с кашей разлетелись в разные стороны, а сам Паисий скрылся в толпе.
Между тем начальник края медлил с отъездом, словно его что-то тяготило. «Что бы, кажется, не дал сейчас за то, чтобы не ехать на торжество», – говорил он своей жене. С этими словами вскочил на лошадь и помчался со свитой на парад. Когда Дрентельн достиг места, где был разбит горшок, начальнику стало плохо, и он скончался.
Открытие памятника Богдану Хмельницкому. Фотография 11. 07. 1888 г.
На другой день Городская дума приняла решение отметить его памятником, который поставили 14 июля 1889 года. На нем надпись: «Место кончины Александра Романовича Дрентельна, упавшего с лошади от апоплексического удара во время объезда войск на параде по случаю празднования 900-летия Крещения Руси 15 июля 1888 года».
Владимирский собор и преобразивший его Адриан Прахов
В конце ХIХ века в Киеве наблюдается быстрый прирост населения (до 300 тыс.) и создается «каменный город» – один из крупнейших железнодорожных узловых центров. В нем возникает ряд банков, а в сфере духовной жизни город занимает одно из первых мест, особенно с появлением Владимирского собора. Тогда, в 1860-х годах, на смену классицизму пришло время исторических стилей (историзма) – в одном из них, псевдо-византийском, и был запроектирован Владимирский собор.
Митрополит Киевский Филарет (Амфитеатров) высказал пожелание о большом храме еще императору Николаю I. Тот одобрил предложение и разрешил начать по России повсеместный сбор пожертвований на возведение храма. Митрополит Филарет 4 ноября 1852 года разослал воззвание ко всем иерархам православной церкви и к высшим администраторам. Там были проникновенные строки, что «в богоспасаемом граде Киеве, святой колыбели Православной веры и хранилище отечественной святыни, нет доселе храма Божьего, во имя Святого Равноапостольного князя Владимира, приличного священнейшей и любезнейшей всякому русскому сердцу памяти его. В настоящее время, по Высочайшей благочестивейшего Государя Императора воле, предположено в сем граде построить древним византийским зодчеством теплый соборный храм, во имя просветителя России Святой Верою, на доброхотные пожертвования верных сынов Православной церкви…».
Обелиск А. Р. Дрентельну. Фотография 1890 г.
Государь, как всегда собственноручно, во время своего очередного пребывания в Киеве, выбрал для собора большую незастроенную площадь между Бульваром и Кадетской (теперь Б. Хмельницкого) улицей. Однако закладка собора неоднократно откладывалась, – началась Крымская война, затем последовала кончина Николая I и смерть митрополита Филарета.
Наконец, 15 июля 1862 года, в день празднования памяти святого равноапостольного князя Владимира, состоялась торжественная закладка храма митрополитом Киевским и Галицким Арсением.
Заложением собора завершился подготовительный период возведения, длившийся без малого 10 лет. В 1863 году вспыхнувшее очередное восстание затормозило строительство, но после его подавления значительно усилилась политика русификации Юго-Западного края, направляемая из Петербурга. Поэтому значение православного собора в честь Крестителя Руси, в крае с сильными польскими, католическими симпатиями, усилилось.
За основу построения собора взято объемно-планировочное решение храмов, сооружаемых в Византии и в Киевской Руси. В плане собор трехнефный, с восьмью несущими столпами-пилонами, на которые опираются пять куполов, раскрытых во внутреннее пространство. Над притвором выполнены еще два купола-звонницы (в храмах Византии такие звонницы обычно не встречались). Ширина собора – около 30 м, длина – 55 м, возле центрального купола вместе с крестом – 49 м. Над притвором и боковыми нефами устроены большие хоры. В нижней части храма – один престол во имя равноапостольного князя Владимира в среднем нефе, а в боковых – жертвенник в правом и ризница в левом. Так и остался бы собор памятником псевдовизантийской архитектуры, если бы не внутреннее убранство храма, выполненное лучшими мастерами.
А. В. Прахов подарил городу все великолепие Владимирского собора, помог раскрыть блистательность мозаик Софии и сокровенность воплощения фресок Кирилловского. Там где он появлялся, закипала жизнь и даже невозможное становилось вполне реальным.
Адриан Викторович родился 16 марта 1846 года в уездном городе Мстиславле. В нем столетиями происходили какие-то важные события, город переходил от литовцев к московитам, от шведов к украинцам, от французов к русским, от белорусов… Он исстари славился особым промыслом, известным как кубрачество, то есть хождение по России с просительными книжками для сбора подаяния на церкви. В отличие от земляков, которые считали: «грош в ящик, пятак за сапог», Адриан Викторович всю свою жизнь отдал возобновлению старых и строительству новых храмов, на которые собирал деньги, где только мог. И не только не брал ни копейки, а по возможности, отдавал безвозмездно свои заработанные.
Владимирский собор. Фотография нач. ХХ в.
А. В. Прахов был человеком исключительной энергии и инициативы, неистощимой художественной фантазии и страстной любви к искусству. Отказавшись из-за серьезной болезни глаз от детской мечты стать художником, Адриан Викторович посвятил всего себя изучению прекрасного. Известность пришла не сразу, что, в общем-то, и немудрено для того времени и пространства, но посетив его, осталась навсегда. В 19 лет он записал в своем дневнике: «Моя задача есть сравнительное изучение истории искусств для построения теории искусств», – и для осуществления этой цели отдал всю свою волю и энергию. В 1867 году он закончил Петербургский университет. Потом продолжал обучение в лучших школах Мюнхена – на то время столицы искусств мира. Постоянное изучение отечественных памятников прошлого и знание зарубежного искусства, поездки по известным хранилищам древнего искусства – Новгорода, Владимира, Углича, Ростова, Ярославля – в достаточной мере подготовили Прахова к большой плодотворной работе в Киеве. И несмотря на то, что имя Прахова, к большому сожалению, мы не найдем на карте Киева, он его прославил своими организаторскими способностями и трудами. И лучшие храмы города от древних Софии и Кирилла до столетнего Владимирского собора являются самой яркой и зримой памятью о нем.
Выдающийся ученый-историк, искусствовед от Бога, прекрасный организатор, он свой непревзойденный и утонченный вкус посвятил служению искусству и людям. Как никто, мог привлечь лучшие художественные силы для работы в храмах, которые ему поручали создавать и возрождать. Проникновенный Прахов смог разгадать и способствовать развитию многих талантов и, особенно, гению Врубеля. Он предложил художнику роспись Кирилловской церкви, дал ему возможность развивать свои способности в Италии и привлек его к работам во Владимирском соборе.
Поселившись у нас, Прахов тщательно исследует строения эпохи Киевской Руси и добивается потрясающих результатов. Художественная общественность с интересом следит за его открытиями, о которых он сообщает выставками своих копий древней живописи, сопровождаемыми каталогами и описаниями. По своей натуре являясь энергичным и непоседливым человеком, он увлекал своим примером всех, ценящих прекрасное. И если археологи находят ценности, сохраненные землей, то ученый-искусствовед находил жемчужины искусства, сняв слои штукатурки или новой живописи. Так, под руководством профессора были проведены работы в Михайловском соборе, а потом, как вспоминает А. Прахов: «Работа моя по открытию
