§ 17.4). Можно предположить, что богословские рассуждения о лицах Св. Троицы отразились на форме титула царей-соправителей.
85
В. И. Буганов последовательно именует ее постельницей царицы Марфы Матвеевны (см.: Буганов, 1969. С. 131, 137, 191–192); это ошибка.
86
Это указание, может быть, имеет значение. Получается, что в переговорах с дворцом, о которых говорится далее, участвовали представители солдат, а не всех участников восстания. В краткой версии рассказа Сильвестра Медведева под 23 мая упоминаются стрельцы, а события 25 мая специально не выделены (Сильвестр, 1894. С. 60).
87
В записках Андрея Матвеева указано прозвище Федоры Семеновой: Родимица и ее происхождение («Украинского полка козачка») (А. А. Матвеев, 1841. С. 14).
88
Относительно употребления данного слова в этом значении см.: Успенский, 2021с. С. 32–35.
89
В записках Андрея Матвеева определенно говорится, что Федора была послана из дворца: «В то же пущее время тайною посылкою из той же комнаты ко всем тем стрелецким полкам чрез вдову, постельницу верную имянем Федору Семенову дочь, по прозванию Родимица, родом же Украинскаго полка козачку, с многочисленною суммою денег к выборным тем посланную, всемерно такое свое намерение поставили и великою милостию о награждении большим числом денежнаго прибавочнаго годоваго им стрельцам пред прежним жалованья, в чинах повышения и от всякого впредь во всем безопасения обнадежили. [...] И за ту свою службу оная вышепомянутая постельница потом времени за подполковника Стремяннаго полка [...] [Ивана] Озерова со многим богатством с верху замуж была выдана» (А.А. Матвеев, 1841. С. 14).
90
Отметим, что царевны именуют Ивана государем, притом что Петр именуется великим государем; и сам Иван заявляет о своем нежелании стать великим государем. Это объясняется тем, что Иван пока еще — до собора 26 мая — лишь нареченный царь.
91
2 мая 1682 г. Генрих Бутенант сообщал: «Новоизбранному царю только вчера, первого мая, исполнилось десять лет, его царица мать, вдовая императрица Наталья Кирилловна, собирается править вместе с сыном и все время находится рядом с царем» (Лавров, 2000. С. 194). Ср. в курантах сообщение из Москвы от 22 мая 1682 г. по грегорианскому календарю (т. е. от 12 мая по календарю юлианскому): «У нас ныне большая печаль, занеже его царское величество преселился от сего земнаго царствия в небесное царство, а на ево место учинился наследником и престол восприял брат его царского величества меньшой десяти лет, в котором чаят великого благоразумия, а мати его государыни, которая велми целомудра и богобоязна, при нем же пребывает» (Шамин, 2015. С. 17–18); сходное сообщение имеется среди записей Разрядного приказа за 27 апреля — 25 октября 1682 г.: «А в то время в тех местех при нем, в[еликом] г[осударе], изволила быть мать его государева, благоверная г[осударыня] ц[арица] и в[еликая] к[нягиня] Наталия Кириловна» (Восстание в Москве, № 204. С. 257). Согласно Акту о совокупном восшествии на престол Ивана и Петра Алексеевичей, который мы цитировали выше, на соборе 27 апреля 1682 г. решение вопроса о престолонаследии было предоставлено царевичам Ивану и Петру Алексеевичу, однако Иван Алексеевич будто бы заявил, что царем должен быть его брат, «потому что у него, Государя, здравствует мать» (ПСЗ, II, № 920. С. 399). Это заявление, по-видимому, означает следующее: у малолетнего Петра Алексеевича, неспособного еще управлять государством, есть мать, которая может это делать за него; речь идет, в сущности, о регентстве Натальи Кирилловны после избрания Петра на царство (фактически тем самым признается недееспособность как Петра, так и Ивана). Таким образом, замена Петра на Ивана (в качестве старшего царя) предрешает замену Натальи Кирилловны на Софью Алексеевну: каждая из них исполняла обязанности правительницы при недееспособном царе.
После низложения Софьи Алексеевны (1689 г.) Наталья Кирилловна снова управляет государством: если в 1682 г. Софья Алексеевна занимает то место, которое ранее занимала Наталья Кирилловна, то в 1689 г., напротив, Наталья Кирилловна занимает то место, которое ранее занимала Софья Алексеевна. Так, Б. И. Куракин в «Гистории о царе Петре Алексеевиче» говорит о ней как о правительнице (в 1689–1694 гг.): «Теперь будем описывать о начатом правлении царицы Натальи Кирилловны [...]. Сия принцесса добраго темперамента, добродетельнаго, токмо не была ни прилежная и не искусная в делех, и ума легкаго. Того ради вручила правление всего государства брату своему, боярину Льву Нарышкину, и другим министрам. [...]. Правление оной царицы Натальи Кирилловны было весьма непорядочное, и недовольное народу, и обидимое. И в то время началось неправое правление от судей и мздоимство великое, и кража государственная, которое доныне продолжается с умножением, и вывесть сию язву трудно. [...]. Во время ж того правления царицы Натальи Кирилловны с потенциями соседственными была тишина...» (Куракин, 1890. С. 62–64). Петр в описываемый период фактически не занимался государственными делами и по большей части отсутствовал в Москве (ср.: Богословский, I. С. 88–94). Впрочем, известен эпизод, когда Петр попытался вмешаться во внутренние дела государства и у него возникли разногласия с Натальей Кирилловной: после кончины патриарха Иоакима (ум. 1690 г.) встал вопрос о его преемнике; Петр желал избрания в патриархи псковского митрополита Маркелла, тогда как Наталья Кирилловна стояла за избрание казанского митрополита Адриана. Наталья Кирилловна одержала верх в этом споре (см.: Гордон, 2014. С. 21–22, 25; Корсакова, 1914а. С. 133).
