долларов, но при бродячей жизни возникают разные расходы. Нужны деньги на подделку документов, одежду, транспорт и многое другое. Я неплохо разбиралась в компьютерах и занялась программированием. Разработала несколько программ и выгодно продала.
— Правда?
— Да. А потом изобрела компьютерную игру, вернее, три связанные между собой игры. Это дело оказалось еще более прибыльным.
