ужином в доме матери мы поспешили.
Вероятно, именно это имело отношение к поведению Мерри. Но даже когда слова слетели с моих губ, это звучало неправдоподобно.
— Он уже сидел за этим столом, Шерил, — напомнила она мне, махнув рукой в сторону кухонного стола. — Я кормила его и Майка, когда они помогали мне по дому, и я кормила его обедом, когда он занимался моими стенами. Он наполнял свою тарелку едой с этого стола, когда я устраивала вечеринку в честь девятого дня рождения Итана. Он набил живот с этого стола на прошлогодней рождественской вечеринке. Он не чужой в этом доме. Он не чужой ни мне, ни Итану. Но сегодня вечером он был чужаком.
И мама была права.
Я оглянулась на воду, наполнявшую раковину, и выключила кран. Я уже собиралась пойти к столу, чтобы взять тарелки, но остановилась, когда мамина рука поймала мое предплечье.
Я подняла на нее глаза.
— Весь город следит за тобой, ты же знаешь, — тихо сказала она. — Весь город ждет, что будет с тобой и Гарретом Мерриком. Думаю, большинство из них болеет за вас двоих. Хотя большинство, как и я, считают, что вы сгорите в пламене, который разожжешь или ты, или он, что более вероятно в силу его истории.
Мама убрала руку, но не замолчала.
— Я знаю свою девочку. Ты хочешь, чтобы все считали, будто тебе все равно на чужое мнение. Но тебе не безразличен этот мужчина.
Она кивнула головой в направлении той части дома, где находилась ее гостиная.
Затем продолжила:
— Ни для кого не секрет, что Таннеру Лейну пришлось отбиваться от демонов, которые мучили его любимую женщину, демонов, которые отталкивали ее от того самого единственного мужчины. Она знал, что он предназначен ей, и все равно позволила демонам одержать победу. Я в курсе, поскольку эту историю очень часто рассказывают в городе. Все ее знают. И все мы в курсе, что Таннер совершил единственную ошибку. Вначале он сдался. Да и Ракель постаралась, чтобы он отступил, а кроме того они были молоды и ничего не понимали. У вас с Гарретом все по-другому.
Я открыла было рот, чтобы подтвердить ее правоту, и рассказать, что роковой ошибкой Мии тоже стало ее отступление.
Но мама еще не закончила свою мысль.
— Как я уже сказала, я знаю свою девочку. Она — настоящий боец. Не совершай ошибку, считая, что дать ему пространство и время на размышления — это то, что нужно. Ведь сама прекрасно понимаешь, что это неправильно. Милая, сегодня за моим столом сидел не Гаррет Меррик. Поэтому не теряй время попусту, выясни, почему он отстранился от ужина, а значит и от тебя.
— Ты многого не знаешь, мама, — поделилась я.
Хотя мои слова и прозвучали неубедительно.
— Понимаю, — мгновенно ответила она. — Но он привез в этот дом двоих моих детей и сел за стол, предполагая, что в будущем такие ужины будут случаться часто. Он знает меня, но еще прекрасно понимает, что означает этот вечер. Поэтому должен прекрасно понимать, что не стоит портить отношения, что бы там ни было.
— Он просто молчал, — сказала я ей.
— Он не был тихим, Шерил. Половину времени его вообще здесь не было.
Мама была права, и советовала мне не облажаться.
Я настолько преуспела в умении все портить, что не знала как иначе.
И самое главное, отступление Мерри пугало меня до смерти.
У Мии Меррик не было сил бороться за своего мужчину, и мне не составило труда указать ей на это.
Я лишь частично испытала на вкус то, что ей впихнули в глотку, а меня уже обожгло кислотой.
И позволь я себе погрузиться глубже, то ужаснулась бы.
— Поговори с ним, — шепотом посоветовала мама. — Я скажу тебе вот что, малышка, что-то случилось сегодня вечером за моим столом, и ты должна разобраться. Потому что в жизни этого мужчины теперь есть женщина, женщина с ребенком. И он ищет дом. И это говорит кое о чем. Я советую тебе разобраться не потому что хочу, чтобы моя девочка заполучила себе хорошего мужчину. Я прошу тебя разобраться ради него, поскольку знаю, что он получит, будучи с тобой. Я знаю, что мой внук может дать ему. И этот мужчина далеко не глуп. Он заслуживает блага в своей жизни. Но он может сам закопать себя в яму и не выбраться из нее, позволив тебе ускользнуть от него.
Я любила свою маму. Я много раз подводила ее в жизни, многое упускала в своей жизни.
Но я любила ее за то, что, несмотря на все мои поступки, она сказала именно эти слова, демонстрирующие ее чертовски сильную любовь ко мне.
Я посмотрела ей в глаза. Затем кивнула.
После этого направилась к столу, чтобы убрать посуду.
Был будний вечер, поэтому после мытья посуды оставалось совсем немного времени на общение.
И все это время Мерри отдавался по полной лишь для Итана, нам же с мамой достался необходимый минимум.
И после объятий, которыми мы обменялись перед уходом, мама многозначительно посмотрела на меня. С Итаном и Мерри она тепло обнялась и попрощалась, сделав вид, что все хорошо.
Итан болтал всю дорогу домой. Болтал, когда мы вернулись домой. И не стал скрывать своего разочарования, когда я сказала, что пора спать.
Однако он не стал спорить, потому что прекрасно знал, что время укладываться уже прошло. Итан понимал, что уже получил получасовую отсрочку.
Мерри воспринял уход Итана в комнату как причину ретироваться, а не как возможность провести время вдвоем — целоваться, шептаться и тихо смеяться, чтобы не разбудить Итана, как вчера. И это напугало меня еще сильней.
Он пожал Итану руку, как мужчина мужчине. Рассеянно поцеловал меня в щеку. И ушел.
Единственным положительным моментом во всей ситуации было то, что Итан находился лишь на пути к взрослению и ничего не замечал. Он не мог понять, что такой мужчина, как Мерри, не целует свою женщину на ночь подобным образом.
Конечно же, я не стала обучать его этому.
Я уложила его в постель, а потом села на диван с телефоном в руке.
И набрала дюжину сообщений. Но не смогла подобрать нужные слова, поэтому стерла все.
А затем посмотрела на часы, потом повернула голову и посмотрела на стену, за которой находился дом, в котором жила Тилли.
Тилли была поклонницей ночных ток-шоу.
— Я привыкла к Джонни Карсону, милая, а от этой привычки трудно отказаться, — однажды сказала она мне.
Прежде
