не велел, делал нам все добро, и от сторон нас от казаков и от шишов оберегал».
*К истории Порхова это отношения не имеет, но адрес, надписанный на письме к Делагарди, уж очень красив, и потому приведем его здесь, в примечаниях к примечаниям: «Велеможнаго и высокороженнаго князя и государя, государя Адолфа Карлусовича Свитцкого, Готцкого, Виндеиского и избранного короля и отчинаго князя и великого князя Финские земли и арцуха (герцога) Эстерские и Весмерлянские земли, его королевскаго величества боярину болшому ратному воеводе графу Якову Пунтосовичю Делегарде на Легколме, волному господину в Ехколме, в Колке и в Рунсе».
116
…осадка осталось столько… – Кроме украденных колоколов и пушек из Порхова, русские послы предъявили список украденных колоколов и пушек из Новгорода, Старой Руссы и Ямгорода. Был в этом списке даже пивной котел, вывезенный шведами из Ладоги. Невозможно удержаться, чтобы не привести ответ графа Делагарди, записанный нашим подьячим: «…кленусь де вам, царского величества великим послом, в том во всем сам своею душею, чтоб деи мне душа своя в ад послать, что никак болши 14 колоколов, что моршалок прислал, никакого наряду и колоколов из Новгорода и из Ладоги, и из Порхова после договору не вываживано, в том де он дает клятву сам своею душею, и сыскивать де за ним король про то не пошлет». Что тут скажешь… Только «Поздравляю вас, гражданин соврамши!».
117
…не для того, чтобы наши царские опалы на кого-нибудь класть… – При освобождении Новгорода от шведов царь направил в город специальную грамоту «митрополиту Исидору и всем духовного и светского чина людям», в которой говорилось: «А которые люди, будучи у свейских людей, им доброхотали и служили, и во всем им были покорны, и волю их творили волей и неволей, и тех по нашему царскому милостивому нраву жаловать хотим, никто бы ничего от нас не опасался; как было, будучи у свейских людей в руках, воли их не творить?» Удивительнее всего то, что слова с делом у Михаила Федоровича не разошлись.
Прошло четыреста с лишним лет, и… Прогресс, конечно, есть – у нас теперь сын за отца не отвечает, но насчет всего остального…
Что касается бывшего порховского воеводы князя Ивана Афанасьевича Мещерского, то с ним поступили в полном соответствии с царской грамотой. Он остался на службе и в 1627 году вместе с подьячим Федором Стоговым описывал вологодский посад. Не бог весть какая синекура, но ведь и не рабочим на стройке железной дороги из Воркуты в Салехард.
118
Затинщиками назывались стрелки из крупнокалиберных крепостных ружей – пищалей или гаковниц. Как правило, такие пищали представляли собой дульнозарядные ружья с крюком (гаком) под стволом, которым они зацеплялись за крепостную стену для уменьшения отдачи.
119
…и ни копейки денег. – Против оклада сотника на полях написано: «Сотнику быть без жалования». Со сторожем обошлись немногим лучше – против оклада сторожа на полях приписано: «Быть без жалованья без хлебного, дать ему денег рубль». Так и хочется на полях этих полей дописать: «И пусть ни в чем себе не отказывает». Таких примечаний на полях росписи довольно много, и относятся они не только к Порховскому гарнизону. В Гдове воротникам велено давать только денежное жалованье, а хлеба не давать, в Пскове казенным плотникам «ни денег, ни хлеба не давать, а как будет государево дело, и им давать поденой корм», воротникам «быть без хлебного жалованья, потому, что торгуют и даней не дают, и за соль не давать, а денежное жалование давать», в Великом Новгороде воротникам «велеть им быть из денежного жалования, а хлеба не давать; а буде они не похотят, ино приискать иных, потому, что тягла не платят и служеб не служат». Конечно, интересно узнать, кто писал эти комментарии на полях, но куда интереснее – кто же настучал в Новгород, что псковские воротники торгуют и даней не дают…
120
…опричь того тайника… – Кстати, о подземных ходах и тайниках. Нет такой старой крепости, в которой не было бы подземных ходов и тайников. Ну а раз есть и то и другое – значит, должны быть и привидения, и клады, и легенды об этих кладах и привидениях. С легендами в Порховской крепости дело обстоит очень плохо. В соседнем Острове в крепости были и несметные сокровища за семью замками, и огромные черные собаки, охранявшие их, и заклятая царевна, выходившая из своей темницы раз в год на Пасху попить воды из Великой и попросить идущих к заутрене надеть на нее нательный крестик, была и кошка, охранявшая царевну, а в Порхове, кроме заклятой царевны, не было ничего.
Павел Михайлович Силин в своих «Археологических заметках о городе Порхове» пишет, что в 1863 году слышал такую легенду: «В одной из крепостных башен в подземных глубоких тайниках находилась заключенною, заклятая своею матерью, какая-то царевна, оберегавшаяся там какою-то невидимою силою. Тень этой царевны в виде призрака в глубокую ночь являлась некоторым проходившим мимо крепости людям…» Тень не просто являлась, но просила прохожих надеть ей нательный крест. По неведомым нам причинам никто из прохожих крест ей надеть не решился. Через какое-то время призрачная царевна, хотя и была бестелесным призраком, все же поняла, что крест ей никто не наденет, и… перестала являться прохожим. То ли островская принцесса родная сестра порховской, то ли это и вовсе один и тот же призрак, время от времени живший то в одной, то в другой крепости… Ни сундуков с сокровищами, ни меча Александра Невского, пусть и насквозь проржавевшего, ни библиотеки Ивана Грозного, ни временного портала для попаданцев – ничего.
121
Пятьдесят семь дворян и шестьдесят четыре священнослужителя. – Сведений об общественной жизни Порхова и уезда, а тем более личной жизни порховичей первой четверти XVIII века дошло до нас исчезающе мало, но все же они есть. Нет, стихи порховского воеводы, любовные письма его жены стрелецкому сотнику и материалы следствия по делу о том, как порховские портные передрались между собой, выясняя, кто из них будет шить платье нового покроя воеводихе, до нас не дошли. Дошло донесение в Архиерейский разряд архиепископу Новгородскому и Великолуцкому Феодосию, датированное декабрем 1722 года. Написано оно священником Карачуницкого погоста Шелонской пятины Новгородского уезда Аристархом Иосифовым, занимавшим должность
