Я уехал потом в Подольскую губернию, возвращаюсь, — узнаю, что настроение коммунистической фракции конференции профсоюзов было таково, что тов. Угаров не решился поставить этого вопроса на фракции, ибо ожидал полного провала.
Нужно прямо сказать: чтобы поднять крестьянство, мы не имеем иной силы, кроме нашей партии и пролетариата, организованного в профессиональные союзы. Я должен указать, что ни в тезисах ЦК, ни в тезисах отдельных организаций нет указаний о тех директивах, которые партия должна дать профсоюзам в этом вопросе. Товарищи, для того, чтобы завоевать крестьян — а это наш основной путь — необходимо исполнить ту задачу, тот приказ, который был нам дан 2-м Конгрессом Коминтерна, который сказал, что в области национального вопроса рабочий класс должен быть готов к высочайшему самопожертвованию. Правда, не особенно большое самопожертвование — научиться языку крестьянства, но к этой жертве мы, во всяком случае, должны быть готовы и мы должны это твердо сказать сознательным рабочим.
Нариманов. В виду того, что мало времени, я буду говорить о практических мерах. Я убежден, что если у нас на окраинах будет спокойно, то ни одна сила не будет в состоянии нас сокрушить. Но, чтобы действительно на окраинах было спокойно, как раз нужно было постановление XII съезда. Совершенно верно заметил тов. Зиновьев, что после XII съезда те товарищи, которые занимают известную позицию, именно говорили, что, мол, это — для вида, между прочим. Я должен сказать, что постановление XII съезда произвело впечатление на местах. Только ждут, когда действительно на деле осуществится все это. Мы, следовательно, должны начать осуществлять. На что должны обратить внимание? Я думаю, из отчетов с мест видно было, где главная болезнь. Прежде всего это отсталость в окраинах и не по вине окраин, а по вине политики николаевского режима. Следовательно, прежде всего надо обратить внимание на просвещение. Вам известно, товарищи, что в окраинах до нашей революции хотя и существовали начальные школы, но эти начальные школы совершенно не имели связи со средними школами, чтобы дети бедняков могли продолжать свое образование. Они три года учились и затем оставались вне школы, а через год или два позабывали все. Следовательно, мы должны идти обратно, мы должны начать именно с этого, должны не только помогать существующим школам, нои открывать новые школы. Необходимо следить, чтобы сметы окраин по народному образованию не сокращались, — а это делалось. Я бы просил Политбюро отметить у себя и провести в партийном порядке необходимый нажим, чтобы было обращено сугубое внимание на сметы по образованию для окраин. Это, товарищи, по моему самое главное сейчас.
Другой вопрос — это религиозный вопрос. Я хотел бы здесь заметить некоторым товарищам, которые выступали и говорили о панисламизме. Я, товарищи, утверждаю, что панисламизма нет, если действительно говорить о том панисламизме, о котором существует литература, о котором существует известное понятие. Необходимо нам обратить особое внимание на антирелигиозную пропаганду. Мы всегда говорили, что в этом отношении hvxho быть очень осторожным. Что это значит? Конечно, как материалисты, мы должны выступать и везде и всюду говорить о той лжи, которая распространяется муллами, но запрещать верующим входить в мечеть и ти молитвы там совершать — это, по-моему, вздор. Поэтому я предложил бы Политбюро составить комиссию для составления программы действия, можно составить примерные речи, напечатать для руководства.
Третий вопрос, который я хотел бы здесь подчеркнуть, — земельный. Декрет о том, что можно арендовать лишний участок земли, вследствие чего сейчас кулаки забирают эти участки и заставляют бедняков работать, может быть, внутри России и не так опасен, потому что тут есть пролетарские центры; но на окраинах позволять это, мне, кажется, опасно, потому что мы в окраинах имеем опору только в беднейших крестьянах, а их давать в распоряжение кулаков — это значит потерять опору. Следовательно, я бы просил Политбюро обратить внимание, т. е. сделать так, чтобы в окраинах меньше пользовались этим декретом. Бедняки, конечно, не имеют возможности сами пахать, поэтому идут на работу к этим кулакам. Бывает так, что кулак имеет 50 десятин, а бедняк ни одной десятины не имеет. Нужно на это обратить особое внимание. Нужно бедняков собрать, нужно им дать чувствовать, что они действительно у власти и что на них власть обращает особое внимание. Я имею сведения, что сейчас бедняки, например, в Азербейджане, почти в полном распоряжении кулаков. Дело дошло до того, что распределяют семена и предлагают беднякам получить семена только под ручательством двух беков. Это уже ни на что не похоже.
Енбаев. Решение XII съезда, очевидно, надо понимать так, что национальный вопрос решать смаху на глаз и приблизительно не годится. Я лично так понимаю. Вот здесь весьма наглядно выявилось, что национальный вопрос существует и в Дагестане, и в Туркестане, и в Татарстане, однако, различно. Тов. Коркмасов сказал, что у них национальный вопрос как национально-политический вопрос, как социально-политическая проблема не существует. В наших условиях он решается механически хозяйственным путем, — говорит тов. Коркмасов. И это по той простой причине, что там существуют различные ступени экономики, начиная с первобытного коммунизма, сохранившегося до сих пор, вплоть до его капиталистических форм, причем ни одна из них не доминирует. Совершенно верно, это так и есть на самом деле. И если мы говорим о национальном вопросе, как о категории, развивающейся в условиях капиталистической эпохи (как это формулировал тов. Сталин), то мы скажем, что степень актуальности национального вопроса, очевидно, в различных республиках различна в зависимости от его прошлого и настоящего. Отсюда и различные способы его разрешения, например, в Татреспублике, в вопросе о мерах привлечения трудового элемента. Национальным вопросом в Татреспублике занимается татарская интеллигенция и русская интеллигенция по-своему. Корни русского шовинизма имеются в сгустке, накопленной русской чиновничьей интеллигенцией, великолепно проштудированной в течении десятков лет, типа салтыковских ташкентцев; этим соком питаются середняцкие русские товарищи коммунисты, еще не вполне устойчивые и окрепшие. Мы на это каждый раз указываем и когда приходится говорить о мерах привлечения и вовлечения трудовой татарской интеллигенции, мы учитываем всю обстановку. Из русской интеллигенции лояльные элементы, вплоть до октябристов, нами также привлекаются, но они привлеченными, оказались и раньше. Кто попадается иногда среди этой интеллигенции? Я констатирую такой факт: в управлении землеустройства Татарской республики (это должно быть характерно, между прочим, и для других окраинных республик) начиная с начальника землеустройства и кончая архивариусом — все это старые русские чиновники определенной политической квалификации, вплоть до платформы союза Михаила Архангела. Вот, товарищи, каким чиновничеством начинены
